Дэвид Романо:Турция делает еще один шаг назад, уволив курдских мэров

Дэвид Романо:Турция делает еще один шаг назад, уволив курдских мэров

Всего через пять месяцев после  их избрания правительство Эрдогана на этой неделе сняло с постов мэров трех крупнейших курдских городов Турции и заменило их назначенными государством «доверенных лица\».

 Эти «доверенные» мэры,  назначенные Анкарой вместо мэров избранных, происходят из рядов партии «Справедливость и развитие» г-на Эрдогана (АКП).  Они живут в укрепленных кварталах и ездят на работу на бронированных автомобилях. Они используют муниципальные средства, чтобы щедро украшать свои офисы и активно ликвидировать результаты  работы избранных мэров, запрещая курдские названия улиц и отменяя двуязычные государственные услуги в «своих» городах.

Мэры Диярбакыра, Мардина и Вана, вероятно, присоединятся к примерно ста мэрам от прокурдской   ДПН, избранных еще на предыдущих выборах, которые были сняты со своих постов  государством и помещены за решетку. Турецкое государство осуществляет судебное преследование и отстраняет их на основании крайне смутно сформулированных законов о борьбе с терроризмом.

 Согласно «Хьюман Райтс Вотч», «оскорбительные судебные преследования и расследования чрезмерно широко и расплывчат  понимаемых «террористических преступлений широко используются в Турции для того, чтобы заставить замолчать и произвольно задерживать  критиков власти, журналистов, правозащитников и оппозиционных политиков».

Мэры, уволенные на этой неделе, даже никогда и ни за что не были осуждены, а обвинения в «терроризме», были выдвинуты против них государством. Содержание обвинения, по данным Министерства внутренних дел Турции, включали «переименование местных улиц и парков после заключения в тюрьму членов РПК и предложение работы родственникам боевиков».

Антитеррористические законы Турции остаются настолько расплывчатыми, что государство может преследовать практически любого, кого пожелает. Преднамеренная или непреднамеренная «поддержка террористических организаций» может, при этом режиме, включать пропаганду легализации курдского языка в различных местах, призыв к прекращению боев между государством и Рабочей партией Курдистана (РПК) или критику турецких вторжений в Сирию.  Турецкие судьи полагают, что если РПК призывает к чему-либо из этого, то любой, кто призывает к тому же, виновен в «распространении террористической пропаганды».

Даже другим лидерам турецкой оппозиции, таким как недавно избранные мэры от  Республиканской народной партии (НРП) в Стамбуле и Анкаре, могут предъявить обвинения в терроризме за публичную критику смещения мэров ДПН. В воистину фашистском стиле они могут быть следующими.

 Так, журналисты британской газеты The Independent спросили министра внутренних дел Турции Сулеймана Сойлу: «… можно ли обвинять тех чиновников, которые выражают поддержку свергнутым мэрам, в симпатиях к террористическим группам». Он, как сообщается, ответил: «В какой степени мэры должны участвовать в политических комментариях? Мой им совет: им следует заниматься своим делом и не делать смешных комментариев о вещах, которые они не понимают».

Очевидно, даже бывшие высокопоставленные лидеры ПСР, которые были свергнуты Эрдоганом после того, как стали слишком популярными, на этот раз почувствовали необходимость «прокомментировать вещи, которые они не понимают»: Ахмет Давутоглу и Абдулла Гюль присоединились к Европейскому Союзу, множеству граждан из правозащитных организаций  и другие оппозиционных  партий, такие как НРП и критикуют смещение мэров как «антидемократическое».

Мэры Мардина, Диярбакыра и Вана в марте получили 63%, 56% и 53% голосов соответственно в своих городах. Режим, который не может терпеть такие результаты муниципальных выборов, слаб, а не силен. По мере того, как популярность г-на Эрдогана и его правительства ослабевает, потребность в поляризации общества и разжигании националистических страхов возрастает.  Но отмена результатов  народного волеизъявления в курдских частях страны фактически закрывает один из клапанов давления, узаконивая риторику РПК о том, что «вооруженная борьба» является единственным оставшимся вариантом. Также  в результате этого нарастающего конфликта консервативные и националистические избиратели поддерживают партии, обещающие «решительные действия против терроризма».

Хотя это может хорошо сработать  на  г-на Эрдогана и  предвыборную стратегию его партнера по националистической коалиции, но это не сулит ничего хорошего для Турции в целом. Более уверенный режим в Анкаре позволил бы оппозиции  из ДПН иметь под своим контролем  некоторые муниципалитеты на бедном курдском юго-востоке страны. Несколько  курдских названий улиц и несколько парков, названных в честь боевиков РПК — это не конец света.

  И ДПН  отнюдь  не равнозначна РПК. Хотя большинство членов обеих организаций составляют курды и они считаются «прокурдскими», первая желает осуществлять права курдов и других меньшинств на законных основаниях и в рамках политической системы. Отказ ей в этом только усиливает вторую партию, то есть РПК.

Дэвид Романо    ИА  Rudaw     Перевод  RiaTaza.com

Об авторе

Neo

Похожие записи