Евросоюз и иракский Курдистан: сильные м слабые стороны взаимоотношений

автор RiaTAZA
445 просмотры

Впервые Европейский союз (ЕС) обратился к курдскому вопросу в Ираке, после химических атак на Халабджу в 1988 году. Ряд сочувствующих членов Европейского парламента провели 1 апреля 1988 года в Страсбурге пресс-конференцию, на которой осудили эти нападения. Две недели спустя Европейский парламент принял резолюцию об использовании химических атак в ирако-иранской войне, в том числе со ссылкой на Халабджу. На протяжении 1990-х годов, ЕС оставался молчаливым наблюдателем, воздерживаясь от каких-либо договорных отношений с режимом Саддама. Только после падения баасистской диктатуры в июне 2004 года ЕС представил стратегию возобновления взаимодействия с Ираком.

В последние два десятилетия ЕС был основным поставщиком, как  гуманитарной помощи, так и  помощи в восстановлении Ирака. Выделив 1 миллиард евро в период с 2003 по 2009 год и 1,6 миллиарда евро в период с 2014 по 2019 год, ЕС стал крупнейшим международным донором страны. Кроме того, ЕС направил специальные миссии-EU-JUST-LEX в 2005 году и EUAM в 2017 году-с задачей укрепления безопасности Ирака и принципа  верховенства закона в стране. Регион Курдистана постепенно интегрировался в двусторонние отношения ЕС с Ираком. В этом процессе принятие конституции Ирака 2005 года, которая признала регион Курдистан федеральным регионом, открыло двери для взаимодействия ЕС с Регионом. С тех пор ЕС наладил многостороннее взаимодействие с Курдистанским регионом, включая политический диалог, гуманитарную помощь и сотрудничество в целях устойчивого  развития.

Обоснование участия ЕС в Ираке и регионе Курдистана

Поскольку у ЕС нет особой «курдской политики», взаимодействие ЕС с курдами следует анализировать в контексте его двусторонних отношений с Ираком. ЕС придает большое значение своим отношениям с Ираком по ряду причин. Ирак занимает геостратегическое положение в качестве одного из  «ближайших соседей» ЕС. Таким образом, Ирак рассматривается как союзник в решении региональных проблем и потенциальный торговый партнер. Поэтому ЕС непосредственно заинтересован в оказании Ираку помощи в достижении стабильности.

Какую роль играют курды в этом контексте?

ЕС и его государства-члены рассматривают регион Курдистана как важного партнера внутри Ирака. Важность курдов отчасти объясняется их политической ролью в качестве представителей одной из трех основных групп в Ираке. Это также связано с собственным послужным списком Курдистана как оплота мира, стабильности и места, где мирное сосуществование было достигнуто с большим успехом. Для облегчения своего политического взаимодействия ЕС с 2015 года имеет отделение связи в Эрбиле. Кроме того, ЕС создал два отдельных офиса в Эрбиле, отвечающих за координацию и упорядочение гуманитарной помощи и сотрудничества в области развития в регионе Курдистана.

Курды как партнеры в решении региональных проблем

В войне против «Исламского государства» (запрещено в России) курды в Ираке сыграли решающую роль в качестве наземных сил. После стремительной экспансии из Сирии в Ирак в августе 2014 года ДАИШ переместилась в регион Курдистана. Ряд государств-членов ЕС, в частности Франция, выразили глубокую озабоченность. Совет ЕС по иностранным делам провел экстренное заседание в августе 2014 года, решив, что государствам-членам разрешено оказывать военную помощь курдским силам Пешмерга. Это решение легло в основу для последующих действий ряда государств-членов ЕС, оказывающих Пешмерга важнейшую помощь, а также организующих учебные миссии.

Второй региональной проблемой,  повысившей авторитет курдов за рубежом и приведшей к активизации взаимодействия ЕС с Курдистаном, является проблема миграции и беженцев. До 2019 года в Курдистане проживало около 1,5 миллиона иракских «временно перемещенных лиц», в дополнение к 250 000 сирийских беженцев. В ответ ЕС создал в 2014 году в Эрбиле офис Европейской комиссии по гуманитарной помощи (ECHO), который служил координационным центром для распределения средств ЕС и управления проектами на севере Ирака. С 2015 года ЕС предоставил более 458 миллионов евро гуманитарной помощи перемещенным иракцам и сирийским беженцам в Ираке. Кроме того, Бюро ЕС по сотрудничеству в целях развития (DEVCO) играет важную роль в оказании помощи в финансировании и управлении проектами в различных секторах, включая образование, здравоохранение, водоснабжение и санитарию.

Региональное правительство как действующее лицо международной энергетической политики

В дополнение к роли курдов в региональных вызовах, важность их  связана с большим количеством нефти и природного газа в регионе Курдистана. Согласно ежегодному статистическому обзору мировой энергетики British Petroleum за 2013 год, запасы нефти в регионе оцениваются в 45 миллиардов баррелей, что, если бы регион Курдистан был государством, сделало бы его страной с 10-м по величине запасами нефти в мире. Кроме того, недра Курдистана содержат около 25 триллионов кубических футов доказанных резервов природного газа и до 200 триллионов кубических футов в основном неподтвержденных газовых резервов., что составляет 3 процента мировых запасов этого вида топлива. В 2007 году Курдистан  приняла важнейший закон о нефти и газе, проложив путь для своего собственного нефтяного сектора. Хотя прямых ссылок на это нет ни в одном официальном документе ЕС, тем не менее, среди государств-членов ЕС, а также в институтах ЕС существует осведомленность о потенциале «курдской нефти». Это осознание было частично результатом постоянных споров между региональным правительством Курдистана и федеральным правительством Ирака, а частично из-за интереса и участия ряда европейских нефтяных компаний в проектах на территории региона.

Ограниченная политическая роль ЕС

Будучи ведущим гуманитарным эктором в Ираке и влиятельной  силой, риторика ЕС включала в себя широкие и существенные рекомендации для Ирака по преодолению его политических, экономических и социальных проблем. В то время как ЕС играет ведущую роль в гуманитарных усилиях и усилиях по стабилизации в Ираке, он не продемонстрировал такого же лидерства в политической сфере. Вместо этого, когда речь заходит о весьма напряженных политических вопросах, ЕС, как правило, выбирает подход «поживем-увидим», часто согласовывая свои возможные действия с политическими инициативами двух своих  самых могущественных государств-членов, Франции и Германии. Референдум КРИ о независимости в сентябре 2017 года является подходящим примером в этом отношении. После референдума и после введения жестких мер со стороны Багдада в отношении региона ЕС не выступил с какой-либо политической или дипломатической инициативой, кроме призыва к сдержанности. Только после дипломатического вмешательства Франции напряженная ситуация могла постепенно нормализоваться. В отличие от ЕС, Франция действовала быстро и решительно, пригласив в Париж президента Курдистана Нечирвана Барзани и премьер-министра Ирака Хайдера аль-Абади. С точки зрения существа, политика Франции не сильно отличалась от политики ЕС, поскольку обе страны уделяли большое внимание суверенитету Ирака, а также выражали поддержку Курдистану  как конституционному автономному  образованию. Разница, однако, заключалась в готовности и уверенности вмешаться и оказать политическое и дипломатическое давление на Багдад. Встреча Барзани и Макрона в ноябре 2017 года оказала значительное стимулирующее влияние на моральный дух общественных и политических лидеров Башура. Это ознаменовало начало успешной дипломатической кампании президента Барзани по освобождению региона Курдистан от изоляции, в которой он оказался после референдума. Отреагировав на французскую инициативу, Германия быстро  пригласила президента Курдистана  в Берлин. Только после этих дипломатических шагов, предпринятых двумя его могущественными государствами-членами, ЕС нарушил свое молчание, хотя и не слишком решительно.

Три фактора, определяющие активность ЕС

Учитывая высокий уровень внутренней согласованности в отношении Ирака, имеющиеся в его распоряжении практические возможности и сильную  добрую волю, которыми он пользуется в Ираке, ЕС действительно мог бы играть более решительную политическую и дипломатическую роль. Это было бы совместимо с его риторикой, которая в значительной степени подчеркивает единство Ирака, укрепление национальной идентичности и достижение национального примирения. Все вышесказанное в сочетании с его риторикой породило у иракцев ожидания относительно способности ЕС выступать в качестве посредника.

В отношениях с ЕС курды должны учитывать три фактора, которые обусловили политическую роль ЕС. Первый фактор — это уровень согласованности между политическими субъектами и между ними. ЕС проявляет осторожность, не выходя за рамки своего мандата. Второй фактор — это принятие ЕС. Например, в отношениях с курдами ЕС действует осмотрительно, стараясь не вызывать недовольства в Багдаде. Третий фактор-это вопрос принципа. В отличие от большинства других сверхдержав или региональных держав, ЕС старается воздерживаться от любого прямого политического вмешательства, если нет официального приглашения от принимающей страны. Эти условия иногда создавали образ ЕС как влиятельного   эктора, который политически «боксирует» в весовой категории ниже своей. .

 

Автор — Зана Курда  эксперт по взаимоотношениям с курдов с   ЕС, имеет докторскую степень в Брюссельском университете Врие.

Rudaw.net       Перевод  RiaTaza.com

https://www.rudaw.net/english/opinion/18052021

0 комментарий
0

Related Posts