Washington Kurdish Institute:Призрачная война Турции в Ираке

Washington Kurdish Institute:Призрачная война Турции в Ираке

В СМИ мало освещаются  военные операции Турции в курдском регионе Ирака. В то время, когда  основное внимание сосредотачивается  на попытках Сирии и Турции победить сирийских курдов, как-то уходит в тень то, что курды в Ираке также уже много лет живут в аналогичной ситуации.

В частности, горы Кандиль в Ираке (примерно в 40 км к юго-востоку от турецкой границы) были полем битвы для  Турции с 1990-х годов благодаря многочисленным специфическим и спорадическим атакам. В 2008 году наступление в северном Ираке усилились, так что этот район подвергся насильственной бомбардировке турецкими самолетами в феврале, что привело к многочисленным смертельным случаям и внутренним перемещениям, а также означало первую иностранную военную операцию в Ираке после вторжения США в 2003 году. Это нападение было известно как «Операция Солнце» и застала всех врасплох, включая региональное правительство Курдистана  и правительство Ирака. В 2008 году Ирак медленно восстанавливал свою управляемость и вынужден был обратиться к международному сообществу за помощью, чтобы вернуть свои территории, оккупированные Турцией, поскольку это угрожало равновесию в регионе. Правительство США также призвало Турцию ограничить свои операции против Рабочей партией Курдистана (РПК) и не угрожать внутренней безопасности Ирака или курдской автономии. Несмотря на многочисленные попытки, Турция продолжала нападения в Ираке на большие расстояния вглубь  против предполагаемых секретных баз  РПК и с тех пор продолжает эти  атаки.

В 2016 году, незадолго до крупной военной кампании, возглавляемой курдскими Пешмерга, которая привела к освобождению Мосула от  ДАИШ(запрещена в России), Турция выразила свою заинтересованность в Мосуле. Этот интерес был задуман как способ для Турции получить влияние в провинциальном  правительстве Ниневии и установить здесь свое  сильное военное присутствие. В соответствии с соглашением, подписанным в 1995 и 1997 годах между Ираком и Турцией, Анкаре разрешено иметь военное присутствие в Ираке, если  ее войска  находятся в 30 км от границы и их количество не превышает 2 000 военнослужащих. С 2016 года турецкое военное присутствие в Ираке увеличилось,. Это  было связано с масштабным присутствием боевиков  ДАИШ, хотя больше из-за близости  к району гор Кандиль, где находится главный штаб РПК. Однако Ирак объявил это расширение нарушением в 2017 году, через несколько месяцев после того, как было подтверждено присутствие  и пятеро  пешмерга были убиты во время авиаудара Турции.

В июне 2018 года Турция объявила, что дальнейшие военные действия в горах Кандиль были лишь вопросом времени, так как правительство полагало, что высокопоставленные члены РПК скрывались именно в этом районе. Министр внутренних дел Турции Сойлу, по  сообщению Рейтер в июне 2018 года, он прямо заявил, что «Кандиль больше не является для нас отдаленной целью. Прямо сейчас многие позиции там были захвачены (турецкими войсками), особенно в североиракском  регионе».  Таким образом, доказано  нарушение международного права и особенно нарушение суверенитета Ирака и принципа национального самоопределения. Тем не менее, многие аналитики и журналисты пытались понять, чего на самом деле искала Турция в северном Ираке в то время, поскольку они никогда не прекращали свои военные операции в этом районе. Например, старший научный сотрудник Центра Ближнего Востока  им. Рафика Харири Атлантического Совета  Аарон Стейн сказал изданию Ahval, обсуждая намерения Турции искоренить РПК в  Кандиле, что он «не знает, что все это на самом деле означает».

На сегодняшний день вопрос Штейна остается открытой дилеммой, так как горы Кандиль находятся в 40 км от турецкой границы, а мухафаза Ниневия, в состав которой входит Мосул и где проходит нефтепровод Киркук-Джейхан, гораздо ближе. Несмотря на долгосрочный  интерес, который Турция может продолжать реализовывать в северном Ираке, с 2018 года курдские населенные пункты  в Кандиле подвергаются массированным и насильственным нападениям со стороны Турции. Около двадцати курдских деревень в этом районе живут в состоянии паники и постоянно требуют от Багдада помощи, обвиняя центральное правительство в бездействии. Фермеры и жители рассказали изданию  АLSharkAlAusat, что они живут в «полном ужасе» более года и что деревни подвергаются постоянным атакам без разбора в результате спорадических турецких авиаударов.

Эти последние события в Кандиле, которые официально начались осенью 2018 года, все еще продолжаются и могут  cчитаться второй военной кампанией, которую турецкая армия  ведет в северном Ираке и которая рассматривается как борьба с терроризмом.

«Операция Коготь»

Последняя началось в мае 2019 года и с тех пор наносит удар по области Харкук, где  как полагают, скрывается  много других бойцов РПК. Эта конкретная операция, в отличие от прежних, имеет целью полное искоренение РПК и ликвидация  любого его присутствия в северном Ираке. Тем не менее, считается, что конечной целью Турции является сохранение контроля над горной провинцией, так как  присутствие ее войск  является ключевым фактором для поддержания внутреннего мира в Турции и избежания новых атак РПК против Анкары.

Эти военные кампании в Кандиле, как  и предыдущие операции в Ираке,  проведенные Турцией, показывают, что интерес Анкары  можно увидеть не только в Сирии, но и в Ираке. Начиная с 1990-х годов Ирак подвергается воздушным ударам и военным кампаниям Турции, их конечной целью всегда было разгром отрядов РПК в северном Ираке. Но надо помнить, что  многие гражданские лица населяют эти земли. Несмотря на это, международное сообщество не сделало никаких официальных заявлений об операциях Турции в Ираке. Деревни, семьи, курдские и арабские общины живут на территориях, пострадавших от  этой «призрачной войны» Турции в Ираке.

 Автор — Джулия Валерия Андерсон   Сайт Вашингтонского курдского института   Перевод  RiaTaza.com

Об авторе

Neo

Похожие записи

1 комментарий

  1. Мураз Аджоев

    Старший научный сотрудник Центра Ближнего Востока Атлантического Совета Аарон Стейн, обсуждая намерения Турции искоренить РПК, сказал, что «не знает, что все это на самом деле означает». Знает, но ему, видимо, трудно понять, почему Анкара «ведёт борьбу» с анти-курдской диверсионной организацией в самой Турции, Западном Курдистане в Сирии, Южном Курдистане в Ираке, и «что всё это означает». Хотя, конечно, старший научный сотрудник обязан понять.

    Ответить

Написать ответ

You have to agree to the comment policy.