Публицист: Нефть и газ- главные козыри Эрдогана в «игре» против Европы

Публицист: Нефть и газ- главные козыри Эрдогана в «игре» против Европы

Когда президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган  решил пригрозить  Региональному правительству Курдистана  за несколько дней до запланированного референдума о независимости в сентябре 2017 года, ему нужно было только напомнить курдам, что их главный источник доходов – нефть поступает на рынок через турецкую территорию.  «В наших руках кран. Как только мы закроем его, все будет  решено», — сказал тогда Эрдоган.

С завершением строительства газопровода «Турецкий поток» у Эрдогана теперь есть аналогичный политический и экономический козырь, который он может использовать по своему желанию, чтобы включить и выключить механизм  давления на Европу.

Для президента России Владимира Путина трубопровод «Турецкий поток» — это  газопроводное «послание любви», сигнализирующее о том, что союз между двумя лидерами так же прочен, как и когда-либо после их публичного примирения в 2016 году. Россия — второй по величине производитель нефти в мире и инициатор провала ОПЕК, который привел к резкому падению мировых цен на нефть, теперь имеет желанную связь с европейскими рынками, причем ключи к ней принадлежат Турции.

В сочетании с сокращением спроса в условиях блокировки COVID-19 мудрый наблюдатель должен обратить внимание на то, как быстро такой нефтегазовый хаб, как Украина, был поставлен под удар  изменением  экономической роли  и некоторыми хитрыми политическими маневрами.

Для европейских лидеров, стремящихся увести сообщество от зависимости от российских ресурсов после аннексии Крыма в 2014 году, произошло обратное:  ЕС  теперь не только  зависит от Москвы в 40 процентах своего импорта природного газа, но и успех проекта «Турецкий поток» демонстрирует, что европейские  правительства нуждаются в природных ресурсах гораздо больше, чем в европейском единстве.

Но поиск плодотворных союзов за пределами общеконтинентального блока привел к обретению нетерпеливого союзника в лице Эрдогана, стимулировав популистские тенденции в Старом Свете. Многие европейские лидеры, в частности Бойко Борисов из Болгарии и Александр Вучич из Сербии – две  политические фигуры, которые, подобно Эрдогану и Путину, построили свои президентства на популистской, сильной риторике.

Споры вокруг этого проекта начались задолго до того, как в него была вовлечена Турция. Ранее названный «Южный поток», аналогичный трубопровод планировалось проложить в обход Украины, соединяясь с Россией через Болгарию, но шквал санкций ЕС в ответ на аннексию Россией Крыма похоронил проект в конце 2014 год, но лишь только для того, чтобы быстро заменить его объявлением о строительстве «Турецкого потока». В тот же день Россия объявила о партнерстве с Турцией, означавшим открытие шлюзов для российской нефти, без опасения  санкций.

«Турецкий поток 2» — это не одна, а две  трубопроводные нитки: одна обслуживает исключительно турецкий рынок, а другая стала воротами для газа в большую часть Южной и Восточной Европы, генерируя миллиарды евро транзитных тарифов для турецкой экономики. И трубопровод быстро расширяется. Он начнет действовать в Сербии к декабрю, а его расширение уже планируется в направлении Австрии и Словакии.

Это ставит Эрдогана в мощное геополитическое положение – развитие  газопровода не только приведет к дальнейшим доходам, но и обеспечит  рычаг для экономического давления, который Турция может использовать против любого количества международных структур, от НАТО до ЕС. Региональные амбиции Анкары, уже присматривающейся к Африке и Ближнему Востоку, будут расти.

Однако зарождающееся партнерство Эрдогана с Путиным вызывает осложнения в его отношениях с Европой. Трубопровод намеренно обходит Украину, перенаправляя транзитные тарифы, ранее распространявшиеся в экономику Украины, на экономику Турции, а также вызывает дискомфорт у НАТО, организации, которая публично осудила аннексию Крыма Россией и встала на сторону Украины в последовавшей дипломатической ссоре, то есть,  той самой страны, которая больше всего потеряет от открытия «Турецкого потока». Трубопровод позволяет Путину выманить Эрдогана из НАТО, блока, традиционно противостоящего российскому экспансионизму, обещаниями экономического партнерства, которое может увенчаться успехом за счет Европы.

Однако недавнее насилие в Сирии, в результате которого, по меньшей мере, 59 турецких солдат были убиты в санкционированных Россией столкновениях до объявления перемирия, обнажает хрупкость отношений между двумя странами даже на фоне экономического успеха. Эрдогану необходимо тщательно соблюдать баланс между Россией и НАТО, чтобы не ухудшить отношения с обеими сторонами, но он будет надеяться, что выгоды от таких проектов, как «Турецкий поток», значительно уменьшат турецкую экономическую зависимость от своих западных союзников.

Европейский Союз находится в слабом положении, когда он не может окончательно отомстить Турции, России или трубопроводу. Одно из его государств-членов, Болгария, активно участвовала в разработке проекта и теперь стремится получить прибыль в качестве транзитного пункта в западную Европу. Еще один член ЕС, Венгрия, заключила соглашение с Москвой о продлении трубопровода на ее территорию, в то время как ожидается, что другие страны сделают то же самое в ближайшем будущем. Тем временем Германия продвинулась вперед со строительством «Северный  Поток-2», еще одного крупного связующего звена с Россией, которое также обходит Украину.

ЕС мало что может сделать, чтобы удержать свои государства-члены от покупки газа через «Турецкий поток». Россия уступает только Америке по объемам мировой добычи газа, а российский газ уже был дешевле для европейских лидеров импорта еще до строительства новой инфраструктуры. Чтобы защитить американские компании на европейском рынке, Сенат США предпринял попытку принять ответные меры против расширения российского газа, в частности, посредством недавних санкций, принятых палатой представителей, которые наказывают компании, разрабатывающие как «Турецкий поток», так и «Северный поток-2». Однако эти санкции фактически лишены смысла, поскольку «Турецкий поток» был завершен до даты принятия закона о санкциях..

Путин был лидером, решившим уменьшить зависимость России от украинской инфраструктуры, и он собирался сделать это с  одобрением Европой  или без такового. С точки зрения Турции, трудно спорить о преимуществах «Турецкого потока» независимо от санкций. Турция во всех отношениях выиграла от развития газопровода: этот проект чрезвычайно выгоден, обеспечивает крайне необходимый ресурс и  усиливает политическую позицию  Эрдогана .

Турецкий президент с победоносным видом  стоял на открытии газопровода вместе с лидерами России, Сербии и Болгарии. Правые лидеры, как известно, выступают против европейских правил и за свободный рынок — два условия, которые были выполнены с «Турецким потоком»  по тем вопросам,  по которым  они не были с «Южным потоком». Образ четырех мужчин, стоящих перед физически реальным памятником своему успеху, ясно дал понять: это новая сила, которая может бросить вызов европейским правилам и преуспеть независимо от них. Между тем, для тех, кто находится на проигрышной стороне этого проекта – Украины, ЕС и НАТО – требуются новые стратегии противодействия российскому промышленному натиску, чтобы он не увлек Турцию и ее эксцентричного лидера дальше  в орбиту влияния Востока.

 

 Автор — Аузе Абдельхак — журналист и публицист из Дублина ( Ирландия), специализирующийся на международных отношениях и глобальной промышленной политике, а также сотрудничавший с Организацией Объединенных Наций в области координации гуманитарной помощи в Сомали. Он получил диплом юриста в Университетском колледже Дублина.

 

Взгляды, выраженные в этой статье, принадлежат автору и не обязательно отражают позицию Rudaw и редакции RiaTaza.com.

 

Об авторе

Похожие записи