Глава МИД Ирака: Проблемами региональной безопасности можно управлять, а не решать

автор RIATAZA
372 просмотры

На Ближнем Востоке существует множество проблем в области безопасности, которые министр иностранных дел Ирака надеялся обсудить на региональном форуме в Бахрейне, но сказал, что на данный момент найти решение, возможно, невозможно.

«Есть проблемы в Ливане, Сирии, Ираке, Йемене, Ливии, а также между Саудовской Аравией и Ираном, а также Турцией и другими странами», — заявил в пятницу министр иностранных дел Фуад Хусейн в интервью ИА Rudaw. «Встречи, проводимые здесь, направлены на обмен мнениями о том, как обеспечить дальнейшую безопасность региона и решить эту проблему, а не на их решение, потому что их очень трудно решить. Так легче справляться с проблемами».

Он принимает участие в диалоге Международного института стратегических исследований (IISS) в Манаме, в котором принимают участие министры правительства, советники по национальной безопасности и руководители разведки.

Премьер-министр Региона Курдистан Масрур Барзани также принимает участие, надеясь сосредоточиться на трех основных вопросах: терроризм, возобновляемые источники энергии и продовольственная безопасность.

Полный текст интервью с Фуадом Хусейном:

Rudaw: Саммит в Манаме проходит в то время, когда в регионе существуют проблемы в области безопасности. Как вы оцениваете участие Ирака и Региона Курдистан?

Фуад Хусейн: Верно. Тема саммита — ситуация в области безопасности в регионе, которая оказывает влияние на безопасность всего мира. Большинство участников Диалога в Манаме или Конгресса в Манаме — министры иностранных дел, министры обороны и руководители разведывательных служб и служб безопасности. Нас тоже пригласили… Важно принять участие в таком диалоге. В дополнение к общему собранию, также будут проведены встречи в кулуарах. Это очень важно.

Каковы ваши ожидания от диалога и его участников? Ирак — одна из стран Ближнего Востока, которая не является безопасной. Какие требования Вы выдвинете на общем собрании и двусторонних встречах?

Это диалог, а не место для принятия решений. Это место, где вы устанавливаете отношения, обмениваетесь мнениями и достигаете окончательных договоренностей с представителями участвующих стран во время двусторонних встреч. Однако во время общего собрания будут представлены общие вопросы. То, что мы хотим, связано с теми странами, с которыми мы встречаемся. Ирак хочет большей стабильности для региона, потому что сейчас все не так, как раньше. Я имею в виду, что если пострадает ситуация в области безопасности в одной стране, это повлияет на весь регион. Безопасность региона в целом не очень хорошая. Есть проблемы в Ливане, Сирии, Ираке, Йемене, Ливии, а также между Саудовской Аравией и Ираном, а также Турцией и другими странами. Эти страны находятся рядом, с Ближнего Востока, они близки друг к другу. Встречи, проводимые здесь, направлены на обмен мнениями о том, как обеспечить дальнейшую безопасность региона и решить эту проблему, а не на их решение, потому что их очень трудно решить. Так легче справляться с проблемами. Эти встречи полезны в этом отношении, особенно двусторонние встречи.

Некоторые люди, присутствовавшие на форуме по вопросам мира и безопасности на Ближнем Востоке в Дахуке на прошлой неделе, выразили мнение, что Ирак в настоящее время находится в очень опасной ситуации с точки зрения безопасности, какой он никогда не был с 2003 года. Как вы думаете?

Я не согласен.

Почему?

Позвольте мне сказать, откуда взялся этот вопрос. Ирак был в опасности, когда террористическая группировка Исламское государство (ИГ, запрещена в РФ) атаковала ивзяла под контроль треть территории страны. Багдад и Эрбиль оказались в опасности… Я бы сказал, что это время было самым опасным с 2003 года в Ираке. Это правда, что есть вопросы, которые связаны с выборами и их результатами. Эти вопросы, в основном между шиитскими политическими партиями, будут, наконец, решены.

Некоторые считают, что гражданская война в Ираке сейчас вполне вероятна. Вы согласны?

В прошлом были опасения гражданской войны, но они были под контролем. Сейчас такая атмосфера, и есть проблемы, но они будут контролироваться, и гражданская война в настоящее время маловероятна. Если этот вопрос будет решен, гражданской войны не будет.

Как сейчас складываются отношения между Эрбилем и Багдадом?

Они нормальные, но все еще есть проблемы. Есть общение и встречи. Нельзя решать вопросы после выборов. Идут неофициальные переговоры о формировании нового правительства. Я надеюсь, что текущие вопросы будут включены в повестку дня нового правительства, и они смогут найти для них решение, потому что нехорошо, что проблемы остаются, а иногда и увеличиваются при смене кабинетов министров. Тем не менее, между правительствами существует связь, но все еще существуют проблемы.

Как будет выглядеть следующее иракское правительство? Будет ли это все включено или все — шиитское?

Я не могу сделать прогноз, потому что это связано с внутришиитскими переговорами и переговорами шиитов с курдскими и суннитскими политическими партиями. Однако я верю, что премьер-министр, который будет из шиитов, будет выбран на основе консенсуса. В противном случае это будет очень сложно. Вопрос о доле каждой партии в зависимости от ее мест в парламенте — это нечто другое. Премьер-министр должен быть утвержден также курдами и суннитами, а не только шиитами. Позиции спикера парламента, премьер-министра и президента должны быть согласованы — и так оно и будет.

Вчера из Беларуси была возвращена первая партия иракских мигрантов. Что сделало и будет делать ваше министерство в этой связи?

Мы организовали [полет]. Проблема миграции вызывает сожаление. В конце июня у меня была встреча с 27 министрами иностранных дел Европы в Люксембурге. Это был один из вопросов для обсуждения. Там у меня была встреча с министром иностранных дел Литвы, который посетил Багдад десять дней спустя. С тех пор мы пытаемся вместе с Европейским союзом указать Ираку и Багдаду на то, что это опасная проблема. Я несколько раз поднимал этот вопрос на заседаниях Совета Министров, говоря, что это очень опасное явление и что группа контрабандистов занимается торговлей людьми.

Кого-нибудь арестовали?

Это торговля людьми. У нас есть имена, и у нас есть информация о том, что поддельные визы продавались в Багдаде и Эрбиле. Контрабандисты есть в Эрбиле, Багдаде, Дахуке и Сулеймании. Это сеть. Недавно в Багдаде была арестована группа контрабандистов. Они из всех мест, не только из Багдада. Мы поняли, что они занимались торговлей людьми. Там не было туризма, и они обманывали людей. Они говорят [мигрантам], что отвезут их в Германию за 15-20 000 долларов. Они продают свои дома и машины, чтобы заплатить контрабандистам. У нас была информация на этот счет. Главы разведок всех этих стран посетили нас. Они получили информацию от мигрантов. Мы выяснили, что за этим стояла большая рука. В качестве первой меры мы приостановили полеты в Беларусь. Позже мы приняли другие меры, такие как затруднение людям получения виз. Все представители Европейского союза поблагодарили нас за эти меры. Однако наша проблема заключалась в том, как убедить людей вернуться домой. Наконец, мы объявили, что готовы послать самолет. Итак, 430 человек подали заявки [на возвращение]. Позже самолет вернул их, большинство из которых являются выходцами из Курдистана. Сначала он приземлился в Эрбиле, а затем в Багдаде. Сейчас еще 75 человек подали заявки, и на следующей неделе их число может достичь нескольких сотен. Мы будем возвращать людей партиями.

Это происходит на добровольной основе?

Это добровольно, и мы не возвращаем людей насильно — мы не можем. Они добровольно отправились туда, но, увидев ситуацию и поняв, что не достигли своей цели, несмотря на потраченные деньги… Даже если они доберутся до Германии, их все равно депортируют, потому что эти страны не такие, какими они были раньше, чтобы принимать их в качестве беженцев. В качестве обязанности правительства Ирака его министерство иностранных дел направило ряд делегаций в Литву и Польшу.

Почему европейские страны так жестки, когда дело доходит до приема мигрантов?

Дело не в выносливости. Дело в том, что между Беларусью и Европейским союзом существует большая политическая проблема. Они считают, что Беларусь использует это как инструмент давления на Европейский союз, чтобы Европейский союз уступил требованиям Беларуси или Минска. Они этого не принимают. Политика европейских стран в отношении миграции в настоящее время изменилась. Туда едут не только жители Ирака, но и жители Сирии, Йемена и Афганистана. Они [Минск] собрали их всех, чтобы отправить в европейские страны. Они [Беларусь] разрешили нам послать самолет, и мы это сделали. Даст Бог, в будущем мы пошлем больше самолетов. Они вернутся в свою страну. Они попытались [мигрировать], но поняли, что не стоит продавать свою собственность, чтобы отправиться на границу, где погибли их дети, и на них напали, а также они умирали от холода и страдали от голода. Вот как обстоит дело.

Что вы будете делать с теми людьми, которые не хотят возвращаться?

Они не хотят возвращаться, и это их собственное решение.

Будете ли вы говорить о них с Польшей и другими странами?

У них своя политика. Польша — это страна, у которой есть своя собственная политика. Она запрещает въезд мигрантам, потому что они прибывают из Ирака, где никого не арестовывают за их политические убеждения. Это отличается от экономического кризиса, который не нуждается в миграции. Миграция основана на идеологии, политических различиях и политике правительства. Они [ЕС] отмечают, что таких проблем в Ираке не существует. У них есть представители в Багдаде и Эрбиле, и они также видят ситуацию и анализируют ее. Они не покупают то, что им говорят, потому что у них есть родственники и они приезжают сюда.

Rudaw.net  —  Перевод Riataza.com

1 комментарий
0

Related Posts

1 комментарий

Мураз Аджоев 21.11.2021 - 15:35

Мягко говоря, весьма «противоречивая» позиция, что, конечно, не удивительно, поскольку он является главой МИД Ирака — фактически несуществующего государства в несуществующей стране.

Ответить

Оставить комментарий