Почти сотни курдских активистов задержаны силами безопасности Ирана в 2021 году

автор RIATAZA
39 просмотры

На рубеже 2021 года Исламская Республика Иран развязала новую главу репрессий против своего курдского населения, вызвав волну произвольных арестов курдских активистов гражданского общества.

Согласно сообщениям, с начала 2021 года по меньшей мере 91 курдский гражданин, включая правозащитников, экологов и художников, были арестованы или, другими словами, «похищены силами безопасности» в разных городах от Тегерана до Санандаджа, столицы иранской провинции Курдистан.

В совместном письме, инициированном базирующейся в Швейцарии организацией по правам человека Курдистана в Женеве (KMMK-G) и опубликованном 3 февраля, говорится, что несколько задержанных были освобождены, но 89 других остаются за решеткой, а по меньшей мере 40 подверглись насильственному исчезновению.

Более 50 курдских активистов призвали иранское государство немедленно освободить задержанных.

Государство Иран уже давно преследует свое курдское меньшинство. В докладе Amnesty International за 2008 год приводились примеры «религиозной и культурной дискриминации в отношении примерно 12 миллионов курдов, которые живут в Иране и составляют около 15 процентов населения».

Global Voices взяла интервью у Таймура Алиасси, соучредителя и исполнительного директора Швейцарской Ассоциации по правам человека в Курдистане (KMMK-G), чтобы понять, что движет репрессиями режима на этот раз.

Интервью было отредактировано для краткости и ясности.

Каковы причины недавних арестов?

Алиасси: Прежде чем ответить на этот вопрос, необходимо отметить, что причины и масштабы репрессий и насилия в Иране против курдского народа и других меньшинств присущи периоду зарождения Исламской Республики.

В августе 1979 года Аятолла Хомейни, тогдашний верховный лидер Ирана, объявил священную войну курдскому народу и обвинил курдов в антиисламизме и антиреволюционности, потому что они просто выступали за создание светского и демократического государства в Иране. С тех пор курды подвергаются стигматизации, маргинализации и исключению из любого участия в общественной жизни, а иранское государство и его средства массовой информации воспринимают их как враждебную группу.

Отвечая на ваш вопрос, с начала января, наряду с недавними скоординированными репрессиями и массовыми арестами курдских граждан, мы также являемся свидетелями кампании интенсивной стигматизации, демонизации и криминализации курдских граждан иранскими СМИ (Seda va Sima и Fars News). Система правления Исламской Республики Иран в значительной степени опирается на насилие и распространение страха.

Учитывая внутренний политический, экономический, социокультурный, экологический и медицинский кризис, с которым сталкивается режим, и его неспособность решить иранские проблемы, мы считаем, что режим боится потерять контроль над своим народом, и лучший способ показать, что он все еще правит и удерживается на вершине, — это усиление насилия и репрессий, особенно на этнических и маргинальных территориях. Таким образом, с января 16 граждан белуджи были казнены, а пять заключенных ахвази-арабов находятся под угрозой неминуемой казни.

Существуют ли какие-либо организационные связи между арестованными? Были ли они вовлечены в общий проект, например?

Алиасси: Задержанные являются членами гражданского общества, среди них студенты, экологи, деятели культуры, музыканты и ученые. Например, все пять задержанных женщин являются членами курдской женской музыкальной группы из города Керманшах под названием «Геларис».

Есть ли у вас какая-либо информация о задержанных и об обвинениях? Удалось ли им связаться со своими семьями или связаться с адвокатами?

Алиасси: Судьба и местонахождение 51 задержанных пока неизвестны. В ходе арестов в домах 31 задержанного были проведены обыски, а имущество пятерых из них было конфисковано силами безопасности. Еще пять человек стали жертвами физического насилия во время их ареста.

Семьи 51 человека, подвергшихся насильственным исчезновениям, постоянно подвергаются угрозам со стороны Революционной гвардии, когда они ищут информацию о своих близких, и им приказывают избегать любых контактов со средствами массовой информации и учреждениями ООН. Им также сообщают, что задержанным не разрешается иметь доступ к адвокату во время следствия, что увеличивает риск получения признательных показаний под пытками. Семьи крайне обеспокоены судьбой и местонахождением своих близких, а иранские власти отказываются предоставить информацию о задержанных.

Такие государственные меры представляют собой явное нарушение статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП), участником которого является Иран, поскольку они серьезно ограничивают доступ к адвокатам и правовой защите. Избиения, жестокое обращение, пытки, содержание под стражей без связи с внешним миром, насильственные исчезновения и произвольные аресты задержанных-все это нарушения не только МПГПП, но и иранского законодательства.

Группа курдских гражданских и политических активистов написала заявление, протестуя против этой волны массовых арестов. Присоединились ли к этому протесту другие некурдские иранские активисты?

Алиасси: В настоящее время мы инициировали и опубликовали 3 февраля совместное заявление, поддержанное 36 гражданскими обществами и правозащитными организациями, включая Amnesty International и Human Rights Watch (HRW), призывающее международное сообщество срочно обратить внимание на продолжающуюся волну произвольных арестов, содержания под стражей без связи с внешним миром и насильственных исчезновений, направленных против десятков людей из обездоленного курдского меньшинства Ирана.

Согласно этому совместному письму, несколько задержанных были освобождены, но «89 человек остаются под стражей, по меньшей мере 40 подверглись насильственным исчезновениям».

Как вы думаете, какое влияние эти международные организации могут оказать на эту ситуацию?

Алиасси: Мы надеемся, что давление со стороны ООН, ЕС и международного сообщества подтолкнет иранские власти прекратить свою кампанию демонизации и усиления репрессий против иранских этнических и религиозных меньшинств, а также всех иранских граждан.

Курдское меньшинство десятилетиями находилось под давлением и подвергалось преследованиям. В прошлом году были арестованы сотни курдов. Есть ли разница между этой волной арестов и прецедентами?

Алиасси: С 2020 года мы наблюдаем новую модель преследования и казней курдских политических заключенных в Иране путем расстрела отрядов, групповых казней и исчезновений заключенных и их тел, а также отказа в последнем посещении семьи перед казнью. Эта модель была распространена в 1980-х годах.

Тайная казнь и насильственные исчезновения г-на Хедаята Абдоллахпура, курдского политического заключенного, 11 мая 2020 года на военной базе в Ошнавие, провинция Западный Азербайджан, в результате обстрела взводом, несмотря на многочисленные призывы экспертов ООН по правам человека и озабоченность иранских властей, а также групповая казнь г-на Сабера Шейха Абдуллы и Дьяко Расулзадека, являются примером этой новой модели казней заключенных, принадлежащих к этническим группам и другим лицам в Иране.

Недавние репрессии против курдских активистов гражданского общества свидетельствуют об этой новой модели преследования и цикле насилия в отношении членов этнорелигиозных групп, в частности, и в Иране в целом. Это требует более жесткой позиции ООН и западных стран по Ирану, и вопрос об уважении прав человека и прав меньшинств в Иране должен стать основной частью нового раунда переговоров между ЕС и Ираном.

Автор — Фред Петросян

Globalvoices.org   —  Перевод Riataza.com

0 комментарий
0

Related Posts