Аналитик: После убийства Сулеймани, Анкара пытается приспособиться к новой реальности

Аналитик: После убийства Сулеймани, Анкара пытается приспособиться к новой реальности

Турция, как и все другие региональные игроки, пытается приспособиться к глубокому геополитическому сдвигу на Ближнем Востоке после того, как в результате атаки американского беспилотника погиб генерал Касем Солеймани, командующий элитным спецназом Ирана  и  руководящий проиранскими операциями  в регионе.

В течение двух дней после теракта 3 января  в Багдаде Анкара следовала выжидательному подходу,  пытаясь оправиться  от шока, о чем свидетельствуют слова президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. «Любопытно, что в тот вечер у меня был разговор с президентом США Дональдом  Трампом, а инцидент произошел  четыре или пять часов спустя. Очевидно, все это было спланировано заранее. Мы были шокированы этой новостью», — сказал Эрдоган в своем телевизионном  интервью 5 января.

В этот шоковый период Тегеран предпринял дипломатические усилия, чтобы привлечь Анкару на свою сторону. Посольство Ирана в Анкаре сообщило в своем твиттере, что  у Эрдогана был телефонный разговор с президентом Ирана Хасаном Роухани и процитировал его слова: «кончина мученика Солеймани глубоко печалит. Я знаю, насколько разъярен иранский народ, вы и верховный лидер».»Вскоре после этого Анкара заявила, что Эрдоган не называл Солеймани «мучеником».”

До сих пор турецкое правительство, похоже, умело парировало шаги Тегерана по перетягиванию Анкары на свою сторону. Тем не менее, убийство Солеймани создало новую геополитическую реальность, которая требует от Анкары принятия некоторых критических решений.

 

Во-первых, Турция подошла к концу пути в своей политике игры в «серой зоне» между официальным правительством и параллельными проиранскими силовыми кварталами в Багдаде и  теперь ей  надо выбирать  чью-то сторону. Итоги переговоров министра иностранных дел Мевлюта Чавушоглу с иракскими официальными лицами во время его визита в Ирак 9 января  будут иметь важное значение в этом контексте. Анкара, скорее всего, выберет официальное багдадское правительство, учитывая его ключевые принципы безопасности, которые предусматривают  от Ирака сохранение   территориальной  целостности и непереход   к конфедеративной структуре. Иными словами, в ближайшие месяцы Анкара будет стремиться свести к минимуму свои связи с шиитами в регионе.

Еще одним критическим моментом  для Анкары является выбор между Соединенными Штатами и российско-иранским блоком. До сих пор Анкаре удавалось стратегически балансировать между  Ираком  и Сирией, используя борьбу за власть и  «серые зоны» в отношениях между ними. Эта стратегия тоже подходит к концу. Ожидается, что как Соединенные Штаты, так и российско-иранский блок усилят давление на Анкару, чтобы она, наконец,  выбрала чью-то сторону.

Специальный посланник США по Сирии Джеймс Джеффри посетил Турцию  10 января, вслед за визитом  Владимира Путина за два дня до этого. Выбор Турции между Соединенными Штатами и российско-иранским блоком будет непростым. По мере того, как Соединенные Штаты наращивают сотрудничество с «отрядами народной защиты» (YPG) против проиранских боевиков, будет ли Анкара пытаться отговорить Вашингтон от сотрудничества с YPG или приблизиться к российско-иранскому блоку? Ответ также покажет, как    будет развиваться турецкая внешняя политика и повернется ли Турция лицом к Западу или Азии.

Еще один важный вопрос, возникший после смерти Солеймани,  —  это будущее Астанинского процесса, который сыграл ключевую роль в усилиях по деэскалации, политическому переходу и разработке сирийской конституции. Этот процесс, возглавляемый Россией, Турцией и Ираном, до сих пор пережил различные кризисы, но может споткнуться в ближайшие дни из-за потенциальной напряженности между Россией и Ираном на фоне американо-иранского  противостояния в Сирии и Ираке. Что будет делать Анкара в таком случае? Будет ли она выступать посредником между Москвой и Тегераном, или же выберет ту или иную сторону? Это будет еще одно важное решение, которое нужно будет принять.

Очевидно, что Соединенные Штаты будут сотрудничать с Багдадом, иракскими курдами и сирийскими курдами в любом малоинтенсивном конфликте с проиранскими боевиками в Ираке и Сирии. Сообщения с мест уже указывают на то, что Соединенные Штаты наращивают военное  присутствие  в Сирии, особенно в Дейр-эз-Зоре, и стремятся активизировать свои связи с YPG. Это неизбежно вызовет удивление в Анкаре.

Короче говоря, потребность США в поддержке со стороны YPG в Сирии и регионального правительства Курдистана в Ираке будет расти по мере того, как они вступят в активную конфронтацию с проиранскими боевиками в обеих странах. Источники в силах безопасности в Анкаре, с которыми связался АL-Monitor, уже задаются вопросом: «Что произойдет, если напряженность обострится, и Америка скажет, что она закрывает свое посольство в Багдаде, а консульство в Эрбиле станет ее новым посольством?». Очевидно, что это то, чего Анкара опасается в будущем.

Кроме того, на фоне эскалации напряженности в регионе турецко-катарский союз  против  Ирана может оказаться невозможным поддерживать без ущерба для двусторонних связей с Соединенными Штатами. Еще одним важным элементом для наблюдения будет выбор Турции и Катара в пользу ориентации на США или Иран.

Наконец, эскалация опосредованной войны между Соединенными Штатами и Ираном окажет влияние на цены на нефть и энергетические рынки. Такая волатильность неизбежно окажет негативное влияние на и без того хрупкую турецкую экономику.

Тем не менее, убийство Солеймани также открывает дипломатические возможности для Анкары. Соединенные Штаты и российско-иранский блок, скорее всего, в ближайшие недели будут обхаживать Анкару, предлагая « пряник», который Анкара может превратить в дипломатическую выгоду.

Россия, например, может предложить такие жесты, как признание легитимности поддерживаемого Анкарой правительства национального согласия (ГНА) в Ливии, замедление продвижения сил Халифы Хифтера и подталкивание ПНА и Хифтера к столу переговоров или принятие некоторых позиций в пользу Турции в Восточном Средиземноморье, чтобы оказать давление на соперников Турции, Египет и Грецию.

Соединенные Штаты, со своей стороны, могли бы выступить с предложениями по смягчению бесчисленных кризисов в двусторонних отношениях, включая угрозу санкций в связи с покупкой Турцией российских систем ПВО, исключение Турции из программы по поставкам F-35 по той же причине и горький раскол по поводу сотрудничества США с YPG в Сирии. Однако такой подход Вашингтона потребует от Анкары перехода к резко антииранской позиции, что в настоящее время представляется маловероятным.

В любом случае в ближайшие месяцы Анкаре будет все труднее поддерживать политику балансирования, поскольку и Соединенные Штаты, и российско-иранский блок усиливают давление на Анкару  по выбору ее  позиции. Иными словами, Анкаре будет все труднее поддерживать свои связи с Соединенными Штатами и Ираном одновременно, поскольку оба противника вступили в активную конфронтацию.

После убийства Солеймани Ближний Восток превратился в крайне непредсказуемое место, чреватое новыми неопределенностями. Регион — это хаотичный корабль, на котором Соединенные Штаты, Россия, Иран, Израиль, Турция и другие действующие лица пытаются склонить руль в свою пользу. Куда направляется корабль, можно только догадываться.

Автор — Метин Гюрджан, турецкий военный аналитик.  

Al-Monitor.  Перевод   RiaTaza соm

 В статье изложено  личное мнение автора

Об авторе

Похожие записи