Al-Monitor: Через год после муниципальных выборов турецким курдам осталась лишь треть из выборных постов

Al-Monitor: Через год после муниципальных выборов турецким курдам осталась лишь треть из выборных постов

Перестало ли быть турецко-курдское движение  после двух десятилетий работы   значимым игроком в местных администрациях? Это тревожный вопрос для многих на преимущественно курдском юго-востоке Турции, где через год после местных выборов прошлой весной доминирующая в Курдистане  Демократическая партия народов  осталась только с 19 из 59 мэрских постов, которые она выиграла. Остальные были переданы  назначенными правительством попечителями. Даже вспышка коронавируса не  остановила разгон Анкарой муниципалитетов, который, как многие теперь опасаются, будут продолжаться до тех пор, пока не будет захвачен последний из них, что  управляются ДПН.

Курдское политическое движение  одержало  свою   первую, крупную победу  на местных  выборах в 1999 году, выиграв 37 муниципалитетов на раздираемом конфликтом юго-востоке, где запрещенная Рабочая партия Курдистана (РПК) возглавляла вооруженное восстание в течение почти четырех десятилетий. Для простых курдов победа и управление местными администрациями были источником гордости.  Курдские мэры, часто избираемые  абсолютным большинством голосов, были главным политическим  рупором  угнетенного  меньшинства в течение многих лет, когда курдское движение отсутствовало в парламенте Анкары. На протяжении многих лет курдские мэры часто обвинялись в связях с РПК и бесхозяйственности, сталкиваясь с судебными разбирательствами, инспекциями и обструкцией. Тем не менее, несмотря на свою жесткую политику в отношении курдского вопроса, Анкара никогда не предпринимала попыток тотальной чистки.

Все изменилось в 2015 году, когда переговоры по урегулированию между Анкарой и курдами рухнули, ознаменовав конец относительно умеренного политического  климата для курдов.  К последовавшим за этим репрессии против вооруженных отрядов РПК в городских районах вскоре  добавились  массовые чистки, на фоне общенационального чрезвычайного положения, после попытки государственного переворота в 2016 году. Эти чистки были нацелены на все виды курдских организаций  — от политических групп и гражданских ассоциаций до средств массовой информации и культурных центров. Среди первых на очереди была  ДПН, которая в то время представляла курдское движение на местном уровне. Правительство захватило 95 из 101 местных администраций, управляемых  партией, назначив попечителей вместо избранных мэров, многие из которых попали в тюрьму за предполагаемые связи с РПК, которую Анкара называет террористической группировкой. Репрессии распространились и на парламент, где более дюжины депутатов ДПН были лишены мандатов, а некоторые из них все еще находятся  в тюрьме.

В то время как курдское движение задыхалось, в значительной степени отстраненное от политической сцены,   назначенные  «попечители»  пользовались  значительными финансовыми средствами, любезно предоставленными правительством,  для улучшения услуг и завоевания благосклонности местных жителей. Тем не менее,  удалось победить в  59 местных администрациях на муниципальных выборах, состоявшихся 31 марта 2019 года. Однако энтузиазм новых мэров продолжался всего четыре месяца. Диярбакыр, крупнейший город юго-востока, и два других крупных города, Ван и Мардин, потеряли своих мэров в августе, что стало первым эпизодом новой кампании по свержению местных руководителей. В последнем туре 23 марта Анкара уволила восемь мэров от ДПН, доведя общее число до 40, озадачив всех, кто мог подумать, что у нее были cвязаны  руки  вспышкой коронавируса в стране.

По словам Ахмеда Демира,  потерявшего свой пост мэра Батмана в последней волне чисток и проведшего четыре дня в полицейском участке, увольнения лишены юридической основы и представляют собой оскорбление самой концепции выборов.

Утверждая, что никаких криминальных улик против него не существует, Демир  отметил: «Если вы хотите произвольно убрать мэра, избранного с 66% голосов, только потому, что он вам не нравится, вам лучше вообще не проводить выборы».

Он добавил: «Если мы совершили какое-то преступление, они  должны сказать  какое. Нас задержали на четыре дня. Они  перерыли все, но ничего не нашли. Суд только что выдал запрет на зарубежные поездки. Это вряд ли имеет какой-то смысл».

Говоря о пандемии коронавируса, он сказал: «наша реакция на эту вспышку была признана всеми образцовой.  Но власти  вмешались так, словно хотели наказать весь город».

По словам адвоката Седата Юртдаша, который одним из первых представлял курдское движение в парламенте в начале 1990-х годов, Анкара «не извлекла урока» из тщетности подобных репрессивных шагов в прошлом и мало что выиграет даже в плане завоевания благосклонности националистически настроенных  турок.

Он сказал , что кампания против курдских мэров стала еще менее обоснованной  теперь, когда даже местные администрации в крупных городских центрах, управляемые главной оппозицией, стали мишенью правительственных интервенций, вплоть до блокирования сбора средств для жителей, пострадавших от пандемии коронавируса.

Юртдаш  считает, что Анкара оставит в неприкосновенности оставшиеся муниципалитеты, управляемые ДПН, чтобы сохранить лицо  и избежать дальнейшей международной критики.

Другие, однако, с этим не согласны. По словам Вахапа Джоскуна, ученого-юриста из Диярбакырского университета Диджле, политика  замены мэров на «доверенных лиц» Анкары будет продолжаться столько, сколько  возможно, даже если ей не хватает юридического  обоснования .

«Нет ничего юридически убедительного в обвинениях  в том, что мэры в регионе нарушают закон, как только они вступают в должность и увольняются из-за обнаружения таких нарушений. И действительно, различные дела, касающиеся мэров, ясно показали, что они никогда не совершали преступлений, в которых их обвиняли» — заявил Джоскун.

Юрист  считает, что не только курдские мэры, но и все местные администрации, удерживаемые оппозицией, находятся «в серьезной опасности из-за  поправки в законодательство, внесенной после попытки переворота в 2016 году, позволяющей правительству назначать государственных служащих вместо выборных должностных лиц, уволенных по обвинению в терроризме. Это положение, пояснил он, является отклонением от давно установившейся практики, введенной в 1930 году  согласно которой мэры, отстраненные за правонарушения,   сменяются другими выборными должностными лицами из числа членов муниципального собрания.

«Определение понятия «терроризм» в Уголовном кодексе является чрезвычайно гибким, и любое выражение мнения может быть легко отнесено к понятию терроризм, — сказал Джоскун.  — Можно легко инициировать расследование террора в отношении мэра, так что любой мэр может быть уволен по обвинению в связях с терроризмом. Это беспокоит» .

Назначая доверенных лиц, правительство, возможно, надеялось  повлиять на избирателей, но результаты местных  выборов для ДПН  в прошлом году доказали, что такие стремления тщетны,  считает Джоскун.  «Многие доверенные лица были назначены до выборов 31 марта, но избиратели в ранее удерживавшихся  ДПН  муниципалитетах снова проголосовали за  эту партию. Ничего не изменилось» – добавил он.

Ученый раскритиковал оппозиционные партии  за то, что они не смогли поднять мощный голос против увольнения мэров от ДПН. «Это не проблема только ДПН, это касается Турции и местной демократии в целом» – сказал  Джоскун.

Он считает, что  другие оппозиционные партии могли бы опасаться  «ярлыка террора» увольнений мэров , что они тоже могут столкнуться с теми же обвинениями, если они громко выступят против чистки.     Все  это незаконно, и нет никакой гарантии, что репрессии  будут ограничены одной  партией, — сказал Джоскун. —  Остальная  оппозиции молчит, так как сегодня удар наносится по ДПН, но завтра  ударят и по ней».

https://www.al-monitor.com/pulse/originals/2020/04/turkey-kurdish-movement-left-only-third-of-election-gains.html

Автор — Махмуд Бозорослан, турецко-курдский журналист, проживающий в Диярбакыре

 Al-Monitor      Перевод    RiaTaza.com

 

Об авторе

Похожие записи