«Курды, живущие в странах бывшего Советского Союза,

являются ценной частью

народа Курдистана»

Курдский лидер Масуд Барзани

Курдская политика Турции порождает конфликты повсюду

Курдская политика Турции порождает конфликты повсюду

Обзор издания  AlMonitor

Никаких предварительных условий в диалоге PYD-Дамаск

В cтатье, написанной в августе 2017 года, «cтремление Турции подавить сирийско- курдский контроль  в северной Сирии может открыть последним дверь в какой-то тип сосуществования с Дамаском». С тех пор мы наблюдаем усилия Ирана и России по налаживанию соглашения между сирийским правительством и Партией демократического союза (PYD), что может быть не принято  Анкарой.

Недавнее американо-турецкое соглашение по Манбиджу вызвало возобновление переговоров между лидерами Дамаска и сирийскими курдами. На этой неделе журналист Фехим Тастеккин пишет: «Учитывая, что силы сирийского президента Башара аль-Асада помогли YPG («Народным защитникам») сразиться с Турцией в Африне – неожиданный, но небезуспешный жест — неудивительно, что в нынешних условиях курды подумывают об обращении к дамасскому режиму».

Асад сказал RT 31 мая: «Мы  открываем двери для переговоров [с Сирийскими демократическими силами (SDF), состоящими в основном из YPG], потому что большинство из их участников — сирийцы — и, предположительно, они любят свою страну и не любят быть марионетками в руках иностранца. Это то, что мы предполагаем.»

Тастекин сообщает, что PYD «допустил в Рожаву, прибывшую туда  делегацию Дамаска, отправленную в начале июня в Сирийский Курдистан с инспекцией. Курдский источник, который  на условиях анонимности, рассказал AlMonitor, что курды теперь будут игнорировать те структуры, которые намерены разделить Сирию и выслушать предложения Дамаска».

«Россия предоставила Турции свободу рук в Африне. Стремление Турции хотеть большего здесь, растущая тенденция Соединенных Штатов умиротворить Турцию и возможность того, что курды могут потерять позиции, завоеванные в Манбидже, заставили сирийских курдских лидеров пересмотреть отношения с Дамаском»,- продолжает Тастекин. «[Идар] Халил [сопредседатель Движения за демократическое общество, многоэтническая правящая коалиция Сирийского Курдистана] заявил, что на переговорах с делегацией режима курды не выдвинули никаких предварительных условий, таких как оппозицию проекту Демократической Федерация Северной Сирии, или будущее  SDF и YPG. Курдское намерение состоит в том, чтобы сначала изучить предложения Дамаска и достичь  демократизации Сирии посредством переговоров».

«Появились и другие обстоятельства, могущие повлиять на курдскую дорожную карту», — добавляет Тастекин.  — Официальные лица из Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов и Иордании посетили  29 мая  район, находящийся под контролем SDF, в которjv доминируют курды . По имеющимся данным, эта делегация встретилась с представителями YPG в Камишли, а затем встретилась с представителями арабских сил, таких как Сенадид, Ан- Нухба и «Моджахеды Ракки» на американской базе в деревне Хараб Иск близ Кобани, чтобы обсудить вопрос о формировании суннитских арабских сил в этом районе. Согласно государственному агентству новостей Anadolu (Турция), в Хасаке и Камишли были созданы вербовочные пункты для привлечения добровольцев к этой новой силе; им будет выплачиваться 200 долларов в месяц».

Иран отверг турецкое предложение по РПК

На прошлой неделе мы сообщили, что: «Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган рассчитывает на  поддержку Ираном турецкого наступления на базы  (РПК) в районе Кандильской горы, граничащей с Ираном и Ираком, хотя остаются вопросы о масштабах операции и ее иранской поддержки ».

Семих Идиз объясняет: «В Анкаре появились надежды на то, что сотрудничество между Турцией и Ираном по курдскому вопросу усилится  после того, как обе страны отвергли результаты референдума о независимости, проведенного Региональным правительством Курдистана на севере Ирака в сентябре 2017 года».

Но в смущающей реплике Эродгану и его министрам, которые озвучили перспективы сотрудничества в Кандиле, официальный представитель министерства   Ирана  генерал Абульфазиль Шекарчи сказал: «Исламская Республика Иран считает военные действия против территории другой страны без разрешения ее законного правительства , с оправданием борьбы с терроризмом,  незаконными. … Иран никогда не поддержит инициативы, которые нанесут ущерб суверенитету соседних стран».

Идиз добавляет: «Подобно России — другому «партнеру Турции» в Сирии в рамках процесса Астаны , Иран также утверждает, что в этих странах юридически присутствуют только иностранные войска, приглашенные сирийскими и иракскими правительствами. Анкара утверждает, что Багдад и Дамаск потеряли контроль над частями Ирака и Сирии, используемыми РПК и YPG, и заявили, что это оставило Турцию без выбора, кроме как действовать в одностороннем порядке, чтобы предотвратить существующую угрозу безопасности страны от этих групп. … Собственная война Ирана со связанной с РПК «Партией Свободной жизни в иранском Курдистане», также подпитывала эти надежды. Однако продолжающаяся борьба Ирана с этой группой не помешала Тегерану провести иную политику в отношении борьбы Турции с РПК или YPG».

«Анкара и Багдад также по-прежнему не согласны по вопросу о присутствии турецких военных в Башике недалеко от Мосула. Ирак неоднократно призывал Турцию вывести оттуда свои сила, но Анкара до сих пор отвергает эти требования», — пишет Идиз.

«Прагматизм и общая неприязнь к Западу могут побудить Анкару и Тегеран поддерживать хорошие отношения в настоящее время», — заключает Идиз. — Однако многие ожидают, что разногласия по Сирии и Ираку со временем возрастут, потому что Турция и Иран в конечном счете находятся на разных сторонах активной и растущей линии суннитско-шиитского разлома на Ближнем Востоке».

Россия ищет промежуточную позицию между Эр-Риядом, Тегераном

 Российкий эксперт Юрий Бармин пишет: «Российско-саудовские отношения, по-видимому, были эффективно отформатированы. В публичное пространство привносятся те вопросы, с которыми  Москва и Эр-Рияд легко соглашаются, но не упоминают проблем, которые являются «токсичными» для их партнерства. Таким «скелетом в шкафу» традиционно был Иран, но о Тегеране не было никаких официальных упоминаний на российско-саудовских встречах последних месяцев. Однако трудно себе представить, что Эр-Рияд избегал бы обсуждать то, что он назвал главной угрозой стабильности на Ближнем Востоке».

«Вопрос о расширении присутствия Ирана на Ближнем Востоке, возможно, не был главным вопросом в повестке дня, когда президент России Владимир Путин и [наследный принц Саудовской Аравии] Мохаммед бин Салман встретились на прошлой неделе, но Москва имеет ключ к сдерживаю экспансии Тегерана в регионе, и об этом знает Эр-Рияд. Однако Москва не обязательно считает роль Ирана на Ближнем Востоке угрозой региональной безопасности. Фактически, высокопоставленные российские чиновники стремятся создать региональную организацию безопасности, которая будет включать и Саудию и Иран».

Перевод RiaTaza.com

 

Об авторе

Neo

Похожие записи