Профессор Москов Амарян: «Я готов поддержать проект подготовки курдских физиков»

Профессор  Москов Амарян: «Я готов поддержать проект подготовки курдских физиков»

Расскажите, пожалуйста, немного о себе?

Я по образованию физик работал в Ерванском Физическом Институте (ЕрФИ) с 1972.

С 1990 года стал участником экспериментальной программы работы в США на основе договора о взаимном сотрудничестве между СССР и США. Я работал в лаборатории которая называется Thomas Jefferson National Accelerator Facility (TJNAF), а по простому ее называют JLab с 1990 по-1993.

Защитил кандидатскую диссертацию по профилю Физика элементарных Частиц и Атомного Ядра в 1993 году.

В 1994 году меня назначили руководителем группы физиков из ЕрФИ, стажирующихся в научном центре ДЕЗИ в Гамбурге. В 1997 году итальянский институт ядерной физики (INFN) предложили мне должность Primo Cercatore (ведущего научного сотрудника) на основе трехгодичного контракта в Риме, в главном  университете La Sapienza.

В январе 2001 года аналогичную позицию мне предложили в Амстердаме в Национальном Институте Ядерных Исследований (NIKHEF), а летом 2001 года уже немцы предложили аналогичную позицию в Гамбурге и там я поработал до 2004 года.

В 2002 году меня избрали руководителем Ассоциации международного сотрудничества в области анализа эксперементальных данных, полученных в области физики элементарных частиц, состоящей из 32 институтов со всего мира, включая Европу, Японию, Китай, США, Канаду и бывшие советские республики – Россию, Армению, Украину и т.д.

Это было весьма престижно, поскольку по уставу Ассоциации, она именуется (HERMES) на эту должность мог быть избран только кандидат, за которого голосование было единогласным. В этой должности я проработал до 2004 года.

Летом 2004 года мне предложили позицию профессора в США в университете Old Dominion University.

С тех пор живу и работаю в Америке. За эти годы я опубликовал порядка 200 научных статей и имею порядка 13000 ссылок на свои работы. В 2018 году меня выбрали членом Американского Физического Общества (Fellow of American Physical Society).

За те годы что я оказался за рубежом я выступил с докладами на различных международных конференциях и семинарах в примерно около 50 университетах по всему миру, включая Европу, США, Японию. За те годы я США я подготовил четырех докторов наук в нашем университете и еще двух — в Германии и Индии.

 

 Можете ли Вы популярно объяснить нашим читателям суть Ваших исследований и разработок?

 

Я не очень уверен смогу ли я достаточно популярно ответить, но давайте попробуем.

Профиль моей научной деятельности сформировался еще в Ереване. Сейчас может не все помнят или знают, что в Ереване был построен самый большой в СССР ускоритель электронов АРУС. По своей энергии и другим показателям наш ускоритель входил в тройку мировых, так называемый ДЕЗИ в Гамбурге, и НИНА в Англии, в Дарсбери. За те годы, что мне повезло там работать, я как и многие физики из Армении приобрели определенные знания и навыки, которые потом нам пригодились на западе.

Наш институт имел очень тесные связи с институтами в России. Это в первую очередь ИТЭФ в Москве, ОИЯИ в Дубне, Институт Ядерных исследований в Гатчине.

Развал СССР очень негативно сказался на науке в постсоветском пространстве, эти центры потеряли финансирование, а некоторые — свою былую значимость на мировой арене. С другой стороны возможность передвижения и сотрудничества с зарубежными центрами расширилась колоссально.

Исследования, которыми я занимался в Армении и других странах мира, где мне пришлось работать посвящены исследованию фундаментальной структуре материи, которая как мы сейчас понимаем состоит из так называемых кварков и глюонов. Одна из моих работ, которая является результатом анализа данных полученных на ускорителе ГЕРА в ДЕЗИ, оказалась очень неожиданной, поскольку она показала, что с помощью таких экспериментов можно сделать томографию протона и создать трехмерную картину распределения кварков и глюонов в протоне (а также в нейтроне). В 2019 году в Америке приняли окончательное решение построить большой коллайдер встречных пучков электронов и протонов . Это многомиллиардный проект который определит направление физики элементарных частиц на будущие 30-40 лет.

Основная идея заключается в том что посылая световой луч внутрь протона и взаимодействуя с кварком внутри он заставляет кварк двигаться и излучить свет в свою очередь. Таким образом, можно увидеть то, что есть внутри протона, мы как бы получаем фотографию его внутренней структуры. Поскольку кварки в свободном виде увидеть невозможно, это приобретает очень фундаментальное значение для нашего понимания как устроена видимая или материальная часть всей нашей Вселенной.

В последнее время в Курдистане ставится вопрос о перекосе высшего образования в сторону гуманитарных наук? Это реальная проблема, и как по -Вашему ее можно решить?

 

Как-то академик Сахаров сказал, что уровень развития страны можно определить уровнем развития физики высоких энергий в ней. Конечно, такие страны третьего мира вряд ли смогут создать научные лаборатории такого масштаба. Но в настоящее время развивается активная кооперация в этой сфере возьмем тот же ЦЕРН в Женеве, где представители разных стран работают сообща. Количество физиков вовлеченных в эксперименты на большом андронном коллайдере превышает несколько тысяч.

В 2006 году , после долгих переговоров, мне удалось пригласить ректора университета «Саллахаддин» в Эрбиле, Мухаммеда Садыка в Норфолк, в наш университет. И мы подписали меморандум о взаимопонимании между нашими университетами. После этого они направили одного студента в наш университет в аспирантуру на физический факультет, он проучился здесь год и уехал. Особого продолжения этот меморандум не имел, особенно после того, как ректора в Эрбиле сменили, а также в условиях отсутствия безопасности в регионе и отсутствия сильной заинтересованности со стороны регионального правительства.

Я уверен, что если бы КРП решило выделить определенные суммы на развитие подготовки физиков и их участия в фундаментальных исследованиях, то такое дело можно было бы поддержать. Я готов принять такое участие, подобные инициативы реализуются в Латинской Америке — в Мексике, Чили, Бразилии и т.д.

Но чтобы привлечь ученых из разных стран надо согласиться выделить адекватное финансирование, иначе никого не удастся привлечь.

 

Кто Вам еще известен из курдов-ученых, представителей точных наук в США и других странах. Поддерживаете ли Вы связи и контакты с ними и вообще с курдской диаспорой в США?

 

За те годы, что я работаю в области физики высоких энергий, мне удалось установить довольно тесные контакты с учеными разных стран, практически со всеми развитыми странами, где такая деятельность осуществляется и поддерживается соответствующим государством. Однако, к сожалению, я не знаю ни одного курда-физика в моей области. Я бы, скорее всего, был бы в курсе, если бы кто-то был.

Я не могу сказать есть ли такие ученые в других направлениях физики на данный момент.

Что касается нашей курдской диаспоры, то из-за исключительной занятости у меня не было времени связаться с курдскими иммигрантами в Нэшвилле, столице штата Теннеси, где как я слышал проживает несколько тысяч курдов (cейчас курдов в США около 15 тыс., 11 тыс из них живут в Нэшвилле-RiaTaza).

Когда я жил в Германии, то в Гамбурге мы всей семьей познакомились с курдами из Турции и других частей Курдистана и принимали участие в разных культурных мероприятиях организованных местной общиной курдов. Но в США, как я отметил выше, это пока не удается.

 

Беседовал Валерий Емельянов ИАЦ «Время и мир» для RiaTaza.com

 

 

Об авторе

Похожие записи