«Курды, живущие в странах бывшего Советского Союза,

являются ценной частью

народа Курдистана»

Курдский лидер Масуд Барзани

Интеграция «Хашд аш-Шааби» в Вооруженные Силы Ирака – часть процесса «перетягивания» армии религиозными группами на свою сторону

Интеграция «Хашд аш-Шааби» в Вооруженные Силы Ирака – часть  процесса «перетягивания» армии религиозными группами на свою сторону

Усиление и доминирование военных структур в Ираке на фоне  межконфессионального конфликта имеет долгую историю.

Когда иракская армия была впервые создана, была предпринята попытка ее институционализации таким образом, чтобы она не стала частью политического и этнического конфликта. Однако появление режима партии Баас положило конец этим усилиям. Армейский нейтралитет был прекращен с установлением  полного баасистского контроля над всеми государственными институтами, включая органы безопасности и вооруженные силы.

После падения Саддама Хусейна Пол Бремер распустил иракскую армию, чтобы покончить с религиозной гегемонией [cуннитов]. Учитывая зверства, совершенные армией против ее собственного народа, в частности курдов и шиитов, иракские политические партии рассматривали   эти действия  Бремера в качестве отправной точки для  создания такой национальной армии, которая могла бы заверить курдов, суннитов и шиитов в том, что ни одна этнорелигиозная  группа не будет односторонне доминировать в вооруженных силах.

Некоторые основные принципы были заложены во временных законах переходного правительства, а затем конкретизированы в конституции 2005 года, регулирующей численность солдат, методы найма и управление армией основными этническими и религиозными группами Ирака  на основе партнерства. Это было сделано для предотвращения наполнения армии определенной религиозной группой подобно тому, как Саддам обеспечил в войсках доминирование суннитов, что могло односторонне вовлечь  армию в межконфессиональные конфликты.

Однако в первые годы пребывания у власти бывшего премьер-министра Ирака Нури аль-Малики эти конституционные и правовые принципы были каким-то образом нарушены, и на большинстве руководящих постов в армии  на всех уровнях стали  доминировать шииты и их сторонники, несмотря на присутствие США в качестве монитора.

Позднее сунниты оказались в маргинальном положении в армии в результате возвращения шиитов на службу, суннитско-шиитского конфликта и присутствия террористических групп в преимущественно суннитских районах страны. Курдское присутствие также ослабло из-за напряженности в отношениях Эрбиль-Багдад. Армия  оказалась в неуравновешанном положении  и на грани шиитского доминирования. Несмотря на возражения курдов и суннитов, этот конфликт и «шиитизация» армии продолжались до появления «исламского государства (запрещена в России) в Ираке. К этому моменту  шииты достигли господства над армией и контролировали безопасность страны и военные институты.

Ситуация изменилась после первых наступлений ДАИШ, когда армия оказалась неспособной сопротивляться и бежала, оставив вооружение. Они передали все  суннитские районы Ирака джихадистам за одну ночь. Вскоре после этого верховный лидер шиитов аятолла Али ас-Систани призвал вооружить шиитов на местах для защиты святых мест Ирака.

Угроза ДАИШ послужила поводом для активизации стратегии «шиитизации»  силовых структур до такой степени, что  появилась возможность контролировать армию. Даже если бы угроза со стороны  ДАИШ не возникла, был бы использован альтернативный предлог.  И людям могут потребоваться десятилетия, чтобы разоблачить то, что  тогда происходило  за кулисами политической жизни.

После создания Хашд аш-Шааби (также известного как  «силы народной мобилизации», или PMF), процесс шиитской инициации начал закрепляться, используя в качестве причины войну с  ДАИШ и проблему Эрбиль-Багдад. Результаты очевидны: мы видим позиции, завоеванные шиитами в Курдистане(в спорных районах — ред) и суннитских районах.

В настоящее время шиитские силы контролирует все иракские административные и судебные учреждения. Когда война с ДАИШ подошла к концу, они (шиитские политики) приняли специальный закон о «Хашд» в парламенте, гарантирующий политические и финансовые права боевиков. Ведь  шиитские политики  прекрасно осознают, что конец войны означает, что для пребывания  «Хашд» в оккупированных районах не будет оправданий. Когда джихадисты было объявлены в Ираке побежденными, мощь  шиитского ополчения была только укреплена  и современное, эксклюзивное оружие, изначально предоставленное иракской армии США, оказалось в их руках.

Когда американо-иранский конфликт обострился до такой степени, что иранские вооруженные силы и их союзники были включены в список террористов, начался процесс сокрытия «Хашд». Иракцы узнали из  СМИ, что премьер-министр Адиль Абдул-Махди распустил Хашд и присоединил их к иракской армии, без предварительной подготовки или ранее подготовленных оправданий.

Различные  группировки шиитского ополчения заявили, что будут выполнять решение премьер-министра, и шиитские политические партии поддержали этот шаг. Премьер-министр, однако, не уполномочен отменять законы. А, между тем, существует специальная поправка в конституцию, касающаяся «Хашд». Однако ни судебная власть, ни конституционные суды, ни какой-либо другой институт не выступили против этого решения премьера. Вместо этого все хвалят  его, создавая впечатление, что это  было многосторонне согласованным шагом по укреплению иракской армии.

Ясно, что этот шаг не был предназначен для фактического роспуска  «Хашд», но имел другие цели — прежде всего, защиту шиитского ополчения от «черных списков» и санкций США, а также для укрепления шиитского костяка в армии.

Теперь, когда шииты полностью контролируют армию, ряд геноцидов и массовых убийств ожидают как курдов, так и суннитов.

Автор-Ариф Курбани , политолог и публицист.

 

Об авторе

Neo

Похожие записи