Знак для народов и политиков (послесловие к визиту Папы Римского в Ирак)

автор Валерий Емельянов
18 просмотры

 Время и мир за пределами Башура. Международно-историкорелигиозная  панорама для курдов и Курдистана

Завершился первый в истории визит главы крупнейшей  христианской церкви – католической в Ирак, на святую землю древней Месопотамии, давшей миру праотца и патриарха Авраама-Ибрагима. Для религиозных людей во всем мире это событие более, чем знаковое, это эпохальный момент, оставивший глубокий след если не в умах, то в сердцах многих людей. В целом, религия – это прежде всего  душевные чувства и эмоции и уж потом рациональный разум. Недаром есть выражение «Наш Бог- Бог не философов, но Бог Авраама, Исаака и Иакова». Но автор этих строк решил не повторять имеющиеся в большом количестве в сегодняшних СМИ статьи, красиво, часто по восточному цветисто, размышляющих о значении этого выходящего далеко за границы Ирака события, а как историк религии (в одной из «прошлых жизней») рассказать уважаемым читателям  уважаемого портала  Riataza  о глубинных  исторических предпосылках события имевшего места в минувший уик-энд, его значении для религиозной и политической жизни нашего мира.

Так уж распорядилась история, что три религии, исповедующие восходящую к библейскому пророку, уроженцу г. Ур(Мессопотамия) Аврааму (Ибрагиму для мусульман) большую часть своей истории находились в конфликтах, вражде, а то и полноценных войн между собой. Сначала «храмовый иудаизм» древнего Израиля, а также языческий мир гнобил Христа и христиан. Затем христианство, став государственной религией во многих странах ополчилось на язычников, иудеев, позднее — на мусульман, а еще позднее на других христиан – евангеликов-протестантов и православных. Для мусульман «исторические» христиане тоже были  еретиками, ведь они «делили на три» Единого Бога и провозглашали Христа самим Богом. А это для мусульман уже не только ересь, это «придание Аллаху кого-нибудь в равные Ему, в сотоварищи» то, что по арабски называется «ширк» и является непростительным грехом. Правда в Коране есть  положения «тормозящие» насилие по отношению к христианам и иудеям, поэтому эксцессы христианской церкви в отношении иудеев и мусульман не были столь брутальными как некоторые действия католиков (и не только) по отношению к тем же иудеям и мусульманам. Можно вспомнить крестовые походы и инквизицию. Ислам воспринимался в средневековом сознании европейцев (которое определяло именно учение католической церкви), как иудейская или христианская ересь, а то и, вообще язычество. Вот для иллюстрации один пример. Данте в своей великой «Божественной комедии» поместил мусульманских ученых, известных и в тогдашней Европе, таких как Ибн Сина и Ибн Рушд (Аверроэс) в «лимбе»- преддверии ада, куда попадают все добродетельные нехристиане, то пророка Мухаммада и его племянника – четвертого халифа и первого имама шиитов Али поэт «разместил» в четвертом кругу ада – обиталище тех, кто «несет расплату за то, что разделяя копит гнет. Причем на иллюстрациях к «Божественной комедии» Али изображен с расколотой головой, так как во-многом его деятельности ислам «обязан» расколом на шиитов и суннитов.

Ко второй половине прошлого столетия стало очевидно для католической церкви,  что многие моменты в ее вероучении и практике требуется менять довольно радикально, прежде всего в отношениях с современном обществе. Ведь помимо позднесредневековой революции в церкви (реформации) пришлось столкнуться с Просвещением, породившим французскую антикатолическую революцию XVIII столетия, затем коммунистическими движениями и революциями. Ко второй половине прошлого века в таких крупнейших странах мира  как СССР и Китай восторжествовал атеизм. Как государственная политика, что оказало влияние на весь мир.

Поэтому, и во многом благодаря  именно последнему обстоятельству  в 1962 году был созван Собор католической церкви, получивший название «2-ой Ватиканский». Согласно его решениям, церковь и ее глава-папа, символически и фактически вышли из  продолжавшегося несколько столетий добровольного заточения за «бронзовыми вратами» Ватикана, открывшись как широким массам верующих в традиционно христианских странах Запада, так и другим религиям и культурам. Собор постановил в своих решениях (а соборные решения по канонам церкви стоят выше папских) постановил, что «все люди призваны в Единый народ Божий», и все религии каким-то образом включены в историю спасения человечества. То есть с этого момента, для католической церкви нет «ересей», есть другие религии, причем две из которых исповедуют веру в того же Единого Бога, что и христиане (ислам и иудаизм). В специальном документе Собора об отношении церкви к нехристианским религиям об исламе написано так: «Церковь так же с уважением относится к мусульманам, поклоняющимся Единому Богу, живому и милосердному, всемогущему, Творцу неба и земли». Благодаря своему монотеизму, писал впоследствии папа  Иоанн Павел I, мусульмане нам особенно близки. Далее в соборной декларации  говорится: «Хотя в течение веков между христианами и мусульманами возникали многие разногласия и вражда, Священный Собор увещает всех предать забвению прошлое и искренне стремиться к взаимпониманию, а также вместе защищать и развивать социальную справедливость, нравственные ценности, мир и свободу для всех людей». Эти принципы воплощал своей деятельностью и «папа собора» Павел VI, бывший первым главой католической церкви посетивший мусульманские страны, такие, как Индонезия и Иран (шахский). Непревзойденный вклад в это внес «папа-пилигрим» Иоанн-Павел I, каждый визит которого в ту или иную страну, был не просто ее посещением, но реальным разрушением очередной стены между странами, народами, религиями и культурами. Именно это было отличительной чертой времени того папы. Он стал первым главой католической церкви, помолившимся в мечети в Стамбуле и Дамаске.

Но, как уже неоднократно отмечал автор этих строк, современная история напоминает «американские горки «вверх-вниз, взлет-спад». После ухода Иоанна Павла II, его преемник Бенедикт XVI сделал в отношениях с исламом шаги, которые сложно назвать позитивными. На лекции в 2006 году в своем родном городе Регенсбурге тогдашний папа процитировал мысль одного из средневековых византийских императоров «Что привнес Ваш пророк Мухаммад! Ничего, кроме насилия». Также он в день Пасхи в соборе св. Петра публично крестил перешедшего в католичество из ислама итальянского журналиста египетского происхождения Махди Аллама, сделавшего себе имя на активных исламофобских выступлениях и даже ставшим депутатом Европарламента ( по последним данным, ныне г-н Аллам разочаровался и в католичестве).

Вошедшему на папский трон, после отречения от него  Бенедикта XVI,  папе Франциску (Хорхе Бергольо) досталось нелегкое наследство. Церковь явно отставала от общества, которое все более и более превращалось в нечто неузнаваемое и ранее невиданное — общество информационное. Вдобавок католицизм изнутри оказался буквально поражен коррупцией и сексуальными скандалами в среде духовенства. Вдобавок к этому, падение СССР и изменения в формально остающемся коммунистическом Китае, стало  одной из причин того, что принцип единения и диалога религий, провозглашенный в том числе и католическим Собором, ушел в тень, церкви и религии, активно разбегались по национальным «квартирам», между ними все больше было конфликтов, кульминацией которых стало нынешнее ближневосточное противостояние, имеющее явную религиозную составляющую.

И в этой ситуации нынешний папа сделал в межрелигиозной сфере воистину эпохальные шаги, каковыми стали подписание декларации с суннитским университетом (а,фактически, духовным центром) — аль-Азхар в 2019 году, энциклика (вероучительное послание всем христианам) «Все люди  — братья» и, наконец, нынешний визит в Ирак. Суть в том, что этими действиями, в том числе и молитвой в родном городе пророка Авраама-Ибрагима –Уре, папа строит межрелигиозные отношения не на попахивающей «академизмом» гумнистической философии, или некоей необходимостью диалога народов и культур, а на основополагающем принципе трех вер в одного Бога. Подтекст этого межрелигиозного послания Папы, кульминацией которого стала молитва в Уре, можно сформулировать следующим образом: « Все люди братья, не потому что кто-то хочет, чтобы так было, а потому что мы исповедуем одного и того-же Бога, и  потому мы не можем не быть братьями. Если же мы зарывшись в наши сугубо земные проблемы, будем делить Единого (а значит неделимого) Бога между собой теологически, этически, а то и национально-политически, все это будет означать одно – или Бога нет, или мы все, называй себя хоть сто раз мусульманами, христианами или иудеями — все суть «безбожники» и «еретики». Эта мысль в духе слов и дел папы сформулировал автор этих строк. Под свою отвественность. В подтверждение – цитата из проповеди папы Франциска  в Уре:

«Сегодня мы все – иудеи, христиане и мусульмане, вместе с нашими братьями и сестрами из других религий- почитаем нашего праотца Авраама, делая то, что делал он: взираем на небеса вершим свой земной путь».

Взглянем и  мы с «небес» сугубо  религиозной истории на политический эффект папского визита. С учетом отрицательного ответа на известный вопрос т.Сталина «Сколько у Папы Римского дивизий?» об этом вряд ли приходится говорить в нынешней военно-политической ситуации. Но вот с точки зрения международного «пиара»  эффект есть.

Во-первых, «зажатый» между  Западом и Ираном Багдад, ясно дал понять своему северному соседу, что больше склоняется в сторону первого, причем не только на уровне государственной политики, но и позиции религиозного сообщества страны, что продемонстрировала встреча в ан-Наджафе с главой иракских шиитов (и без преувеличения можно сказать духовным главой шиитов всего мира) аятоллой Али ас-Систани. Эксперты отмечают, что при этом тон официальных иранских СМИ в освещении папского визита был достаточно позитивным. Это наводит на предположение о том, что Иран попытается, возможно, принять папу… у себя. Это был бы неплохой политико-пропагандистский дивиденд с учетом вновь наметившегося переформатирования отношений с Западом.

Второй момент — главными бенефициарами с точки зрения международного «пиара» папского визита стали – курды Башура. Впервые на их земле глобального масштаба, ведь папа отслужил на эрбильском стадионе не просто мессу, а мессу воскресную, главную в литургической традиции церкви. Это  продемонстрировало всему миру, что в Иракском Курдистане нет межрелигиозных проблем, в отличие от остальной части Ирака, а также соседней Рожавы. Не секрет, что в этом регионе, несмотря на все действия и заявления администрации автономии о межрелигиозном и интернациональном характере ее политики, большинство ассирийско-христианского населения пока не очень доверяют этим утверждениям, считая, что их религиозные права пока не гарантированы должным образом.

Да и в целом, все указывает на то, что значение религиозного ( точнее, межрелигиозного фактора) возрастает. Такие у нас время и мир. Без религии- никуда. Особенно, на Востоке, Ближнем и не очень.

 Валерий Емельянов, ИАЦ «Время и мир»  для  Ria Taza.com

В статье выражено личное мнение автора необязательно совпадающее с  позицией редакции RiaTaza.com

2 комментария
0

Related Posts

2 комментария

Мураз Аджоев 11.03.2021 - 19:55

Своим официальным визитом в Регион Курдистан и массовой воскресной мессой в Эрбиле Папа Франциск передал скрытое сообщение государствам международного сообщества, в том числе христианского и мусульманского мира, о том, что Ватикан благословляет суверенное волеизъявление самоопределившегося народа (т.е. всех этнических сообществ и религиозных общин) Южного Курдистана, готов и призывает все страны мира признать независимость этого нового государства БВ. Да, именно с этой целью он прибыл в Эрбиль в ходе своего (с формальной точки зрения) визита в Ирак.

Aza Avdali 11.03.2021 - 21:05

Да, вот уж действительно удивительно или может и вовсе не удивительно, а это смотря что иметь в виду и как смотреть окрест, что без религии, как Вы говорите — никуда. Скорее, такое заключение справедливо для пространства ислама. Западный мир, да и российское пространство, ориентированы на иные ценности. Я не берусь обсуждать плохо это или хорошо, слишком уж многогранная тема, со своими убедительными плюсами, но также и минусами. Я всего лишь о том, как неоднократно был убедителен христианский мир в лице своей церкви и ее главы Папы в своем стремлении к пониманию, содружеству и всепрощению с миром исламским. Были ли хоть раз подобные попытки со стороны мусульманских иерархов?
А то, что религиозные права христиан в регионе не гарантированы — это правда, как правда и то, то выжили христиане в Ираке и Сирии исключительно благодаря курдам, и только им. Без комментариев, хотя очень хочется озвучить всю правду-матку. Что радует, так это иное, совершенно отличное от существующей печальной традиции, курдское мировосприятие — себя в этом мире, и мир в себе. Слава Богу, что это именно так, и это вселяет оптимизм. То, как был воспринят в Курдистане визит Папы — тому свидетельство.

Комментарии закрыты