ИРАКСКИЙ КУРДИСТАН: ПРИОРИТЕТНЫЕ ВОПРОСЫ МЕЖДУНАРОДНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА

ИРАКСКИЙ КУРДИСТАН: ПРИОРИТЕТНЫЕ ВОПРОСЫ МЕЖДУНАРОДНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА

Багдад, Эрбиль и их зарубежные партнеры должны сосредоточиться на устранении пагубных внутрикурдских разногласий, заключении многолетней бюджетной сделки и возобновлении координации действий элиты по борьбе с терроризмом, среди прочих инициатив.


В последнее десятилетие Иракский Курдистан пережил множество кризисных моментов — сокращение бюджета, нападение террористической группировки ДАИШ (запрещена в РФ) на Эрбиль, снижение цен на нефть вдвое (в два раза!) и вооруженный конфликт с иракским правительством из-за Киркука. Сегодняшняя ситуация выглядит иначе и, возможно, хуже, чем эти эпизоды: есть КОВИД, глубокая нефтяная рецессия в Багдаде и Курдистане, усиление напряженности в отношениях с Турцией и Ираном и неприятное скрытое недовольство курдами среди многих депутатов Багдадского парламента.

Однако что делает этот момент особенно опасным, так это близкий разрыв сотрудничества между Демократической партией Курдистана (ДПК) и Патриотическим союзом Курдистана (ПСК). Иракские курды показали, что они могут выдержать любую бурю, когда они объединяются как народ. Международные партнеры КРИ, как правило, более эффективно поддерживают иракских курдов, когда обе стороны работают в гармонии, но часто отступают, когда они не могут определить сплоченного контрагента, с которым можно было бы иметь дело в КРИ. Международные воспоминания о внутрикурдской гражданской войне 1990-х годов подорвали курдское дело в Ираке в 2000-е годы, когда перед курдами открывалась самая большая возможность для самоуправления.

Заглядывая вперед, ясно, что будущее Ирака и КРИ взаимосвязано. Если экономика и валюта Багдада рухнут, то рухнет и Курдистан, если курдский народ будет голодать, вина ляжет на Багдад. Если ДАИШ вернется, оно возникнет первым в полосе спорных территорий между федеральным Ираком и КРИ. Успех американской политики в Ираке — это успех как пятнадцати провинций федерального Ирака, так и региона Курдистан, а не одного или другого.

Стратегический диалог между США и Ираком продолжится в конце лета, и мы надеемся, что он будет включать в себя визит иракского руководства в Вашингтон. Это дает возможность вновь активизировать роль США и международных партнеров в решении проблем, стоящих перед КРИ. Важно подчеркнуть важность многосторонней миссии по поддержке внутрикурдской сплоченности и отношений Багдад-КРИ, поскольку Америка не имеет всех ответов по Курдистану и не склонна уделять ему достаточно внимания. Власть и лидерство США наиболее эффективны в сочетании с проницательностью и хорошим чутьем многих других партнеров по Курдистану, таких как французы, британцы и канадцы, и это лишь некоторые из них.

Существует аргумент, что в американо-иракском стратегическом рамочном соглашении должна быть либо специальная рабочая группа или Комитет по вопросам КРИ (или по децентрализации в более общем плане), либо межсекторальный механизм, обеспечивающий включение КРИ в каждую из рабочих групп по вопросам безопасности, политики, экономики и энергетики. Список тем, требующих постоянного внимания, довольно длинный.

Самое главное, что ДПК и ПСК должны восстановить свои отношения, которые позволят региону говорить единым сплоченным голосом в Багдаде и с международными партнерами. Это фундаментальная проблема, которая влияет на все остальные проблемы, с которыми сталкивается КРИ. Враждебные отношения между двумя сторонами подрывают все, что делается в КРИ, и глубоко отталкивают международных партнеров и потенциальных инвесторов. Это может привести к вооруженным противостояниям, затрагивающим ключевые отрасли, такие как грузоперевозки сжиженного газа, или к кризисам безопасности, таким как вооруженное противостояние Зине-Варте между силами Пешмерга ДПК и ПСК в середине марта 2020 года.

Почти ничего — от инвестиций в нефть и газ до борьбы с терроризмом, борьбы с COVID и переговоров с Багдадом — не работает так, как должно, из-за раскола ДПК-ПСК. Было бы магическим мышлением вообразить, что обе стороны могут легко примириться. Тем не менее, США и их различные партнеры должны уделять приоритетное внимание усилиям, направленным на то, чтобы посадить влиятельных лидеров за стол, выработать минимальный уровень сотрудничества и начать диалог, каким бы высокопарным или напряженным он ни был с самого начала.

США и другие международные организации также должны помочь Багдаду и КРИ завершить многообещающие шаги, предпринятые в области политического, экономического сотрудничества и безопасности. Курды хорошо сотрудничали с правительством бывшего премьера Аделя Абдул-Махди в Багдаде, и они преодолели свою первоначальную осторожность в отношении перемен в Багдаде, чтобы поддержать нового премьер-министра Мустафу аль-Казими, еще одного старого друга. Для курдов, однако, отношения будут оцениваться почти исключительно по тому, что они обеспечивают с точки зрения бюджетной поддержки.

Наблюдая за тем, как шесть иракских премьер—министров ведут переговоры и пересматривают бюджетные соглашения с курдами каждый год на протяжении более десяти лет, США хорошо знакомы со всеми возможными вариантами компромиссов — больше, чем сами иракские и курдские лидеры. Что всегда было ясно, так это то, что политика превосходит экономику в таких дискуссиях: как правило, решение является политическим, а цифры и формулы выдумываются, чтобы соответствовать требуемому компромиссу. Вот почему до конца 2020 года Курдистан, вероятно, будет продолжать продавать свою нефть и собирать таможенные доходы, в то время как Багдад будет ежемесячно предоставлять уменьшенную сумму на курдский казначейство, что в основном и происходит в течение последних двух лет. Многие дискуссии, как правило, заканчиваются именно там, где они начались.

Эта модель повторяющихся бюджетных кризисов не является устойчивой по двум причинам. Во-первых, ежегодное выяснение отношений осложняет и без того напряженный бюджетный процесс, и иракские парламентарии с каждым разом становятся все более враждебными к экономике КРИ. Во-вторых, ДПК и ПСК все чаще борются за механизм распределения доходов, а Сулеймания добивается более прямых трансфертов из Багдада или других гарантий справедливой доли.

США и их международные партнеры должны поддержать многолетнее соглашение, которое имеет поддержку на самом высоком уровне: иракский премьер-министр, выступающий за значительный блок в иракской политической системе, и ключевые лидеры в рамках ДПК и ПСК. Это еще одна причина, по которой обе стороны должны иметь возможность сесть вместе на самых высоких политических уровнях. Лучшее условие для бюджетного соглашения Багдада и КРИ, по-видимому, составляет около 800 миллионов долларов в месяц, что требует от ДПК и ПСК согласования безусловного, неполитизированного и постоянного сокращения обязательств КРИ (зарплаты, социальные услуги и пособия) примерно на 30%. США и другие международные организации должны оказать сильное и благонамеренное давление на КРИ, чтобы назначить уполномоченного и преданного делу министра природных ресурсов для восстановления доверия инвесторов к энергетическому сектору, который послужит указателем для будущих ненефтяных инвесторов КРИ.

Быстрая победа сотрудничества Багдад-ДПК-ПСК может стать возможной в сфере борьбы с терроризмом. Иракская антитеррористическая служба, возглавляемый ДПК контртеррористический департамент (КТД) и возглавляемая ПСК контртеррористическая группа (КТГ) — это три высокопрофессиональные службы, которые тесно сотрудничают с международной коалицией против ДАИШ. Они уже работали вместе раньше и теперь могут работать в спорных районах с относительной легкостью. Создание совместных координационных центров по борьбе с терроризмом должно быть первоначально сосредоточено на этих элитных подразделениях и связанных с ними разведывательных вооружениях, а не обязательно на «больших военных» подразделениях, таких как иракская армия, федеральная полиция и Пешмерга.

Одним из важных символов сотрудничества Багдада и КРИ могла бы стать инвестиция в развертывание на короткие сроки некоторых самолетов F-16 иракских ВВС в аэропортах Эрбиля и Сулеймании. Эти истребители-бомбардировщики, как известно, рассматривались как палка, которую Багдад мог бы использовать против курдов, но сегодня флот F-16 и его американские техники изо всех сил пытаются остаться на службе, поскольку поддерживаемые Ираном ополченцы окружают их операционную базу в Баладе. Возможно, нестандартная идея могла бы заключаться в том, чтобы провести фрагмент флота F-16 через безопасные операционные среды Эрбиля и Сулеймании, как это сделали итальянские ВВС с небольшим количеством истребителей Eurofighters во время войны против ДАИШ.

Общей нитью во всех этих вариантах является желание «пойти по-крупному» в отношениях Багдад-ДПК-ПСК, а также для международных игроков поощрять и поддерживать новое мышление. Регион Курдистана в настоящее время катится вниз, с меньшей стабильностью и меньшей привлекательностью в качестве инвестиционной среды, главным образом потому, что курдские лидеры позволяют себе быть разделенными личностной политикой. Интервенция США в Ирак в 1991 году помогла освободить иракских курдов, а интервенция в 2003 году привела к тому, что США попросили тех же курдов вернуться в Ирак на основе американских гарантий. Настало время приступить к выполнению этих гарантий. Вмешательство США превратило Ирак из диктатуры в демократию (несовершенную, как и все демократии), но столь же великая трансформация помогла бы создать иракское государство в мире со всеми его компонентами, прежде всего с курдским населением. Этот момент может и должен начаться всерьез уже сейчас.

Майкл Найтс, старший научный сотрудник Вашингтонского института, провел обширные исследования на местах в Ираке наряду с силами безопасности и правительственными министерствами. Эта статья была первоначально опубликована на веб-сайте MERI.

Washingtoninstitute.org — Перевод Riataza.com

Об авторе

RIATAZA

Информационный сайт о курдах и Курдистане; Администрация сайта приглашает к сотрудничеству всех заинтересованных лиц, создайте свой блог на RIATAZA, за подробностями обращайтесь по адресу info@riataza.com

Похожие записи