«Идущие в огонь»: команда женщин-езидок проводит разминирование Шангала

«Идущие в огонь»: команда женщин-езидок  проводит разминирование Шангала

За спиной Ханы Хайдер-большая  настенная карта, на которой зеленым цветом отмечены минные поля, которые ее команда женщин-саперов  расчищала. «Это место, где компактно проживали езиды , — говорит она. – Здесь и я жила в детстве; у меня здесь осталось  так много важных воспоминаний»

Это место называется Синджар, или Шангал, как его называют езиды, на северо-западной границе Ирака с Сирией. 28-летняя Хайдер говорит по видеосвязи из своего офиса в этом регионе.

«Эта работа так важна для меня, потому что я чувствую, что делаю что-то хорошее для моей семьи, моей общины и людей, которые были перемещены из Синджара. Убирая мины, я помогаю им когда-нибудь вернуться в родной дом».

В августе 2014 года ДАИШ вторглось в этот регион и оккупировало его. Эта группа убила около 5000 езидов, похитила и обратила в рабство 6000 женщин и детей, а также переселила общину, которая веками жила в городах и деревнях, расположенных вокруг священной для езидов горы Шангал ( по преданию езидов, населяющих этот регион, именно на горе Шингал, а не Арарат, обрел под собой сушу «Ноев Ковчег» — RiaTaza) .

«Раньше у нас была нормальная жизнь. Все было хорошо, люди жили счастливо. Но после геноцида в 2014 году все изменилось. Мы больше не в безопасности», — говорит Хайдер.

До того момента, когда ДАИШ была вытеснена из Синджара в 2017 году, она установила сотни тысяч наземных мин и других взрывных устройств в домах, зданиях и вполях. Группа производила их в промышленных масштабах, но также использовала предметы домашнего обихода, включая кастрюли, сковородки и даже контроллеры видеоигр (все, что она могла достать)  для создания импровизированных взрывных устройств.

«К югу от горы ежедневно гибнут или получают ранения люди», — объясняет Хайдер. Важной частью ее работы является просвещение общества и особенно детей, которые подвергаются наибольшему риску. В одном районе мужчина сказал ей, что взрыв убил его 15-летнего племянника, когда он был в поле, присматривая за стадом. Другой его племянник получил смертельные травмы.

Новый фильм «Идущие в огонь» рассказывает о Хайдер и ее команде езидок из Mines Advisory Group (MAG), международной благотворительной организации, которая удаляет неразорвавшиеся бомбы в бывших зонах военных действий по всему миру,  работающих в Шангале.

 

Высокий уровень заминирования  является одной из причин того, что спустя три года после освобождения Шангала  от ДАИШ только около четверти населения вернулось.

Почти 300 000 езидов по-прежнему живут в палаточных лагерях и временных убежищах в соседнем Иракском Курдистане. Условия жизни здесь плохие, и община имеет недостаточный доступ к услугам, включая лечение  психических заболеваний. Более 2000 женщин и детей по-прежнему числятся пропавшими без вести.

Те, кто вернулся, живут в основном к северу от горы, которая разделяет регион, сообщила Порша  Стрэттон,  директор MAG-Ирак.

«Район к северу от гор, хотя и сильно пострадал, заминирован меньше, чем  земли к югу, так как ДАИШ удерживала ее в течение гораздо более короткого периода. Кроме того, поскольку население все больше перемещается на север, мы  традиционно  располагаем большей информацией о минировании в этих районах» — добавила она.

Благотворительная организация очистила деревню Хайдер в 2016 году, что позволило ей и ее семье вернуться, хотя и не в свой с дом. Он был слишком сильно поврежден. И большая часть домов по всему району пострадала подобным же образом, причем многие из них были полностью разрушены. Святыни, школы и общественные здания лежат в руинах.

«Существует также нехватка услуг, таких как медицинское обслуживание и образование, особенно в деревнях», — говорит Хайдер. Двое из ее детей учатся в школе, но им приходится каждый день проходить мили через военные развалины, чтобы попасть туда. «Больше всего на свете я хочу, чтобы они были в безопасности и свободны».

Несмотря на опасность своей работы, Хайдер никогда не пугается. «Я уверена  в себе и знаю, что поступаю правильно».

Отчасти проблема заключается в том, что Шангал  относится к «спорным территориям» Ирака-районам, на которые претендуют как центральное правительство Ирака, так и региональное правительство Курдистана. Политическая борьба подпитывала конфликты, раздробляла власть и делала особенно уязвимыми езидов и другие меньшинства, включая ассирийцев, туркменов и шабаков, в Шангале  и близлежащих долинах  Ниневии.

 

По словам Абида Шамдина, исполнительного директора благотворительной организации Nadia’S Iniative, работающей в Шангале и созданной лауреатом Нобелевской премии мира Надей Мурад, имеет место «отсутствие функционирующего правительства».

Отсутствие официальных правоохранительных органов в регионе также «порождает хаос и страх”, говорит он.

В этом районе действуют многочисленные ополченцы с конкурирующими целями, препятствующие возвращению бывших жителей и восстановлению региона. Эта небезопасность была подчеркнута в середине июня последним в серии турецких авиаударов по горе Шангал, нацеленных на курдских боевиков, но поражающих районы в непосредственной близости от гражданских лиц.

«Когда иракское правительство и международное сообщество проявят некоторое мужество и политическую волю для решения проблем безопасности в Синджаре?»,- написала   Надия Мурад в Твиттере.

Несмотря на эту ненадежность, Хайдер предана дому, который она любит. Теперь она завела новый сад-огород.

«Я посадила простые растения, некоторые цветы, овощи, такие как огурцы, помидоры, баклажаны, — говорит она. Я чувствую, что у них у всех есть душа и дух. Я чувствую себя счастливой, просто наблюдая за ними».

Именно это отношение привлекло Орландо фон Айнзиделя, оскароносного режиссера «Белых касок», к истории Хайдер.

«Идущие в огонь»  не фокусируется на теме ДАИШ  и ее действий. Вместо этого я хотел сосредоточиться на невероятной стойкости  тех, кто пережил их зверства и кто восстанавливает свою жизнь и свои общины».

Он также надеется, что этот фильм позволит лучше понять роль женщин в восстановлении своих общин после конфликта. «По всему миру у МAG есть необычные команды женщин-саперов. Многие из них –  матери, бросающие вызов стереотипным представлениям о том, что такое «женская работа».

 

Хайдер считает, что эта работа- один из способов психологического восстановления  женщин в ее команде.  Некоторые из которых – бывшие пленницы  джихадистов  и все они потеряли семью и друзей в 2014 году.

«Они делают то, что раньше делали, может быть, только мужчины, и это придает им уверенности в себе. Они делают что-то хорошее для своей общины и своей семьи, и они также могут зависеть от самих себя, финансово и другими способами».- говорит Хана.

Хайдер по-прежнему работает со всеми женщинами, но некоторое время назад она была повышена и  возглавила большую команду, включающую мужчин. С 2016 года она и ее коллеги обезвредили более 27 000 мин в районах, освобожденных от  ДАИШ.

Когда она впервые увидела фильм, то сказала: «мне было грустно видеть реальность, в которой мы живем сейчас, и все то, что произошло с моей общиной и езидами. Но я также чувствовала себя счастливой, видя хорошие вещи, которые моя команда и я делаем. Я надеюсь, что фильм покажет людям во всем мире, что мы, езидские женщины, сильны, мы не сдаемся и что мы способны снова встать и жить своей жизнью, даже после всего, что нам пришлось пережить».

Автор _Кейт Денериз     The Guardian (Великобритания)   Перевод    RiaTaza.com

https://www.theguardian.com/global-development/2020/jul/07/yazidi-women-are-strong-kurdistans-female-landmine-clearance-teams

Об авторе

Похожие записи