Посланник США подтвердил «кампанию максимального давления» в Сирии; «остаточная сила» останется на северо-востоке

автор RIATAZA
54 просмотры

Выступая во вторник, Джеймс Джеффри, спецпредставитель США по Сирии и спецпосланник Глобальной коалиции по борьбе с терроризмом, подчеркнул, что США по-прежнему привержены выполнению резолюции СБ ООН 2254, которая предусматривает политическое урегулирование в Сирии.

Джеффри также сказал, что «в обозримом будущем» «остаточная сила» американских войск останется на северо-востоке Сирии.

Джеффри выступил на крупной международной конференции по безопасности в Герцлии, Израиль. В ходе обсуждения выяснилось, что Израиль был среди тех сторон, которые были обеспокоены заявлением президента Дональда Трампа в декабре прошлого года о том, что США будут выводить свои войска из Сирии.

Модератор дискуссии Томми Штайнер, старший научный сотрудник Института политики и стратегии, который принимал участие в мероприятии, объяснил, что заявления Трампа «создали некоторую озабоченность здесь, В Израиле», прежде чем он спросил Джеффри о том, «американские силы в обозримом будущем останутся там или они собираются выйти?»

Джеффри сначала уточнил свой ответ, отметив, что Трамп, как президент США и главнокомандующий, может в любое время решить, что он хочет делать с этими силами. Однако ответ Джеффри, проще говоря, состоял в том, что американские войска останутся в Сирии.

То, что израильское правительство, по-видимому, считает, что его собственная безопасность будет под угрозой из-за вывода США из северо-восточной Сирии, добавляет значительную причину для Трампа не предпринимать такого шага, учитывая тесные отношения между ним и премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху.

Джеффри объяснил, что Трамп «никогда не намеревался полностью выводить США из Сирии», но «всегда намеревался» держать силы в Аль-Танфе, который находится на юге, недалеко от границы Сирии с Ираком, который находится на юге, недалеко от границы Сирии с Ираком и занимает стратегическую точку, пересекая главное шоссе от Багдада до Дамаска.

И даже на северо-востоке, по словам Джеффри, Трамп всегда намеревался поддерживать «наше критически важное воздушное прикрытие», а также способность проводить «высококлассные» специальные операции против террористической организации ДАИШ (запрещена в РФ) в Сирии.

Заявление Трампа, сказал Джеффри, было попыткой заставить других членов коалиции «войти и взять на себя часть этого бремени. Однако союзники Америки, в том числе, предположительно, французы и британцы, у которых также есть войска на северо-востоке Сирии, не хотели оставаться, если США выйдут», — сказал он.

Поэтому в феврале Трамп решил, что вывод американских войск будет осуществляться «обдуманно и осторожно, и мы оставим в обозримом будущем — для определения — остаточную силу американцев», — сказал он.

Джеффри подчеркнул, что «вывод иранских войск из Сирии остается одной из трех главных целей Америки в Сирии. Другой — «прочное поражение ДАИШ».

Обе цели предполагают необходимость сохранения статус-кво на северо-востоке Сирии. Уход США — и, как следствие, вакуум — может позволить Ирану расширить свое присутствие в этой области, а также создать политическую нестабильность, создав среду, в которой ДАИШ может более легко возродиться.

Третьей целью США в Сирии, пояснил Джеффри, является выполнение резолюции 2254 Совета Безопасности ООН, которая была принята единогласно в декабре 2015 года, вскоре после начала российской интервенции в Сирию.

Хотя ситуация в Сирии с тех пор существенно изменилась, Джеффри подчеркнул, что Асад не победил, как многие считают. Режим контролирует только 60% территории страны, в то время как 50% населения бежало — либо за пределы страны, либо в районы Сирии, не находящиеся под контролем режима.

Боевые действия на поле боя в основном заморожены, заявил Джеффри, и теперь США стремятся переместить вопрос “в политическую сферу” и “оживить политический процесс».»Это предполагает создание конституционного комитета, за которым последует поддержка ООН на свободные и справедливые выборы».

Для достижения этих целей США вместе со своими союзниками и партнерами используют чрезвычайное дипломатическое и экономическое давление — то, что Джеффри назвал «кампанией максимального давления» против Дамаска, сродни своей кампании против Тегерана.

Однако, как пояснил Джеффри, это касается и сотрудничества с Москвой. Поскольку США не разговаривают ни с Дамаском, ни с Тегераном, они полагаются на Россию в качестве посредника и используют свои рычаги воздействия на них.

«Россияне проявили к этому реальную заинтересованность», — сказал он. «Я сопровождал [госсекретаря] Майка Помпео в Сочи в мае, где мы встретились с президентом Путиным и говорили в первую очередь о Сирии и роли Ирана в Сирии”, — пояснил американский посланник.

Он также отметил, что советники США, России и Израиля по национальной безопасности встретились на прошлой неделе в Иерусалиме, чтобы обсудить Сирию, включая присутствие там иранских сил, и что Трамп продолжил эту дискуссию три дня спустя, когда он встретился с президентом России Владимиром Путиным на саммите G-20 в Японии.

Но мало что известно относительно того, что Путин сказал Трампу о Сирии в Японии, и во время встречи в Иерусалиме, похоже, не дала положительного результата. Напротив, на последовавшей за этим пресс-конференции российский постпред Николай Патрушев неоднократно становился на сторону Ирана, отмечает Times of Israel.

Действительно, дискуссия на конференции, которая предшествовала выступлению Джеффри, была озаглавлена «Россия на Ближнем Востоке — друг или враг? «Было два израильских участника дискуссии (наряду с американцем и русским), и оба израильтянина выразили скептицизм по поводу намерений России.

Эхуд Эвенталь, полковник запаса израильских сил обороны, отметил заявления Патрушева в поддержку Ирана, предположив, что он указал на «некоторое разделение» на переговорах.

Доктор Дмитрий Адамский, профессор Герцлийской школы управления, дипломатии и стратегии Лаудера, пришел к выводу, что «Иран и Россия больше держатся вместе, чем порознь». Он также предположил, что Россия стремится увеличить свое влияние, одновременно позиционируя себя «как часть проблемы, а также как часть решения».

0 комментарий
0

Related Posts