Американский журналист-аналитик: Москва разыгрывает карту противостояния курдов и Турции

Американский журналист-аналитик: Москва  разыгрывает карту противостояния курдов и Турции

Россия и Турция являются  сегодня хозяевами положения в северной Сирии, и хотя они достигли договоренностей в отношении удерживаемой повстанцами провинции Идлиб и северо-восточного пограничного региона, остается одно узкое место, и это –  их противоположные взгляды на возглавляемые курдами сирийские демократические силы ( SDF).

Турция видит в SDF и Народных единицах защиты (YPG), составляющих основную часть «демократических сил», продолжение  Рабочей партии Курдистана (РПК), которая с самого начала (1984г) боролась за самоуправление на преимущественно курдском юго-востоке Турции, а значит  представляет угрозу   ее национальной безопасности.

К сожалению для Турции, Россия не разделяет это видение. Москва согласилась отодвинуть SDF от земель, в настоящее время оккупированных Турцией, но после заключения двух отдельных соглашений с Турцией и одного соглашения между сирийским правительством и SDF, Москва призвала включить курдов в дипломатические дискуссии и использовать  их потенциал в наземных операциях.

Источник в SDF сообщил, что Россия создала совместные операционные центры с курдами и что они вместе устанавливают патрули и пункты наблюдения у турецкой зоны. Сегодня у России есть базы в регионе, контролируемых SDF, включая города Манбидж, Айн-Иса, Кобани и Камишли.

Турция хранит молчание по поводу взглядов России на SDF, в отличие от ее  открытого негодования по поводу помощи США  этой группе. Но Ализа Маркус, чья книга «Кровь и вера» посвящена РПК, сказала, что у России и YPG всегда были неоднозначные отношения.

«С тех пор, как YPG начали действовать в Сирии после 2011 года, Россия придерживалась смешанного подхода к курдскому движению, — сказала она.  -YPG не угрожали Асаду открыто, поэтому России было легче воспринимать их как более или менее доброжелательного игрока».

Более того, Россия никогда не рассматривала РПК как террористическую организацию и имеет с ней отношения, которые восходят к холодной войне, когда Советский Союз использовал курдский национализм против прозападных правительств в регионе. РПК началась как марксистско-ленинская организация, и ее лидер Абдулла Оджалан, чей портрет до сих пор украшает многие объекты и аванпосты SDF, бежал в Сирию в 1980 году, где он получил широкую поддержку со стороны президента Хафеза Асада, отца президента Башара Асада. Сирия и Асады были стойкими советскими вассалами, но даже после окончания холодной войны Россия продолжала использовать эту группу против турецкого влияния в своей старой сфере геополитических интересов.

Оджалан был изгнан из Сирии в 1998 году после того, как Турция пригрозила этой стране  войной, в случае, если поддержка РПК не прекратится. Он бежал в Москву в октябре 1998 года и был встречен мощной волной поддержки  из Государственной Думы, где депутаты проголосовали за то, чтобы попросить президента Бориса Ельцина предоставить убежище лидеру РПК. В какой-то момент своего краткого пребывания в Москве Оджалан развил идею стратегического партнерства с Россией.

Москва поддерживала курдские группировки, в том числе РПК, как способ оказать давление на Анкару, чтобы она прекратила поддержку со стороны турецких организаций для сепаратистов в Чечне. Но Россия и Турция пошли на компромисс с протоколом 1995 года; Россия прекратила поддержку РПК на своей территории, а Турция сделала то же самое с чеченцами. Президент Владимир Путин, а затем премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган подписали аналогичное соглашение в Сочи в июле 2005 года, чтобы выразить взаимную поддержку позициям друг друга в отношении терроризма и сепаратизма.

Отношения между Россией и курдами имеют как минимум одну последовательную тему — они растут и падают в зависимости от связей России с Турцией. Когда отношения были на низком уровне после сбития Турцией российского военного самолета в ноябре 2015 года, Турция назвала YPG «наемными солдатами» России. В другие спорные моменты войны также  Россия оказывала прямую поддержку курдам.

Маркус сказала, что Россия, в целом,  не поддерживает сирийских курдов , но делает это, когда это отвечает их интересам, и готова пожертвовать ими, когда это не так.

Поскольку Москва в настоящее время ограничивает Турцию, ее, скорее всего, больше  беспокоит то, что Турция удерживает больший кусок Сирии, чем что-либо, связанное с проживающими там курдами», — сказала Маркус.

Теперь, когда Соединенные Штаты, которые поддержали SDF против ДАИШ в Сирии, значительно сократили свое присутствие, Россия стремится сбалансировать прагматические отношения с курдами и Турцией.

Главным приоритетом для России и Дамаска остается прекращение войны без разделения Сирии. Долгосрочное турецкое присутствие в Сирии  для реализации этих целей будет столь же разрушительным , как и обширная курдская автономия, которую хочет SDF.

С этой целью Россия позиционирует себя между этими двумя  сторонами и использует каждую из них как рычаг против другого.

«Россия стала новым посредником по курдской проблеме в Сирии. Для Анкары будет довольно непростым путь адаптации к этой новой реальности», — сказал Керим Хас, московский эксперт по Турции и России. Москва, по его словам, использует политику кнута и пряника в отношении курдов.

«Новое наступление турецкой армии в северо-восточной Сирии играет роль кнута, в то время как пряником, похоже, является ппредложение культурной автономией для курдов в новой Сирии», — сказал он.

Автор — Николас Морган, журналист-аналитик, по проблемам Турции и России. Проживает в Нью-Йорке.

Мнение высказанные в статье принадлежат исключительно автору и могут не совпадать с позицией редакции Riataza

Об авторе

Neo

Похожие записи

1 комментарий

  1. Aza Avdali

    «Храни нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь». Кнут и пряник в отношениях с курдами использовали все без исключения. А уж Россия никогда не рассматривала курдов как потенциональных союзников или партнеров, или как часть себя, своего народа, как это было в короткую эпоху Красного Курдистана, в СССР, в братской семье всех народов, но курды никогда не входили в это привилигированное сообщество. Это был коротенький эпизод, амок, вспышка справедливости в отношении народа, исконного жителя этих земнль. И как это привычно с курдами случалось, все было искажено, переврано, извращено, надолго, наасегда забвто. И если эти отношения, российско-курдские, приобретали флер возвышенный, то это исключительно курдские эмоции, не более. А то, что может быть обозначено как эпоха использования и в хвост и в гриву антикурдской РПК, то ведь она продолжается и по сей день, эту контору или контру, кому как нравится, Россия никогда не выпустит из поля зрения и использования. Что смущает и печалит, так это то, что даже если курды и не сами накинули на себя эту удавку, они ее точно сами затягивают. И пока любое присутствие, любой намек, любой обман, любое упоминание РПК в контексте курдских прав, курдского участия, курдской борьбы будет иметь место — это только продлит хаос как в восприятии курдов, так и правды об этом народе, его истории, его природы, его драмы и таком упорном преодолении тотальной несправедливости.

Комментирование закрыты.