«Курды, живущие в странах бывшего Советского Союза,

являются ценной частью

народа Курдистана»

Курдский лидер Масуд Барзани

ИЗРАИЛЬСКИЙ ЭКСПЕРТ:ПОЧЕМУ ВОСТОЧНАЯ СИРИЯ ЗНАЧИМА ДЛЯ ВСЕХ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ

ИЗРАИЛЬСКИЙ ЭКСПЕРТ:ПОЧЕМУ ВОСТОЧНАЯ СИРИЯ ЗНАЧИМА ДЛЯ ВСЕХ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ

Заявление президента США Дональда Трампа о выводе США из Сирии оставило много вопросов. Восточная Сирия — это большая и стратегическая область, зажатая между Турцией и Ираком. Исторически это был также довольно  заброшенный район Сирии.  И поскольку  США уходят, угрозы конфликта нависают над миллионами жителей, которые задаются вопросом, что будет дальше?

Область, которую США покидают в восточной части Сирии, аккуратно отделена от остальной части Сирии рекой Евфрат. Она  включает в себя сирийскую провинцию (мухафазу) Хасака и части мухафаз Ракка и Дейр-эз-Зор. Единственным исключением является небольшая территория над рекой Евфрат, где  находится Манбидж, в северной части Сирии. Это район страны,  был глубоко затронут оккупацией и ростом влияния ДАИШ в 2013 году. До этого курдские районы этого региона игнорировались правительством Асада. Сирия лишила 120 000 курдов гражданства после 1962 года. Правительство  Хафеза Асада угнетало  курдское население своей страны под лозунгами  арабского национализма, лишив многих не только гражданства, но и вытеснив их от своих земель стремясь заселить арабов на их место. Курдские города были переименованы на арабский лад. Все это породило народное  негодование, которое привело к беспорядкам в 2004 году в Камишли.

В других районах восточной Сирии, особенно вдоль долины реки Евфрат, имела место другая динамика.  Имея на своей территории единственные нефтяных месторождений страны и  получив государственные инвестиции некоторые районы в провинции в Дейр-эз-Зор оказались в выигрыше. Но другие арабские племена больше ориентировались на соседний Ирак, нежели на Дамаск. В сообщениях говорится, что некоторые люди хранили   в своих домах портреты  Саддама Хусейна, а отнюдь не  Хафеза и Башара Асадов. После вторжения США в Ирак в 2003 году нестабильность распространилась вдоль границы с Ираком, поскольку повстанцы и иностранные боевики использовали Сирию в качестве коридора для проникновения в Ирак.

Багдад жаловался Дамаску на бойцов, бегущих через границу, но Сирия не остановила поток, либо из-за желания противостоять американцам, либо из-за надежды, что некоторые из исламистских экстремистов, которые все чаще организовывались в ряды повстанцев, пойдут на Ирак и не потревожат власть  Асада. Ответный удар произошел после того, как началась сирийская гражданская война, когда эти сети экстремистов, используя долину Евфрата для перемещения вперед и назад, начали атаковать сирийский режим.  ДАИШ  воспользовалась этой нестабильностью и благодаря ей пришло к власти в Ракке в 2013 году.

Восточная Сирия — это большая территория, более чем в два раза превышающая площадь Израиля, почти размером со штат Западная Вирджиния.  Территория богата ресурсами: на юге у реки Евфрат есть нефть, а на севере вдоль границы с Турцией сеют  пшеницу и развивается сельское хозяйство. Но этот район малонаселен, некоторые территории почти безлюдны. В целом население составляет несколько миллионов человек. Драматические   изменения произошли  в ходе войны с ДАИШ. Ракка, освобожденная осенью 2017 года, по-прежнему лежит в руинах, и до сих пор продолжают обнаруживаться тела жертв конфликта. Сотрудники ООН, например, выявили сотни тысяч нуждающихся в восточной Сирии в 2018 году.

Засуха также поразила некоторые районы. На карте организации  США по оказанию гуманитарной помощи в 2017 году показано, что людям нужно все: от базового пропитания до жилья и чистой воды. Это было верно в отношении курдских районов, а также  всех территорий, освобожденных от ДАИШ в 2016-2017 годах. В провинции Хасака НПО, связанные с Международной организацией по продовольственной помощи (ФАО) помогли тысячам семей, предоставив семена для выращивания зерновых.

Относительная безопасность и стабильность, с которой это могло быть обеспечено, стали возможными благодаря Сирийским демократическим силам (SDF) на местах и ​​их партнерству с возглавляемой США коалицией. Вместе они победили исламистов на  огромной  полосе территории восточной Сирии. До вмешательства США в 2014 году держала в осаде в основном курдские районы,  завоевав огромную территорию Сирии и Ирака, с многомиллионным населением. В конечном итоге SDF, которые выросли из подразделений по защите курдского народа (YPG), стали большей вооруженной силой, состоящей из арабов, курдов и других этнических групп. Они никогда не заявляли, что  в первую очередь связаны с YPG и через них  с Рабочей партией Курдистана (РПК). Турция утверждает, что YPG является сирийским филиалом РПК, которую она и США считают террористами.

Восточная Сирия была одной из областей на Ближнем Востоке, которая не вписывалась в альянсы, формирующиеся в регионе. Один альянс возглавляется Ираном и включает сирийское правительство, Хизбаллу, шиитские ополчения в Ираке и хуситов в Ливане ( здесь, по-видимому, редакционная ошибка, шииты-хуситы действуют в Йемене – RiaTaza). Другой альянс состоит из оппозиционных группировок Турции, Катара и Сирии. Третий альянс состоит из Саудовской Аравии, ОАЭ, Бахрейна и Египта. Не каждая страна на Ближнем Востоке тесно связана с этими тремя сторонами. Но большинство  арабских стран, таких как Иордания, Оман, Кувейт, Палестинская автономия и другие, более тесно связаны с Эр-Риядом, чем c Дохой  или Анкарой.

Поскольку роль США в восточной Сирии возросла в 2017 и 2018 годах, некоторые в администрации Трампа увидели в этом рычаг противодействия росту  роли Ирана в Сирии. Чиновники указали, что США останутся на несколько лет, чтобы восстановить и стабилизировать район, чтобы ДАИШ не вернулась и чтобы Иран не распространял свое влияние на этот район. Но Трамп рассматривал причастность США к ситуации в восточной Сирии через призму причастности США к сирийскому конфликту начиная с 2011 года. Он сказал в своей речи в Ираке 25 декабря, что США должны были находиться в Сирии в течение трех месяцев, но оставались там почти 8 лет. Предполагалось, что США будут в восточной части Сирии, по крайней мере, до 2021 года, но они  приняли решение   уйти 19 декабря.

Это оставило без поддержки целый район восточной Сирии, казалось бы, уже готовый к захвату  мощными государствами региона. Феномен восточной Сирии, управляемый «сирийскими демократическими  силами», возник на фоне  нестабильности арабской весны. Это была одна из тех неуправляемых центральными правительствами территорий, как районы в Йемене и Ливии. Сирийский режим  ушел, и YPG удалось захватить части Хасаки в 2012 и 2013 годах. Курды  предприняли  уникальный политический эксперимент, применив свои крайне левые политические принципы к восточной Сирии, которые их  оппоненты высмеивают как форму марксизма. Частично это было достигнута благодаря закулисным переговорам с сирийским режимом и даже Ираном. Турция, курдский регион на севере Ирака, США, Россия и даже Саудовская Аравия стремились сыграть свою роль в восточной части Сирии. Но у каждого из этих игроков были свои различные цели. Это потому, что район стал стратегическим шарниром между Турцией, Ираном и северными  районами в Ираке. Экстремизм, который вырос из долины Евфрата, питавшей ДАИШ, угрожал Сирии и Ираку и стал местом притяжения для 50 000 иностранных боевиков. Это делает его стратегическим активом для всего региона.

Курдский успех в восточной Сирии также рассматривается как угроза. Турция рассматривает этот район как центр деятельности РПК, которая имеет значение угрозы  для Анкары, поскольку с 2015 года Турция борется с повстанческим движением РПК. Турция пыталась нанести удар по членам РПК на севере Ирака, чтобы обойти вокруг восточной Сирии и оцепить район. Турция также вмешалась в северную Сирию и в Африн на северо-западе Сирии, чтобы предотвратить расширение YPG. Теперь Турция хочет вмешательства в восточной Сирии в качестве заключительной части своей кампании против РПК. США предотвратили этот шаг  своим присутствием.

Для России восточная Сирия важна, потому что это еще одна область, в которой она может помочь сирийскому режиму вернуть контроль Дамаска  над этими территориями и место, где она может играть роль посредника, что повышает престиж Москвы в регионе. Россия уже  выступила посредником между Ираном и Турцией в Астане, Сочи, Женеве и Идлибе.  И всякий раз  росло влияние России как единственной страны, на которую все могут положиться, взяв на себя роль, которую ранее играли в регионе США. Восточная Сирия станет еще одним бриллиантом в «короне» Москвы.

Для Ирана восточная Сирия также может быть важна. У него есть ополченцы, которых он поддерживает вдоль реки Евфрат. Он хотел бы иметь влияние, а также предотвратить возрождение ДАИШ. Хумам аль-Хамуди, член Исламского верховного совета Ирака, уже заявил, что вывод США будет способствовать возрождению ИГИЛ. Он сказал не для того, чтобы побудить США остаться, а для того, чтобы побудить Ирак и Иран играть здесь более важную роль. Пресса ТВ в Иране подчеркнула эту мысль. Вскоре иранские посредники будут стремиться к более активному участию в местных делах  через Ирак, что является частью  желания Тегерана создать коридор влияния через Сирию.

США, похоже, уходят, но в США есть круги, которые хотят влияния США на востоке Сирии. Кроме того, союзники США, такие как ОАЭ, Саудовская Аравия и курдский регион на севере Ирака, захотят сыграть свою роль. Страны Персидского залива восстанавливают отношения с Дамаском, что может привести к тому, что они окажут  финансовую помощь в восстановлении восточной Сирии. Очевидно, что  ОАЭ и Саудовской Аравия обеспокоены тем, что может произойти, что Турция, Россия и Иран требуют  большего контроля над этой территорией.

Для Сирии конец игры очевиден. Она хочет вернуть восточную Сирию. Первоначально, согласно какому-то соглашению с SDF или YPG, он будет стремиться постепенно захватить  область после того, как Штаты начали уход отсюда с удивительной скоростью. Это не означает, что SDF или другие субъекты, такие как YPG,  и их союзники уйдут со сцены. Этот район имеет большое значение, и у этих групп было почти полвека, чтобы открыто пускать корни после многих лет жизни в тени при режиме Асада. Это также не означает, что экстремистские сети ДАИШ или сети сирийских повстанцев сломлены. Джихадисты  все еще удерживают за собой определенные территории, и многие из этих областей жили без  дамасского режима в течение почти восьми лет. Поэтому ничто здесь в одночасье не изменится.

Сетт Францман    JerusalemPost                    Перевод   RiaTaza.com

Об авторе

Neo

Похожие записи

1 комментарий

  1. Мураз Аджоев

    «Курды (автор, конечно, имеет в виду PKK-PYD) предприняли уникальный политический эксперимент, применив крайне левые (анархистские) политические принципы к восточной Сирии, которые их оппоненты высмеивают как форму марксизма. Частично (прежде всего) это было достигнуто благодаря закулисным переговорам с сирийским режимом и (или) даже Ираном». А сегодня и сейчас «высокопоставленные коммиссары» PKK-PYD, напялившие на себя военную форму «высокопоставленного командира» YPG, озвучивают волю «верховных соколов-революционеров-апочистов», согласно которой, все освобождённые вооружёнными силами YPG территории подлежат передаче под контроль государства по договору между PKK-PYD и Сирийским режимом во главе с Башаром аль-Асадом и под эгидой Иранского режима «верховных революционных шиитских религиозных командиров». Скоро наступит время заслуженной и полноценной расплаты этих «революционеров религиозно-шиитского и анархистско-марксистского толка» за их абсолютно зловредное и враждебное отношение к неотьемлемым национальным, историческим и территориальным правам курдского народа.

Комментирование закрыты.