Al-Monitor: «Кольбар-это опасно!»

Al-Monitor: «Кольбар-это опасно!»

Безработица вынуждает иранских курдов заниматься контрабандой со смертельными последствиями

Новая волна смертоносного насилия, направленного против иранских курдских контрабандистов в горном пограничном районе страны, вновь сосредоточила внимание на десятилетнем пренебрежении государством этой группой меньшинств.

Бедственное положение горных контрабандистов Ирана вновь находится в центре внимания после того, как этим летом пограничники Исламской Республики застрелили по меньшей мере 15 из них, по заявлениям местных  госчиновников .

 

В Иранском Курдистане для перевозки товаров через иракскую границу используются горные курьеры. Они известны на местном наречии как «кольбары», курдское слово, означающее кого-то, несущего тяжелые грузы на своих плечах. В последние годы этот термин стал использоваться для обозначения молодых курдов, которые пересекают труднопроходимые горы с товарами первой необходимости в регионе, страдающем от безработицы, нищеты и множества других проблем.

Согласно иранскому законодательству, эта деятельность считается контрабандой и равносильна нарушению границы – и аргумент, который иранские власти используют для оправдания расстрелов курьеров.  Такая практика существует уже несколько лет, несмотря на призывы правозащитных групп,  рассматривающих эти убийства как часть общего систематического нарушения Исламской Республикой прав курдского меньшинства.

 

Жесткие экономические условия в каменистом приграничном районе только усугублялись стремительно растущей безработицей и чувством несправедливости в распределении возможностей, все больше подталкивая молодых курдов к  таким путешествиям через границу.

 

В своем пламенном обращении к иранскому парламенту в начале этого месяца Камаль Хоссейнпур, депутат, представляющий пограничный город Сардашт, обрушил шквал критики на обращение иранского правительства с кольбарами после того, как 31 августа пограничники застрелили четырех человек.

 

По его словам, иранский офицер-пограничник,  назвав жертв «агрессорами», усилил гнев среди членов курдской общественности, включая депутата, раскритиковавшего  правительство за то, что оно обращалось с жертвами как с террористами из ДАИШ. «Эти четверо были просто горными курьерами, и их заставили работать, чтобы зарабатывать на жизнь своим семьям», — сказал Хоссейнпур.

 

Четыре убийства последовали за кампаниями в социальных сетях,  предпринятыми для того, чтобы «прекратить убивать кольбаров».

 

В последние месяцы даже некоторые женщины, оказавшиеся в явно тяжелом экономическом положении, стали кольбарами. Халале Амини, член муниципального совета города Мариван, в эмоциональной речи посетовала на страдания этих женщин. «Посмотрите на их руки, в основном одиноких матерей, и вы обнаружите, что нежная текстура женственности испарилась», — сказала она.

 

Смерть юного кольбара то и дело ассоциировалась с драматическими историями, трогавшими иранскую общественность до глубины души.

В декабре два брата-подростка, Азад и Фархад, несшие сумки с обувью, застряли в суровой пурге. Но прежде чем замерзнуть до смерти,  укрыв Азада своим плащом, младший брат Фархад, по-видимому, сделал попытку вернуться в свою деревню, расположенную примерно в 6 километрах от Маривана. Тела этих двоих были найдены четыре дня спустя в разных местах. Во время похорон  между Мариваном и этой деревней  люди держали буханки хлеба в символическом жесте, чтобы отметить «мученическую смерть за хлеб» двух братьев,  скандируя: «Смерть диктатуре».

 

Сразу же после трагедии и последовавшего за ней общественного гнева правительство президента Хасана Роухани поспешило взять на себя обязательство решить проблему кольбаров, хотя это обещание еще не реализовано.

Иранский парламент также дважды отказывался принять законопроект, запрещающий стрелять по кольбарам. По данным правозащитной группы, наблюдающей за состоянием кольбаров, в 2018 году по меньшей мере 86 из них, в основном в возрасте 20 лет, были убиты в перестрелках или умерли от других причин, таких как взрывы фугасов, лавины или обвалы скал.

Затем следует недавний случай с Маани Хашеми, 14-летним подростком из города Паве. «Талантливый»  ученик-подросток, по словам его матери, решил присоединиться к другим кольбарам, чтобы накопить на смартфон для себя и своей сестры, который им был нужен для обучения, поскольку занятия шли он-лайн из-за пандемии коронавируса.

 

«Все его беспокойство было связано с пропуском этих онлайн-курсов»,  — сказала иранским СМИ его 38-летняя мать-одиночка и сама бывшая «кольбаром»  Ронак Хашеми. При  совместной переноске мешков по 150 килограммов (330 фунтов) 4 сентября, эти двое были убиты пограничниками. Маани упал со скалы, ударившись лицом прямо о камень, сильно повредив нос и глаза. Ронак сумела взвалить окровавленного сына  на плечи и потащить в ближайшую деревню. Подросток был госпитализирован в местную недостаточно оборудованную больницу, где ему сказали, что надлежащее лечение доступно только в столице страны Тегеране.

 

Не имея возможности оплатить трансфер и медицинские расходы в Тегеране, Маани застрял на несколько дней, пока, в отсутствие государственной поддержки, общественные пожертвования не были собраны через социальные сети и в конечном итоге проложили ему путь в столицу, где он начал получать лечение.

 

«Скажите  всем, что это не работа. Быть кольбаром — это всего лишь боль, страдание и несчастье!», — сказала мать Маани иранской газете «Шахрванд».

 

Автор — спецкорреспондент  Al-Monitor в Тегеране

Al-Monitor     Перевод  RiaTaza.com

За достоверность фактов несет ответственность автор статьи

https://www.almonitor.com/pulse/originals/2020/09/irankurdmountainbordersmugglingkolbar.html#ixzz6YSdbRAg7

 

 

Об авторе

Похожие записи