«Курды, живущие в странах бывшего Советского Союза,

являются ценной частью

народа Курдистана»

Курдский лидер Масуд Барзани

История курдского кино: курдская женщина в кинематографе

История курдского кино: курдская женщина в кинематографе

В первой части нашего цикла статей о  курдским кино, я коснулся такой особенности национального  кинематографа, как повышенное внимание к социальным проблемам  и жизненным трудностям людей. В этой части рассказывается об изображении женщин в курдском кино, степени их вовлеченности  в кинематограф и готовности участвовать в создании фильмов.

Что касается социального аспекта, то  большинство курдских фильмов так или иначе решают эту проблему.  Проблемы в обращении с женщинами и отношении к ним  подаются  как следствие политического угнетения и религиозного давления, как в гюнеевском  «Пути»  (1982), и культурных нравов и традиций, как в картине «Одна свеча, две свечи» (2014), которая  описывает  явления культурного плана, привнесенные или навязанные преобладающей религией региона.

Я использую термины «привнесенный» и «навязанный», потому что исторически курдская женщина играла важную роль в жизни своего народа во всех смыслах  —  социальном, культурном и политическом. Это лучше всего выражено курдским писателем и философом XIX века Махмуде Баязиди в его книге «Традиции и обычаи курдов». Баязиди отмечает, что большинство браков были моногамными, и курдские женщины не скрывали лиц,  участвовали в общественной жизни и  мероприятиях, танцевали и пели вместе с мужчинами. Когда на племя нападали, женщины участвовали в войне вместе с мужчинами.

Сегодня курдские  женщины-бойцы  в Башуре и Рожаве являются живым  подтверждением мыслей Баязиди. Они являются защитниками своей нации и всего человечества,  и тем оставят свои следы в анналах истории.

  Можно  назвать несколько таких выдающихся женщин прошлых времен: г-жа Халима из Хаккари бывшая правительницей региона Баш-Кала; молодая Фатма была вождем племени эздинов в 1909 году, и народ именовал  ее «королевой»; г-жа Марьям из знаменитой семьи Нехри имела большой авторитет среди своих последователей; г-жа Адела из Халабджи, которую англичане называли «Принцессой храбрых», потому что она, как известно, спасла жизнь многим офицерам британской армии во время Первой мировой войны. Адела была культурным вождем одного из крупнейших курдских племен 19-го века. Жившую в 17-м веке Асенат Барзани называют первой женщиной-раввином в еврейской истории; Местуре Ардалан (1805–1848) была курдской поэтессой и писательницей, известной своими литературными произведениями; принцесса Ханзад была правительницей региона Соран,  расположенного между Эрбилем и Салладином (Пирмам). И этот список можно продолжить..

В традиционной курдской литературе обнаруживаются как матриархальные, так и патриархальные тенденции. В балладах «Лас  у Хехзаль» женщины-племенные правители открыто соревнуются за любовника. Есть  курдские эквиваленты «Ромео и Джульетты», такие как эпосы «Мем у Зин», «Ширин у Фархад», «Хедже у Сиабенд», «Назо у Хесо» и «Зембил Фрош». Но  за исключением пары слабых киноверсий этих народных преданий, на момент написания этой статьи они остаются не представленными на киноэкране в современной форме.

Я ввел юмористический старый народный анекдот в свой фильм «Одна свеча, две свечи» (сцена, когда молодая Виан взбирается на дерево в первую брачную ночь, чтобы избежать интимной близости со своим  пожилым  женихом), и  был рад видеть, что эта режиссерская находка была  отмечена нью-йоркским кинокритиком Льюисом Проджектом  в своем обзоре «Достойные внимания курдские и турецкие фильмы». Критик пишет  о «тысячелетней народной сказке, которую курды могли рассказать друг другу у костра задолго до появления романа, фильмов, телевидения или Интернета».

Все это является доказательством того, что явные консервативные нравы последних лет, характеризуемые ограничениями на роль женщин и насилием, связанным с честью ( автор, видимо имеет в виду т.н. «убийства чести», когда совершивших акт прелюбодеяния жен или сестер убивали их мужья родители, или братья. Не является обычаем, установленным в исламе —  RiaTaza) в прошлом, на самом деле, не господствовали в курдском обществе. Однако преобладающей тематической тенденцией в курдских фильмах, кажется, остается жертвенность угнетенных людей,  и во во многих из этих фильмов женские персонажи оказываются под двойным  ударом, со стороны не только внешних сил, но и недостатков своего собственного общества. Например, заключенная в тюрьму жена в «Пути» или «убийство чести» в «Загросе» (реж. Сахим Омар Калифа, 2017). В этих и многих других фильмах женщины изображаются как беспомощные и безмолвные жертвы патриархального общества, в то время как наши камеры должны быть обращены к женщинам-борцам, гуманитариям, врачам, юристам, поэтам, художникам, ведущим, парламентариям и активистам с  их уникальными жизнями и судьбами. Пришло время обратить наши объективы на них и воздать должное этим женщинам  нашего прошлого и настоящего, о которых я упоминал ранее.

 С точки зрения кинопроизводства искусственно  привнесенные в курдское общество консервативные  нравы до некоторой степени стали препятствием для нас, режиссеров, особенно в Южном Курдистане, где актрис мало. Так картина «Воспоминания о камне» Шавката Амина Корки (2014), арт-фильм в стиле Феллини о кинопроизводстве, рассказывает о трудностях режиссера в создании женской роли — история,  которую большинство курдских кинематографистов могли рассказать десять лет назад. В «Одной свече, двух свечах» я снял немецкую актрису (Катрин Эндерс) в главной роли, а в «Чаплине гор» (2013) я задействовал американку французского происхождения Эстель Бажу и немку иранского происхождения Таис Фарзан из-за отсутствия курдских альтернатив для исполнения этих ролей. Однако в последнее время эта проблема стала менее острой дилеммой, поскольку все больше женщин работают в кинематографе как перед, так и за камерой. Это особенно видно на телевидении,  с его изобилием  женщин-ведущих .

В «Одна свеча, две свечи» я представляю  женщин, откровенно заявляющих о своих правах и отстаивающих их. Например, одна из  героинь, Зозан (в исполнении Гулбахар Кевчу), ссылается на социальные недостатки в строке «Наши праматери раньше управляли домашним хозяйством, а некоторые даже  целыми племенами. Затем пришел меч и разрезал нас пополам. Но «полчеловека не может решить свою судьбу». Признавая такую ​​реальность, Зозан и ее друзья предпринимают именно это —  становятся  капитанами своего собственного корабля и действуют, чтобы спасти юную Виан (Катрин Эндерс) от принудительного брака. И когда неудачник-жених Хаджи Хемо пытается сжечь Виан заживо,  у него это не только не получается, но все кончается тем, что жестокий муж поджигает… собственную задницу. Я использовал  здесь «черный юмор», чтобы подчеркнуть нелепость преступления, которое курдское общество  реально не потерпит. Хаджи Хемо лежит лицом вниз, дым валит из его ягодиц, а  женщины прижимаются друг к другу и смотрят в тишине, возможно, более глубоко размышляя об отношениях с коллегами-мужчинами. То есть, если вы пытаетесь сжечь нас, вы только сжигаете себя. Эти новые женщины ближе к реальности современного Курдистана, поскольку они стремительно прогрессируют в своем социальном статусе. Это  особенно заметно в последние несколько лет.

Опять же, я склонен обратить внимание на «шарван» (женщины-бойцы вооруженных курдских формирований). Я предсказываю, что Голливуд и Мэдисон-авеню скоро сделают ставку на эту новый персонаж  фильмов и интерактивных видеоигр, где курдская героиня будет сражаться против злых террористов и других демонов. Я предвижу разнообразные аркадные и мобильные игры с участием «шарван» в качестве защитника цивилизованного мира от террористов. И надеюсь, что курдские кинематографисты будут в первых рядах этой инициативы.

Автор – Джано Розебиани, американо-курдский сценарист, режиссер и продюсер, связанный с «новой волной» в курдском кинематографе.

Rudaw net                    Перевод  RiaTaza.com

Об авторе

Neo

Похожие записи

Комментариев 4

  1. Aza Avdali

    Ещё один интереснейший материал о курдском кино Джано Розебиани. Теперь уже о женщине в курдском кино, причём как об актрисах курдского происхождения, так и героинях, об образах курдянок в кино. Ну, да, есть проблема. Набирающий обороты курдский кинематограф нуждается в профессиональных артистах, и женщинах, и мужчинах. Но они есть, есть и среди них прям-таки звёзды мирового уровня: Хюлья Авшар — красива необыкновенно, талантлива и известна очень. Как-то даже была признана лучшей актрисой на одном из Московских кинофестивалей, Амира Казар — ну, это очень известная актриса французского кино, я видела две её работы, она восхитительна, её игра ничем не хуже, а на мой взгляд, даже лучше игры Джейн Биркин. Но она, увы, не афиширует своё курдское происхождени, более того, это её даже стрессирует. Есть в США актриса, снимающаяся в известных сериалах и зовут её Дилан Гвин. Я просто обожаю Бельчим Бильгин — она феноменально талантлива, актриса очень тонких нюансов, её обожает камера и она очень востребована, много играла и в Голливуде со звёздами первого эшелона и у Бахмана Гобади, а он гениальный курдский режиссёр мирового уровня, в «Сезоне носорогов» с Моникой Беллуччи. Конечно, не могу не назвать Зару, её фильмография внушительна, она чрезвычайно органична в кадре, а если сыграет в курдском фильме и ещё и споёт на курдском, так и Голливуд вздрогнет. Есть Дашни Мурад, есть Хани, есть моя любимая Тара Мамедова. Их много, но нужно больше. Господи, да не оскудеет земля курдская, да будет государство курдское, а уж кино, с таким великим патриархом, прорубившим курдскому кино окно в мир, мы станем просто в один ряд в списке с великими и знаменитыми. Да, курдские женщины стремительно прогрессируют в своём социальном статусе.

  2. Aza Avdali

    Вот что хотела всем посоветовать — посмотрите «Воспоминания о камне» Шавката Амина Корки. Просто очень классное кино. А ещё посмотрите, пожалуйста, «Сон бабочки», его снял талантливейший курд в турецком кино, актёр, режиссёр, сценарист, продюсер Йылмаз Эрдоган, а в главной роли играет его жена Бельчим Бильгин. Прелестное кино, завораживащая игра Бельчим, удивительные кадры очень талантливого оператора и такая передача и эпохи, и чувств и каких-то точно переданного настроения всех героев и времени.

  3. Aza Avdali

    Прошу прощения, говоря о патриархе курдского кино я, конечно, как вы все знаете, имела в виду Йылмаза Гюнея

  4. Sipan Evar https://www.facebook.com/sipan.evar

    ……………OTKROVENNO SKAJU , ILMAZ GUNEY BEZUSLOVNO TALANT ! NO , NO EGO PROZVEDENIYE—FILM YOL , ETO ANTIKURDSKOYE PROIZVEDENIYE ! SKOLKO NEGOTIVA BILO ILI YEST SREDI KURDSKOGO OBSHESTVA, PRIBAVIL OTXODI TURKOV I DRUGIX NARODOV , ON S YEXIDSTVOM PRIUKRASIL I VISTAVIL NA POKAZ TURKAM I VSEMU MIRU !

Комментирование закрыты.