Al-Monitor: На фоне турецкого нападения SDF пытаются примирить враждующие сиро-курдские партии

Al-Monitor: На фоне турецкого нападения SDF пытаются примирить враждующие сиро-курдские партии

Наступление Турции 9 октября в северо-восточной Сирии должно было разрушить упрямо взращенную сирийскими курдами  автономию. Это  туркам удалось, по крайней мере, частично.  Американские защитники курдов  отступили от протяженной турецкой границы, которую они когда-то совместно контролировали с «Народными подразделениями защиты (YPG)». Турция вырвала контроль над городами Рас-эль-Айн и Телль-Абьяд, а также над участком земли,  связывающим   большинство курдских городов.  Обстрелы турецкой артиллерии продолжают уносить мирные жизни, также  сирийские арабские союзники Анкары совершают военные преступления. Будущее сирийских курдов  еще никогда не выглядело более неопределенным.

Но одним непреднамеренным — и игнорируемым — эффектом турецкой агрессии было усиление попыток примирения между политической группой YPG, Партией демократического союза (PYD) и ее соперниками, которых объединяет под флагом Курдского национального совета.

С 25 октября высокопоставленные чиновники Курдского национального совета  лишь однажды встретились с Мазлумом Кобане, командующим Сирийскими демократическими силами, поддерживаемыми США , и дважды с высокопоставленными чиновниками SDF во главе с Редуром Халилом в северо-восточной Сирии. Де-факто министр иностранных дел КНС Камран Хаджо подтвердил в интервью Al-Monitor. Он отметил, что встречи прошли по инициативе SDF, и это произошло после многих лет, когда курдский Национальный совет считался неумелой и слабой организацией.

Ализа Маркус, вашингтонский эксперт по курдским делам, сказала Al-Monitor, что договоренность о разделении власти, которая вводит КНС «в администрацию, возглавляемую курдами, имеет большой смысл для PYD и SDF. Более сильный, более объединенный блок может помочь в переговорах с [президентом Сирии Башаром Асадом] и с Россией, и это будет также более сильным противостоянием тому, что делает Турция».

Еще до того, как в Сирии состоялись официальные переговоры, президент Франции Эммануэль Макрон выступил спонсором встреч PYD и КНС в Париже. Они начались в апреле с консультаций представителя Макрона по Сирии Франсуа Семено, бывшего посла в Тегеране. Но французы приостановили переговоры на неопределенный срок, когда Турция начала свое последнее наступление,   издевательски названное «Источник мира».

Наваф Хасан Рашид является ведущей фигурой в Курдском национальном совете от партии Екити, или Курдского союза. Он утверждает, что PYD не пускает его обратно в Сирию с 2015 года.  Рашид  сказал АLMonitor в интервью в Эрбиле: «Последний диалог был инициирован Мазлумом Кобане, и к этому его подтолкнули американцы. Мы считаем это позитивным шагом. И они не предъявляют к нам никаких требований».

«Турецкое вторжение спровоцировало эти контакты, — сказал  сиро-курдский гражданский активист, участвовавший в прошлых посреднических усилиях, который попросил не называть его имени. Он  добавил AlMonitor: «Цель всего этого состоит в том, чтобы предотвратить массовое перемещение гражданских лиц, и спасти  автономию, всеми возможными средствами».

 Более 200 000 гражданских лиц были первоначально перемещены в результате турецкого наступления, более 15 000 бежали в Иракский Курдистан.

Активист добавил: «SDF  сделали шаг вперед, сказав:« Мы можем убедить PYD». Но это легче сказать, чем сделать».

Дарин Халифа,  аналитик по Сирии Международной кризисной группы, сказала AlMonitor, что Курдский национальный совет «по-прежнему обладает международной политической легитимностью, поэтому единый курдский фронт может укрепить международный имидж и поддержку YPG [и PYD]. Однако я не понимаю, как это могло бы укрепить позицию PYD по отношению к Дамаску. Халифа считает, что «Совет» присоединился к противникам режима и враждебен Дамаску, что  может еще больше осложнить переговоры с асадовским режимом .

Хаджо сказал, что PYD хочет, чтобы Совет вышел из поддерживаемой Турцией сирийской оппозиции, которая принимает участие в ныне зашедших в тупик переговорах ООН с режимом   по разработке новой  конституции. По-видимому, тогда КНС сформирует новый блок с PYD и его арабскими союзниками. «Но мы не можем сделать это без внешних гарантий со стороны США, России и Европейского Союза», — сказал Хаджо.

В любом случае, «Совет» настаивает на том, чтобы PYD реализовало несколько мер по укреплению доверия, прежде чем будут предприняты любые другие шаги Совет хочет, чтобы PYD освободил всех политических заключенных. Посредники между сторонами считают, что таких заключенных меньше шести, а несколько других пропали без вести. Среди них — Фуад Ибрагим, оппозиционный политик, пропавший без вести 24 марта 2017 года. Внутренние силы безопасности Курдской автономной администрации несколько раз угрожали ему за то, что он их открыто критиковал, а затем был похищен неустановленными людьми в масках, говорят представители КНС.

КНС также хочет  свободной и  беспрепятственной  деятельности в зоне ответственности  PYD, а также чтобы его члены, живущие в изгнании, могли вернуться. Бедри Дорсин, член КНС, укрывающийся в Эрбиле, является одним из них. Он утверждал, что его брат Бахзад, старший оппозиционный политик, пропавший без вести 24 октября 2012 года, был похищен  PYD.

PYD долго отрицал, что у него есть какие-либо политические заключенные, говоря, что те, кто находится под стражей, обвиняются  в преступной деятельности. В заявлении партии говорится, что она не несет ответственности за деятелей оппозиции, которые пропали без вести в первые дни восстания, и что они, возможно, стали жертвами либо сирийского режима, либо арабской оппозиции. «Мы говорили  раньше, что у нас  нет политзаключенных. По обвинению в совершении уголовного преступления было задержано два человека», — сказал представитель PYD Салих Муслим. Он добавил, что партии — члены Курдского национального совета могут действовать свободно и по своему усмотрению. «Они хотели открыть офис в Кобани, но не смогли найти никого, кто бы хотел с ними работать, поэтому они не стали продолжать деятельность. Мы приглашаем их на наши телевизионные программы, они отказываются», — сказал Муслим AlMonitor.

Тем не менее, в ноябре 2018 года, PYD освободил Абд аль-Рахмана Апо, видного деятеля оппозиции, который по-прежнему жестко критикует курдскую администрацию — посредники называют это «очень важным жестом по  укреплению доверия».

В интервью 7 ноября Rudaw, иракскому курдскому новостному каналу,  близкому  Барзани, Кобане сказал: «Мы хотим, чтобы наши переговоры с Америкой, Россией или центральным правительством в Дамаске включали также курдские партии Рожавы. В настоящее время мы призываем сиро-курдские политические партии установить единство, поддержать сирийские демократические силы для того, чтобы мы вместе боролись, чтобы мы [оказались] успешными в конце нынешнего этапа».

Рашид не скрывал своего цинизма. «По логике вещей, если бы администрация Рожавы оставалась нетронутой, они бы не призывали к «екрези(единству)», — сказал он. «Рожава» — это курдский обозначение для западного или сирийского Курдистана, а слово  «екрези» означает единство .

 Г-жа Маркус говорит, что она считает, что шансы на заключение соглашения невелики. Она сказала, что Курдский национальный совет и PYD договорились о трех предыдущих сделках, чтобы дать КНС «некоторую власть, но все они  в результате развалились. Обе стороны разделяют вину, но фундаментальные проблемы заключались в том, что PYD не любит делиться властью а [Совет] не хочет признавать законность администрации Рожавы».

Халифа согласился, заявив, что соглашение между PYD и КНС, «которое повлечет за собой некоторую форму разделения власти, не является чем-то, что YPG, похоже, готово предложить». К сожалению, дата следующего раунда переговоров еще не была предложена противоположной стороне . Это говорит о том, что совет, возможно, уступил давлению Турции,  и не пошел на дальнейшие контакты, или что PYD уступил требованиям Дамаска сделать то же самое.

«Режим предпочитает иметь дело с вооруженной группой с контролем на том основании, что они знают и думают, что могут быстро заключить сделку и принять меры безопасности», — сказал активист гражданского общества.

Но ход генерала  Кобане заключался не только в том, чтобы растопить лед в отношении  со своими противниками. Был также рассчет на то, чтобы продвинуть  связи с иракским курдским руководством и, прежде всего, с влиятельной семьей Барзани, которые являются главными наставниками КНС. Нечирван Барзани является президентом иракского Курдистана, а его двоюродный брат по отцовской линии  Масрур Барзани является премьер-министром. Кобане в последние месяцы хотя бы раз в месяц  ездил в Эрбиль на встречи с обоими Барзани. Цель состояла в том, чтобы поздравить Масрура Барзани после того, как он был приведен к присяге в качестве премьер-министра в июле — рассказали Al-Monitor иракские курдские и SDF чиновники,  на условиях анонимности.

С 2012 года, когда PYD и его союзники установили свою автономную администрацию в северо-восточной Сирии, Барзани продвигали соглашение о разделении власти с Курдским национальным советом, чтобы частично установить свое влияние на курдов Сирии. Масуд Барзани, тогдашний президент Иракского Курдистана и чей покойный отец, мулла Мустафа Барзани, уважаем сирийскими курдами, был движущей силой попыток сближения. Это все напомнило  усилия его отца по преодолению разногласий между сирийскими курдскими группировками в 1970 году. Но толчок Масуда Барзани, так же как и его отца, сошел на нет так как PYD и YPG неуклонно цементировали власть в собственных руках.

Сила PYD была основана на нескольких факторах. Она заключил пакт о ненападении с Асадом в первые дни восстания, позволив сирийскому президенту перебросить свои войска для борьбы с повстанцами-суннитами-арабами в других местах,  ​ а ​курдам – заняться  собственными делами. Не менее важно и то, что в 2014 году YPG установили  военное партнерство с Соединенными Штатами против ДАИШ; это позволило курдской группе значительно расширить свою территорию.

Присутствие США вынудило региональное правительство Курдистана облегчить доступ к северо-восточной Сирии через пограничный пункт Фиш-Хабур для гуманитарной помощи, коммерческих товаров и военного оборудования для обеспечении кампании коалиции против джихадистов.   Кобане  хочет, чтобы все оставалось так же, если и когда американские войска уйдут.

Но PYD получил преимущество над своими конкурентами задолго до того, как в 2011 году разразился сирийский конфликт. И без понимания этого фона и связанного с ним беспорядка невозможно понять динамику, которая привела к турецкому вторжению и привело к попаданию Кобане в прицел Анкары.

PYD была основана Рабочей партией Курдистана (РПК), повстанческой группировкой, первоначально борющейся за независимость курдов, а затем за автономию внутри Турции. Ее теперь находящемуся  в тюрьме лидер Абдулле Оджалану был предложено убежище отцом Башара Асада Хафезом в период между 1979 и 1998 годами в качестве рычага против Турции, что позволило Оджалану завербовать тысячи сирийских курдов, присоединившихся к его борьбе. Кобане был среди них. С другой стороны, связанные с курдским Национальным советом оппозиционные партии были практически раздавлены, и многие из их лидеров бежали в Европу.

Дружба с РПК закончилось в 1998 году, когда Турция угрожала войной, и Дамаск заставил Оджалана уехать. Сирийские репрессии против курдов усилились, так как отношения с Анкарой неуклонно нагревались. Сотни членов РПК и других курдских политиков были заключены в тюрьму.

Но ситуация вновь изменилась, когда Турция решила полностью поддержать оппозиционных повстанцев, стремящихся свергнуть Башара Асада в августе 2011 года. Основные партии Курдского национального совета присоединились к оппозиции, поддерживаемой Турцией, хотя они никогда не брались за оружие против Асада.  PYD рассматривает КНС как турецкую марионетку. КНС, в свою очередь, рассматривает PYD как инструмент РПК, чье отречение от курдского национализма в соответствии с философией Оджалана, чуждо  принципам КНС ( имеется в виду отречение от курса независимости курдов, в угоду принципу «демократической автономии» — RiaTaza).

Баве Халабджа,  представитель КНС в Эрбиле, недоволен утверждениями о том, что его альянс следует  приказам от Анкары. «Во время нападения на Африн мы не молчали. Мы открыто назвали это оккупацией». Халабджа имел в виду вторжение Турции в 2018 году в преимущественно курдский анклав на турецкой границе.

«И так называемую операцию «Источник мира» в Турции мы называем« Операцией «Источник крови», — сказал он.

Ренас Хуссейн Сабах, сирийский курдский беженец, который зарабатывает на жизнь поваром в Эрбиле, сказал, что он потрясен действиями Турции и высоко оценил усилия Кобане по достижению мира. «Этот парень пытается сделать что-то хорошее. Он включает христианские и другие меньшинства в правительство. Но РПК контролирует его». Он добавил, что если Кобане отойдет от РПК, тогда КНС сможет ему доверять.

Тесные связи YPG с РПК — формальная причина, по которой Турция начала войну против сирийской курдской группировки. Именно поэтому Турция возмущена тем, что Вашингтон поддерживает партнерские отношения с YPG.

  Разделение власти PYD с Курдским Национальным советом, долго рассматривалось как способ успокоить турецкую ярость.  Но это повлечет за собой разрешение вооруженному крылу Совета — известному как «Рож пешмерга» и в основном состоящему из  более чем 250 000 сирийских курдских беженцев в Иракском Курдистане — вернуться в Сирию для участия в борьбе против Исламского государства. Как известно, Рож-пешмерга действует под командованием иракского курдского министерства обороны, известного как министерство по делам пешмерга.

 Бывший чиновник администрации Трампа, который имел дело с Сирией, сказал «АlMonitor, что, хотя он и призвал совет и YPG к сотрудничеству, совет «теперь в основном cклоняется к Турции».

Неудивительно, что Соединенным Штатам не удалось убедить YPG согласиться с планом, который в любом случае рассматривался как причина возможных  внутрикурдских вооруженных раздоров в то время, когда возглавляемая США коалиция концентрировалась на борьбе против ИГ, YPG назвали вход «Рож пешмарга»  непереходимым рубежом.

 Недавно удалось встретится с группой «Рож пешмерга» в момент, когда бойцы курили и шутили  в ожидании автобуса, который везет их на  посты на различных наблюдательных пунктах возле сирийской границы. Они носили  жетоны с портретом  Мустафы Барзани. Один из них, который назвал себя   Ибрагимом сказал: «Я был рад присоединиться, потому что я люблю Моллу Мустафу Барзани. Барзани — это громкое имя, которым мы гордимся. Но после тренировок у команд Пешмерга мне становится скучно. У нас нет будущего. Большинство наших друзей едут в Европу». Он продолжил:«Мы смотрим на [иракского курдского] пешмерга как на великих командиров, но они смотрят на нас как на подчиненных».

Его взгляд был поддержан молодым человеком с  по имени Ясир, который также отказался назвать свою фамилию. «В этой силе нет будущего. Нас считают беженцами, а не бойцами», — сказал он.

Фейсал Ахмед, глава рекрутингового офиса  «Рож-пешмарга в Эрбиле, возможно, непреднамеренно объяснил отсутствие энтузиазма. Он сказал Al-Monitor: «Многие  покинули YPG, чтобы присоединиться к нам. Мы делаем все возможное, чтобы избежать конфронтации между курдскими силами».

Автор — Амберин Заман.    AlMonitor     Перевод  RiaTaza.com

Об авторе

Похожие записи