«Ближневосточная партия» на «Великой шахматной доске»: новый ход и анализ его последствий

«Ближневосточная партия» на «Великой шахматной доске»: новый ход и анализ его последствий

( Время и мир за пределами Башура.  «Международная панорама» для курдов и Курдистана).

Автор этих строк, активно занимающийся в период самоизоляции геополитикой и экономикой, используя их как эффективные средства в борьбе с коронавирусом, не скрывает, что в сфере геополитики считает своим учителем Збигнева Бжезиньского, труды которого активно читает, и с которым даже посчастливилось встретится в 1996 году, в Вашингтоне, на конференции, организованной редакцией газеты Washington Times (той самой, что организовала двухдневную конференцию по курдскому вопросу накануне референдума 2017 года). Очень импонирует сугубо практичный подход «неистового Збига» к геополитике, применение к ней «матрицы» шахматной доски, позволяющей проанализировать положение на несколько ходов вперед и  возможно предотвратить перерастание бескровных шахмат в бокс, или того хуже – в пейнтбол, только не красящими, а вполне реальными пулями.

Итак,  30 апреля, в «ближневосточной партии» на Великой шахматной доске, очень затянувшейся на стадии «миттельшпиля»  (середины игры) был сделан ход, может быть и не решающий, но могущий повлиять на дальнейшее течение игры.

Правительство Германии  запретило деятельность «Хизбаллы» и аффилированных с ней структур на территории этой страны. Полиция провела рейды в шиитских мечетях Берлина, Бремена, Мюнстера и Дортмунда. Считается, что сегодня в Германии около 1050 активистов « Хезболлы», группирующихся вокруг шиитских мечетей и собирающих средства, а также вербующих кадры для этой организации. Ливан, как известно, маленькая страна, лишенная полезных ископаемых и ее экономику в значительной мере обеспечивают доходы ливанской диаспоры, среди которых достаточно много успешных предпринимателей и, вообще, людей с уровнем благополучия выше среднего.

Наблюдатели отмечают, что этот шаг Берлина был сделан под давлением США и Израиля. Так еще 30 января 2020 года израильский президент Реувен Ривлин, выступая в германском бундестаге, критиковал Берлин за отсутствие шагов по официальному признанию «Хизбаллы» террористической организацией. Также активно давил на германское правительство американский посол в Берлине Ричард Гринелл, требуя того же. Но Германия – ведущая страна ЕС, достаточно самостоятельная в определении своей внутренней и внешней политики, поэтому, скорее всего, более глубинные причины и объективная  оценка ситуации, а не только дипломатический прессинг, стали причиной такого шага Берлина.

Группировка «Хизболла» (араб — политическая партия Аллаха) была  создана в 1982 году, при непосредственном участии иранского «Корпуса стражей исламской революции». Ее целью открыто провозглашалось установление исламского правления в Ливане по образцу  нынешней политической системы Ирана. Организация пользуется финансовой поддержкой Ирана и режима Дамаска. Признана террористической в Канаде, США, Израиле , таковой считается также Лигой арабских государств, странами Персидского залива, многими странами ЕС, Австралией и Великобританией. Характерно, что Москва не считает «Хизбаллу» террористами, хотя в послужном списке этой организации – захват в 1985 году, трех, в те времена еще «советских» дипломатов и расстрел  секретаря посольства СССР Аркадия Каткова. В 2015 году спецпредставитель Президента РФ по Ближнему Востоку замминистра иностранных дел России Михаил  Богданов объяснил это тем, что «Хизболла» не совершала терактов на территории России, и является законной политической силой в Ливане – стране, с которой у РФ имеются дипотношения — будучи представленной в парламенте этой страны. Когда в 2003 году, в соответствии с резолюцией Совбеза ООН, из Южного Ливана были выведены израильские войска, то их сменила «Хизболла», а не ливанская армия, как предполагалось резолюцией. Шиитские исламисты, по сути создали здесь не только мощную военно-оборонительную , но также и гражданскую инфраструктуру, сформировав особый вид квазигосударства. И сейчас, если ехать от Бейрута на юг страны, то очень скоро напоминающие княжество Монако пейзажи ливанской столицы сменяются «мини-Ираном» с портретами имама Хомейни и лидера «Хизбаллы» шейха Насраллы на каждом столбе и «безъядерной зной» в барах, ресторанах и магазинах. В рядах «Хизбаллы» вместе с резервистами насчитывается до 30 тыс.бойцов ( по различным оценкам), вооруженных, помимо стрелкового оружия, также артиллерией, противотанковыми реактивными снарядами, противокорабельными а также зенитно-ракетными  комплексами иранского и российского производства. Вообще, когда говорят, о прокси-союзниках Ирана в Сирии речь идет о «Хизбалле» и только. Иракские «Хашд аш-Шааби» пока менее мощны в военном отношении, менее консолидированы, да и завязаны целиком на Ираке. Словом, единственным инструментом внешней военно-политической экспансии Тегерана является «Хизбалла» и больше никто, и поэтому любое ее ослабление, автоматически означает для Ирана ослабление его собственных возможностей по экспорту шиитского исламизма, в условиях глобального  экономического и политического кризиса, а также наложенных санкций. Кстати именно эту организацию считают ответственной за теракты во многих частях света

Итак, в «ближневосточной партии» на великой шахматной доске сошлись две стороны — международная коалиция во главе США, которая находится в более выигрышной позиции ( хотя и воздерживается сейчас от активных действий), в силу большей внутренней консолидацией, а также наличия на половине поля соперника «коня» в лице курдов Рожавы, который в нынешней позиции, также  не наступая, одновременно  сделал угрожающую  «вилку» и Ирану, и Турции и, в общем, России. Другая сторона, назовем ее условно «астанинской тройкой» (Иран-  Турция- Россия) сегодня ослаблена ( не только событием, описываемым в этой статье, но и кризисом, а также мировой изоляцией из-за короновируса и не только), но самое главное – этого альянса, по большому счету и … не существует.

Союз Россия — Турция — Иран очень напоминает «гайдаевскую троицу» — Труса, Бывалого и Балбеса. Изображая на экране полублатных «друзей-корешей», в жизни актеры Моргунов, Никулин и Вицин друзьями, как известно, не были, более того, даже конфликтовали между собой.  Та же ситуация с нашей «геополитической троицей». Этот альянс – лишь пропагандистская декорация, за которой скрывается такое различие интересов, что вообще нельзя говорить о каком-либо подобии союза. Иран- страна, несмотря на все коллизии, остается значимой с точки зрения территории и демографии, и помня свою великоимперскую историю, стремиться остаться региональной империи и сейчас. Кроме того, Россия и Иран являются прямыми конкурентами на мировом нефтегазовом рынке, Тегеран также делает попытки установить свое геополитическое и религиозно-идеологическое влияние в Прикаспийском регионе, являющимся также сферой интересов России. Ну и наконец, история взаимоотношений Ирана и России, также полна «отягощенной наследственности». Но в нынешней, ослабляющей его все более и более  ситуации, Иран не решается и вряд ли решится на значимые действия и будет осторожничать. Иначе говоря, в нашей «геополитической троице» исламская республика – это условный «трус».

За  почти два десятка лет у власти Эрдоган и его режим ПСР, прошли отличную школу политического выживания, с помощью всех возможных внутри — и внешнеполитических средств не только сохранили, но расширили и укрепили свою власть. Главный эффективный метод внешней политики Анкары — аффилированность , как с Западом, в рамках НАТО, так и с Россией. Такое положение «доброго теляти, сосущего двух маток» приводит к тому, что сегодня Анкара «вертит» своими партнерами, а не наоборот. Так что  Турцию обозначим как геополитического «Бывалого».

Ну а геополитический «Балбес», увы, проживает, в Москве. Остро непонятно, особенно в нынешней ситуации, что мы делаем в Сирии столько времени, тратя значительные, людские, военные, материальные и финансовые ресурсы. Пока видно только две реальных цели подобной политики. Первая – поддержка режима Асада-сына и, видимо, только лишь потому что Асад-папа был другом советской Москвы. Но фактически-то мы поддерживаем лично Асада и его окружение в их стремлении сохранить свою власть любой ценой. Никаких российских национальных интересов за этой поддержкой не просматривается, более того в  геоэкономическом плане Сирия просто не стоит тех ресурсов, которые в нее уже вложены и продолжают вкладываться. Поддерживая цепляния Асадов  за власть, Москва не только не способствует решению внутрисирийского кризиса, но косвенно где-то даже и усугубляет его.

Вторая цель конкретна и очевидна сохранение  существующей еще с советских времен военно-морской базы ( если быть точным – пункта технического обслуживания ВМФ) в Тартусе. Есть, еще конечно Хмеймим, но эта авиабаза создана под текущие события и вполне возможно прекратит свое существование, после окончания, в той или иной форме, сирийского кризиса. Но если противостояние в регионе, в том числе между державами, обретет драматичные формы, Анкара может закрыть проливы и Черноморский флот  (под который собственно и «заточен» пункт в Тартусе)  превратится в подобие петровской «потешной флотилии»). А Черное море — в Плещеево озеро, по которому ходили первые российские корабли.

В нынешних условиях мирового системного кризиса, вдвойне отягощенного злополучным короновирусом, Москве необходимо неотложно принять кардинальные меры по разрешению сирийского кризиса. В нынешней ситуации мы не можем позволить себе такую сомнительную «роскошь»,  как увязание во внутрисирийском конфликте.

Некоторые участники дискуссионного политклуба «Риа Таза» в качестве меры предлагали вывод иностранных войск и замена их на международный контингент ООН. Дело в том, что введение такого контингента требует мандата Совбеза Объединенных Наций, а в условиях нынешнего международного  антагонизма его постоянные члены вряд ли придут к консенсусу по этому вопросу. Более того, если инициатива по данному вопросу будет исходить от Москвы, ее наверняка «заветуют» Вашингтон или Лондон, если же она будет исходить от США или Британии – все произойдет с точностью до наоборот. Ведь державы сегодня не доверяют друг другу, взаимно опасаются возможного усиления влияния каждой из сторон.

Речь идет о прямом и жестком давлении на Дамаск со стороны Москвы. Нужно поставить вопрос жестко – либо прекращается толчение воды в ступе, именуемого «женевскими» и «астанинскими» процессами и, предпринять трудные, болезненные, но сегодня жизненно необходимые шаги по внутренним реформам в Сирии. Иначе Москва будет вынуждена пересмотреть свой альянс с Дамаском, в сторону дистанцирования от внутренних проблем этой страны. И это вполне себе традиционный прием международной дипломатии, в отличие от нынешнего псевдо дипломатического «минадальничанья Москвы». Такой демарш России, думается, подействует на Дамаск, потому что слабеющего Ирана в качестве союзника и  силы поддержки будет явно недостаточно.

Потому что такое у нас сегодня время. И мир.

 Валерий Емельянов ИАЦ «Время и мир», специально для  RiaTaza.com

В статье выражено личное мнение автора, не обязательно совпадающее с позицией редакции RiaTaza.com

 

Об авторе

Валерий Емельянов

Исполнительный директор информационно-аналитического центра "Время и мир" Образование: МГПИ им. В.И. Ленина; Высшие государственные курсы по вопросам изобретательства и патентно-лицензионной работы.

Похожие записи