В Иране задались вопросом — В чьих интересах мы противостоим США?

В Иране задались вопросом — В чьих интересах мы противостоим США?

Между всплеском нынешней, давно  растущей напряженности между Ираном и США и смертью Касема Солеймани в иранских стратегических мозговых центрах прошел ряд дебатов на темы: что мы выиграем от противостояния Америке и ее союзникам?    В чьих интересах мы противостоим США? И  если бы мы никогда не воевали с США, какова была бы нынешняя ситуация в Иране?

 

Понятно, что иранский режим основан на исламо-шиитских  идеологических принципах, и что он верит в «экспорт исламской революции» на весь мир. Во время пятничной проповеди на прошлой неделе аятолла Али Хаменеи появился со снайперской винтовкой в руках. Он еще раз подтвердил непоколебимость режима в экспорте и защите своей революции, описывая западных «джентльменов», ожидающих Иран за столом переговоров, как тех самых «террористов», которые убили Солеймани.

 

В разное время и во время трудностей мы видели, как Тегеран прекрасно пожимал руки тем же «джентльменам», которых Хаменеи называл «террористами», — особенно в последнее дни, когда иранские стратеги заявляли: «мы боремся с Америкой, а другие страны пожинают плоды»[ нашей борьбы] .

 

Мы знаем, что Россия, с одной стороны, и Иран и его союзники , оплачиваемые из кошелька иранской нации, – с другой –защищали Башара Асада и его правительство. Иранцы всегда злились на Россию за то, что она контролирует воздушное пространство и землю Сирии, играя при этом роль старшего брата для раздираемой войной страны.

 

И это та же самая Россия, которая имела и до сих пор имеет координацию с Израилем. В результате их координации в феврале 2008 года в Дамаске был убит такой важный лидер ливанской «Хезболлы», как Имад Мугния. Убитый лидер  был правой рукой Солеймани в Ливане и Сирии. Иранцы обвинили  Россию в том , что она укрепляет свои позиции в регионе, наживаясь на втянутости  Ирана в борьбу с ДАИШ, конфликт в Сирии и, в последнее время, в напряженные отношения с США.

По мнению иранцев, русские работают,  скорее для того, чтобы сдерживать Иран, а не действовать как его  друзья. Они считают, что Россия, вероятно, будет представлять гораздо большую опасность для Ирана, чем США, поскольку она географически очень близка к Ирану, и  потенциальная  наземная битва  будет вообще-то не в пользу Тегерана.

Более того, Россия постепенно смогла развивать свои отношения с Саудовской Аравией и Объединенными Арабскими Эмиратами, в то время как  неверные политические шаги Америки привели к потере доверия к ней в регионе,  и одновременно  враждебность между Ираном и странами Персидского залива возросла.

 

Такие события привели иранских стратегов к согласию в том, что главным бенефициаром напряженности между Ираном и США и Ираном в Персидском заливе является Россия. Поэтому они призвали Тегеран сбалансировать свою политику в отношениях с Москвой и Вашингтоном.

Возможно, именно подобное  понимание вынудило Адиля Абдул-Махди, экономиста и в свое время  последователя коммунистической идеологии, переключить внимание с России на Китай, который может включить Ирак в свою долгосрочную дорожную карту развития  мировой экономики.

 

По сравнению с Россией Китай исторически не был политической и военной монополией, стремящейся к экспансионизму. Для США Пекин-более грозный противник, чем Москва.

 

Премьер-министр Ирака Адиль Абдул-Махди говорил о посредническом проекте между Саудовской Аравией и Ираном, говоря, что он обсудил бы этот план с Солеймани, если бы тот не был убит.

 

Тегеран также намекнул на желание вступить в переговоры с Саудовской Аравией в проповеди Хаменеи на прошлой неделе, когда он сказал во время части своей  проповеди  на арабском языке, что «в отношениях между мусульманами должна быть открыта новая страница».

 

США, взимающие с Саудовской Аравии полмиллиарда долларов в обмен на передислокацию 3000 американских войск в страну, могут заставить саудовцев дважды подумать и задать себе те же вопросы, что и иранцы – не использует ли Трамп нас в своих интересах?

 

Учитывая все сценарии, изменение политической карты региона в будущем неизбежно. Поскольку Иран все еще не оправился от шока, вызванного смертью Солеймани, военная гегемония страны может пострадать; экспорт ее революции может остановиться (вероятно, временно), что приведет к изменению курса действий Тегерана от войны к дипломатии.

Поэтому решение регионального правительства Курдистана сохранять нейтралитет на фоне истерии напряженности между Тегераном и Вашингтоном является правильным и дальновидным шагом . Эрбиль был откровенен, заявляя, что не поддержит вывод  американских и коалиционных войск из Ирака. Эта  позиция, вызвала гнев на пространстве от Багдада до Тегерана, но, таким образом,  Эрбиль ясно дал понять им обоим: пока не будет гарантирована защита Курдистана, он не может доверять тем, кто призывает к выводу американских наземных сил из региона.

Автор —Хемин Абдулла    Rudaw.net   Перевод  RiaTaza.com

Мнения автора не обязательно отражает позицию реакции  RiaTaza.com

Об авторе

Похожие записи