Знаменитые личности: Философ Бернар-Анри Леви-друг курдов

Знаменитые личности: Философ Бернар-Анри Леви-друг курдов

Приступая к  созданию этого текста, автор еще раз вспомнил курдскую максиму «у нас нет друзей кроме гор». На этот раз почему-то подумалось, что курды в чем-то правы. В политике у них явно нет друзей, не потому что политикой занимаются плохие и недружелюбные люди, а потому что политика, как явление, по определению, не знает такого феномена как «дружба». Однако реальные друзья у курдов- таки есть среди интеллектуалов и представителей гражданского общества различных стран. Среди них – один из выдающихся философов Франции и современности Бернар-Анри Леви, о котором мы сегодня расскажем читателю подробнее.

Бернар- Анри Леви родился в 1948 году в Бен-Саф, (французский Алжир), в богатой  еврейской семье. Его семья переехала в Париж через несколько месяцев после его рождения. Он сын Дины (Сибони), сефардки (ближневосточной еврейки) и Андре Леви, «европейского» еврея-ашкенази, основателя и управляющего лесопромышленной компанией «Бекоб», ставшего мультимиллионером благодаря своему бизнесу. Андре  Леви участвовал в знаменитой  битве при Монте-Кассино во время Второй мировой войны.

После  окончания  лицея «Луи-Ле-Гран» в Париже Бернар-Анри поступил в «Высшую нормальную школу» ( одно из ведущих учебных заведений Франции, могущее быть сравнимой со знаменитой Соробонной) в 1968 году и окончил ее со степенью по философии в 1971 году. Среди его профессоров были французские интеллектуалы и философы Жак Деррида и Луи Альтюссер.

Вдохновленный призывом писателя  и философа Андре Мальро создать международную бригаду для помощи бангладешским сепаратистам, он стал военным корреспондентом Combat в 1971 году, освещая освободительную войну Бангладеш против Пакистана ( в те времена Бангладеш был официально частью Пакистана, хотя его с этой страной не связывали общие этнические корни, а только религия ислам- RiaTaza).  В следующем году он работал государственным служащим в недавно созданном Министерстве экономики и планирования Бангладеш. Его опыт в Бангладеш послужил источником его первой книги «Bangla-Desh, Nationalisme dans la révolution» («Бангладеш, национализм в революции», 1973). Он снова посетил Бангладеш в 2014 году, для выступления на презентации первого бенгальского перевода этой книги и открытия мемориального сада Мальро в Даккском университете.

После возвращения во Францию Леви стал преподавателем Страсбургского университета, где читал курс эпистемологии. Он также преподавал философию в Высшей нормальной школе. Он был основателем «Школы новых философов» . Это была группа молодых интеллектуалов, разочаровавшихся в коммунистической и социалистической реакции на почти революционные потрясения во Франции в мае 1968 года,  которые разработали бескомпромиссную моральную критику марксистских и социалистических идей. В том же году он опубликовал книгу «Варварство с человеческим лицом», в которой философ утверждал, что марксизм изначально коррумпирован.

Порвав с симпатиями к социализму и марксизму, Леви не стал, однако, и классическим консерватором, или либерал-консерватором. В 1981 году Леви опубликовал книгу «Французская идеологогия», возможно, самую влиятельную свою работу, в которой он предлагает мрачную картину французской истории. По его мнению, развитие авторитарных и властно-государственнических тенденций привело к крушению Франции накануне Второй мировой войны и установлению полуфашистского режима маршала Петена. Эта книга подверглась резкой критике как «слева», так и «справа» за несбалансированный подход к французской истории и за свой больше «публицистический», нежели «философский» характер.  В частности, книгу раскритиковал один из виднейших французских мыслителей и последовательный критик марксизма Раймон Арон.

Еще одна ключевая работа Бернара-Анри – «Гений иудаизма». В ней он развивает взгляд на религию евреев, не на как мистическое, молитвенное, или этическое учение, но как стимул конкретных действий, подпитываемых ТаНаХом ( еврейское название Ветхого Завета) и историей его персонажей.

Говоря о взглядах Бернара-Анри Леви как, скажем так, философско-политической личности, его можно охарактеризовать, как леволиберала-центриста, противостоящего, как социализму и марксизму ( сего носителям), так и праволибералом и консерваторам. Но у такой позиции в  нынешнем политическом и международном контексте есть одна серьезная «ахиллесова пята» — неадекватно-идеалистическое восприятие реальности. Философ стал членом правозащитной группы Call, выступая своего рода связующим звеном между деловыми кругами и гражданским обществом. Он активно выступает против тоталитаризма и исламского фундаментализма. Впервые тему исламского фундаментализма он поднял в книге- расследовании 2003 года «Кто убил Дэниэла Перла». Речь шла о похищении и гибели в Пакистане американского журналиста, корреспондента Wall Street Journal. Тогда Леви посетил Афганистан в качестве спецпредставителя французского президента Жака Ширака, в потом еще год собирал материалы в Пакистане, Индии, Европе и США. Основная идея книги — журналист раскрыл связь между пакистанскими спецслужбами и аль-Каедой, за что и поплатился жизнью. Книга была встречена, однако, критически. Востоковеды упрекали автора за фактологические «ляпы» и карикатурное изображение пакистанского общества. А Марианна Перл, вдова убитого журналиста, открыто заявила «Что у Леви в этой книге личное эго возобладало над разумом».

Дальнейшая «борьба» Леви с исламским фундаментализмом выразилась в защите авторов карикатур на пророка Мухаммада, поддержкой свержения Муаммара Каддафи в Ливии, совершенного, как известно,… исламскими фундаменталистами. Философ поддержал борьбу мусульман Боснии и Косово, против сербов. Хотя такая поддержка имела под собой справедливые основания (как известно,  в боснийской Сребренице имел место геноцид мусульман), национализм в мусульманской оболочке в  Боснии и, особенно, в Косово был не менее брутален.

В 2008 году Бернар-Анри Леви поддержал Михаила Саакашвили в момент операции российской армии по защите населения Абхазии и Южной Осетии, в 2014 году, он выступил в поддержку киевского «Евромайдана». Он призывал к интервенции в Сирии против  режима Башара Асада, в 2019 году был одним из подписантов обращения «Против политических репрессий в России». Его последняя акция, прошедшая буквально на днях –  встреча в Вильнюсе с претендующей на роль лидера белорусской оппозиции Светланой Тихановской.

Понятно, что вряд ли с такой политической биографией Бернар Анри Левии не может рассчитывать на теплый прием в официальной России и ее общественно-политических кругах. Однако автор исходит из посыла, что наш мир – не черно-белый в котором доминирует дихатомия «свой-чужой». Кроме того, нас в первую очередь интересует отношения этого французского мыслителя и политического деятеля к курдам и курдскому вопросу, а, здесь, надо признать, роль Бенара-Анри Леви более чем важна. Он является, на сегодня, пожалуй, самой значимой фигурой международного интеллектуального и гражданского сообщества, активно поддерживающим курдов и их стремление к самоопределению и независимости.

Интерес философа к курдскому вопросу, восходит еще к 90- х годам.  Снятый им документальный фильм «Пешмерга» ( а Бернар-Анри выступает не только, как философ, журналист и правозащитник, но также как кинорежиссер и продюсер) 16 мая 2016 года  был выбран отборочной комиссией Каннского кинофестивалем  для  специального показа. Леви развил свое видение Гражданской войны в Ираке через взгляд бойцов Пешмерга, сражавшихся против ДАИШ. Он состоит из изображений, снятых на месте небольшой командой,  с помощью беспилотных летательных аппаратов. Его кинематографические портреты , особенно женщин-бойцов Пешмерга глубоко впечатляют  ( по этой ссылке https://www.youtube.com/watch?v=33bRCTI0mT0&has_verified=1 )  можно посмотреть фильм с закадровым русским переводом.

Фильм « Пешмерга», как говорится в его официальной презентации в Каннах: «третья часть документальной трилогии, снятой на основе прожитого в реальном времени, недостающий кусочек головоломки всей жизни, отчаянные поиски просвещенного ислама.

Где тот другой Ислам, достаточно сильный, чтобы победить Ислам фундаменталистов? Кто его воплощает? Кто его поддерживает? Где те мужчины и женщины, которые словом и делом стремятся к просвещенному Исламу, Исламу закона и прав человека, Исламу, который стоит за женщинами и их правами, который верен высокому мышлению Аверроэса, Абд аль-Кадира Аль-Джилани, Ибн Туфайля и Руми?… Здесь, с этим третьим фильмом, этим гимном Курдистану и исключением, которое он воплощает, у меня есть чувство, что я, возможно, достигну своей цели. Курдистан-это сунниты и шииты, халдеи, ассирийцы, арамейскоязычные сирийцы, свободно живущие с мусульманами, память евреев Акры, светскость, свобода совести и вероисповедания. Это место, где можно столкнуться с евреем — барзани на передовой линии фронта, удерживаемого в 50 километрах от Эрбиля его дальним родственником, мусульманином Сирваном Барзани… Это лучше, чем арабская весна… На самом деле сомнений больше нет. Просвещенный ислам существует: я нашел его в Эрбиле». Год спустя Леви сказал, что «Евреи имеют особую обязанность поддерживать курдов», и что он надеется, что «они придут и скажут Пешмерга:»вот уже много лет вы проливаете свою кровь, защищая ценности нашей общей цивилизации. Теперь наша очередь защищать ваше право жить свободно и независимо».

Так же в 2017 году Бернар-Анри снял фильм «Битва за Мосул». Он неоднократно встречался с лидером Башура Масудом Барзани, а при посещении Рожавы – с главнокомандующим SDF  Мазлумом Кобане.

Автор этих строк, будучи историком по первому образованию считает, что лучшим аргументом-фактом всегда было и есть обращение к первоисточнику. Поэтому мы завершаем нашу статью публикацией обширного интервью философа по курдскому вопросу, данному интернет-изданию Octavian Report в 2018 году.

Бернар-Анри Леви: Как добиться справедливости для курдов?

Octavian report: Как вы впервые узнали о курдской проблеме?

Бернар-Анри Леви: Впервые я  узнал об этом очень давно. Моя первая поездка в Курдистан состоялась осенью 1991 года. Это было сразу после первой войны против Саддама. Я отправился в Курдистан и обнаружил, что там сложилась весьма своеобразная ситуация.  Курды исповедовали совершенно особый вид ислама – просвещенный ислам, совместимый с демократией и правами человека.

Я полностью осознаю это уже почти 30 лет. Но я знал это и раньше. Одним из главных поисков в моей жизни был поиск просветленного Ислама. Это была одна из моих самых больших забот на протяжении всей моей жизни, как активиста и борца за демократию. Со времени моей первой поездки туда я знал, что Курдистан является одним из воплощений этого.

Что побудило вас принять меры сейчас, создать организацию, которая будет заниматься привлечением внимания к этому вопросу?

Предательство курдов Западом, и особенно Америкой. Это произошло в сентябре прошлого года, в день их референдума: 25 сентября 2017 года. Именно тогда я увидел степень предательства Запада,  понял степень непонимания им курдов,  незнания их  роли в общей борьбе с мракобесием и терроризмом. Тогда я понял, что предстоит сделать огромную работу, чтобы дать миру понять, что этот народ-великий народ, очень близкий по духу Западу.

Почему курды не являются более  значимым фактором, привлекающим внимание международной общественности?

Потому что они смущают «холодных монстров»,  по выражению Фридриха Ницше, каковыми являются мировые державы. Они смущают их, потому что осложняют отношения с Турцией, с Ираном и  Ираком, они усложняют геополитику и  реализацию базового дипломатического курса «холодных монстров».

Как Вы думаете, почему мы продолжаем отдавать предпочтение нашим отношениям с этими странами, находящимися в положении  между очень  непоследовательными союзниками  и откровенными противниками  в ущерб потребностям курдов?

Для меня это действительно загадка. Я был в Эрбиле в начале октября и видел именно то, что вы описываете. Я видел, как Америка предлагает на серебряном блюде голову курдов Ирану, Ираку и Турции. Для меня это было так абсурдно. С одной стороны, верный, верный союзник — курды. С другой стороны, наш злейший враг-Иран, и наш ложный друг-Турция.

Мы предпочитали ложного друга и самого большого врага. Почему? Наверное, потому, что это облегчает нам жизнь. Наверное, потому, что мы боимся этих стран. Не забывайте, что Эрдоган, например, шантажист. Он шантажирует Запад мигрантами и шантажирует Запад терроризмом. Мигрантов, как Вы знаете, он считает бомбой, которую держит в руках, и готов бросить в нас. О терроризме, когда у него была  дискуссия с Ангелой Меркель в марте 2017 года, он сказал: «Будьте осторожны. Начиная с этого момента, ни один европейский гражданин не будет в безопасности ни в одном городе Европы». Это был призыв к терроризму. Поэтому мы боимся этого шантажа. Мы боимся этих угроз.

 Как Вы относитесь к отказу, в основном, «глобальных левых» от поддержки курдов по сравнению с их поддержкой палестинцев?

Вероятно, потому, что в палестинском вопросе евреи находятся в его эпицентре. Но в курдском вопросе евреев нет в эпицентре, они также не являются частью курдского политического ландшафта. Никто не хочет причинить вред палестинцам, но использовать палестинцев как причину, использовать палестинцев как молот-значит использовать их как молот против евреев. Палестинцы используются в качестве инструмента для возрождения антисемитизма.

Как курды оказались без гражданства и расселились по четырем странам?

Решение не предоставлять им государственность было принято сразу после Первой мировой войны. Сначала их привечали, но  потом, через два года,отношение стало противоположным из-за протеста иранцев и турок. Международное сообщество отказалось от своего обещания, из-за тех же самых сил, которые и сегодня противостоят курдскому делу.

 Вы предвидите, что курдское государство в северном Ираке когда-нибудь получит международное признание?

Несколько препятствий стоят на пути. У курдов нет монополии на насилие. Мы видели это в октябре прошлого года. Когда иракцы решили нарушить монополию, они сделали это в грубой форме. Во-вторых, это правда, что Курдистан является гораздо более государством, в смысле своей эффективности, чем Ирак. Ирак- несостоятельное государство; КРГ, Иракский Курдистан, — функциональное государство, по крайней мере, гораздо более функциональное, чем государство Ирак. Кстати, можно сказать, что Ирак-это страна-призрак, порождение британского и французского колониализма и милитаризма. Иракский Курдистан — гораздо более справедливое государство, чем Ирак.

Когда это будет признано? Когда реальность будет соответствовать видению?

Я не могу предсказать, когда сообщество наций признает то, что мы видим сейчас. Но моя оценка такова, что это произойдет, хотя есть новая задержка после референдума в сентябре прошлого года.

Это не будет длиться вечно. Я думаю, что этот момент наступит, может быть, раньше, чем считают противники курдов.

Как гражданская война в Сирии повлияла на основные курдские общины в регионе?

Я не думаю, что это гражданская война в Сирии. Я называю это войной против гражданского населения. Это не одно и то же. Это война государства Башара Асада и  ДАИШ против мирного населения Сирии.

Курды, как и все меньшинства страны, были взяты в заложники, подвергались шантажу со стороны режима и ДАИШ. Они пытались защитить гражданское население, иногда идя на некоторые компромиссы. Но они были лучшими, самыми ярыми и энергичными бойцами в борьбе с  джихадистами.

Именно курды внесли наибольший вклад в разгром ИГИЛ. Так как же вся эта ситуация повлияла на них? Это дало им международное признание де-факто?

Многие люди во всем мире (недостаточно, конечно), но теперь знают, насколько велики курды; как они способствовали поражению ДАИШ.

 Какие шаги следует предпринять для решения продолжающейся войны Эрдогана против курдской общины, как в пределах его собственных национальных границ, так и непосредственно за границей, Сирии?

Вы, американцы, и мы, европейцы, должны встать на сторону наших друзей и союзников — курдов. Мы не должны в тот самый день, когда Эрдоган нападает на них, говорить: «Кто вы?». Мы не должны сдерживать поставки  им оружия. Мы должны стоять рядом с ними.

Даже если Турция является членом НАТО,  нападение турок на курдов, ставит вопрос о том, принадлежит ли Турция к НАТО?  У меня самого были давние сомнения. После битвы при Кобане у меня возникли серьезные сомнения относительно места Турции в НАТО. Теперь, начиная с Африна, можно с уверенностью сказать, что место Турции не в НАТО.

Что должны делать организации и частные лица, заинтересованные в непосредственной помощи?

Это зависит от того, кто они такие. Если вы студент, свяжитесь со студентами в Курдистане и наводите с ними мосты. Если вы интеллектуал, то поговорите с интеллектуалами Курдистана. Если вы зарабатываете деньги, вы можете инвестировать в Курдистан. Мы должны сделать так, чтобы реальность соответствовала общности наших ценностей.

Если судить по ценностям, то Курдистан, Америка и Франция-братские страны. Вот почему, например, с  организацией «Справедливость для курдов» у нас есть проект — памятник курдам в Нью-Йорке.  Памятник Пешмерга, за курдам, павшим за нас, павшим в борьбе за наши ценности. Мы должны понимать; мы должны верить; мы должны праздновать; мы должны передавать; и мы должны укреплять связи.

Каковы главные организационные приоритеты организации  « Справедливость для курдов»?

Леви: самый большой приоритет-это знания. Сделайте дело курдов, их идентичность, смысл их борьбы гораздо более известными. Для меня, и я думаю, что то же самое для моего друга и товарища Тома Каплана, одним из самых больших достижений   этой организции был бы этот памятник.

Мечта действительно состоит в том, чтобы иметь в Нью-Йорке и Париже два прекрасных памятника в честь курдов, которые пролили за нас Свою Кровь. За наши ценности, за наших детей. Для того, чтобы предотвратить новые теракты на нашей земле, мы хотим поставить памятник этим братьям по крови, курдам.

Почему вы считаете, что в некоторых регионах ЕС нарастает волна нелиберальной политики?

Речь не только о Евросоюзе,  нелиберальная нарастает и  в Америке. Увы,  это происходит по обе стороны Атлантического океана. Почему? Потому что такова судьба демократии. Демократия — это очень расплывчатые отношения, которые всегда находятся на грани кризиса.

Незадолго до 1914 года произошел кризис демократии. Незадолго до 1939 года произошел кризис демократии. И сегодня происходит новый кризис демократии. А кризис демократии всегда связан с попыткой убить демократию тем самым оружием, которым она владеет.

Это когда гуманитарные защитники демократии отступают назад, когда защитники демократии ослабляют свою охрану. Естественные силы общества не идут в направлении демократии. Демократия-это не естественное состояние, демократия трудна. Это тяжело. Это требует усилий.

Вы считаете, что важность либеральной демократии должна быть объяснена людям более ясно? Как вы думаете, как лучше всего бороться с нелиберализмом?

Не только объяснять. Конечно, мы должны объяснить, но то, что должно постоянно укрепляться, — речь о всех институтах, которые сделали либеральную демократию в первую очередь. Существует тенденция считать, что либеральная демократия — это всего лишь голосование.

Но Голосование-это маленькая часть демократии. Конечно, это очень важно. Но это очень незначительная часть. Есть много-много других условий. Права меньшинства. Проверка и уравновешивание сил. Доверие к избранным представителям. Демократия-это сила прессы, вера в истину и вера в то, что истина ценнее лжи. Все это важнейшие убеждения для демократии, и мы должны питать, строить и укреплять всех их .

Вы  считаете, что этот кризис демократии, как вы его назвали, ухудшится, прежде чем он станет лучше?

Я думаю, что это  положение может стать еще хуже, потому что демократия подвергается нападкам изнутри и извне.

Есть несколько больших стран, очень сильных, гораздо более сильных, чем Советский Союз в прошлом, активно борющихся против демократии. Например, современная Россия, которая не менее сильна, чем Советский Союз. Есть Китай, который очень скоро станет самой большой державой в мире и который защищает, проповедует и иллюстрирует фундаментальную модель общества,  не являющегося либеральной демократией.

Некоторые утверждают, что это доказывает де-факто, что рынки могут обойтись без демократии, что демократия может обойтись без либерализма. Это то, что я называю атакой со всех сторон.

Даже во времена «холодной войны» та часть мира, которая находилась под чарами и проклятием коммунизма, была менее яркой и эффективной, чем Китай сегодня. У вас сегодня по всей Америке, в американских кампусах, университетах, очень активные группы, защищающие китайскую модель. У вас есть это в прессе, у вас есть сильное лобби.

 Даже по эту сторону Атлантики есть много комментариев, что Франция стала враждебной средой для евреев. Насколько это верно  по Вашему опыту?

Насколько враждебно, я не знаю. Но существует сильный антисемитизм, который растет во Франции и в Европе в целом. И в Америке тоже.

Я считаю, что плодами этого нового антисемитизма являются: во-первых, антисионизм; во-вторых, отрицание Холокоста; в-третьих, предполагаемая конкуренция жертв других «холокостов».

Наиболее сильно эти три момента проявляют себя в США. Антисионизм очень силен в американских университетских кампусах. Центр, отрицания Холокоста сегодня находится на западном побережье Америки. И мысль о том, что должна быть конкуренция между еврейскими жертвами и другими жертвами национальных «холокостов», очень живуча в Америке.

Octavian Report      

https://octavianreport.com

URL to article: https://octavianreport.com/article/bernard-henri-levy-justice-kurds/

 Cтатья и перевод интервью — Валерий Емельянов ИАЦ «Время и мир» для RiaTaza.com

 

Об авторе

Валерий Емельянов

Исполнительный директор информационно-аналитического центра "Время и мир" Образование: МГПИ им. В.И. Ленина; Высшие государственные курсы по вопросам изобретательства и патентно-лицензионной работы.

Похожие записи