Иран и референдум Южного Курдистана о независимости

Иран и референдум Южного Курдистана о независимости

Со времени объявления Региональным правительством Иракского Курдистана намерения провести 25 сентября референдум Иран проявил себя самым мощным оппонентом этого проекта. Хотя Турции долгое время принадлежала сомнительная честь противостоять всему курдскому, многое изменилось в Анкаре, и отношения с Региональным правительством остаются крепкими. Во многом именно это заставляет предположить, что турецкая критика плана провести референдум в Иракском Курдистане содержит, как говорится, больше лая, чем укусов. Турецкие лидеры, по крайней мере за закрытыми дверями, демонстрируют готовность приспособиться к появлению независимого государства Южного Курдистана.   

С Ираном другая история. Очевидное объяснение иранской позиции сосредоточено в демонстрации возможного эффекта независимости курдов Ирака в отношении угнетенного курдского меньшинства в самом Иране. Как Араш Карами недавно разъяснил в интернет-издании «аль-Монитор», иранские средства массовой информации открыто обсудили боязнь подобного эффекта со стороны Тегерана.

В статье, опубликованной 20 июня в консервативной газете Мashregh News, говорится, что референдум – это не только иракский вопрос. «…некоторые внутренние вопросы соседа[Ирака] не могут быть истолкованы исключительно как таковые, учитывая его связи с другими регионами», – говорится в статье. В ней указывается, что Иран имеет дружеские отношения с Эрбилем и «подобный референдум сразу же  вызовет политическую нестабильность и проблемы с безопасностью … по причине международной природы курдского вопроса». Процесс обретения независимости Иракским Курдистаном, говорится в статье, может повлиять на положение курдов в Турции, Иране и Сирии. Это, утверждает автор статьи, может вызвать дополнительную нестабильность в регионе.

Другими словами, иракские курды не должны стремиться к самоопределению и свободе, потому что это может сподвигнуть курдов в других странах стремиться к тому же. Иранские средства массовой информации, похоже, не замечают того обстоятельства, что если бы курды не были беднейшим меньшинством в стране, если  бы они не составляли половины от общего количества политических заключенных в Иране (хотя доля курдов в населении страны составляет всего 9 %), если бы количество приговоренных к смертной казни среди них  не было выше, чем у других религиозных и этнических меньшинств,  и если бы в отношении курдов не отрицались права, которые этнические группы имеют повсюду в мире, тогда бы риск вышеуказанного эффекта оказался небольшим. Персидский и курдский языки принадлежат одной языковой семье, что дает основание для идентификации этнической близости обоих народов. Плохое государственное управление и политические репрессии в Иране – вот то, что делает курдов проблемной группой.

У иранского противостояния референдуму и независимости Южного Курдистана, разумеется, есть и другие причины. Иран поддерживает руководимое шиитами правительство в Багдаде, и все, что его ослабляет, вызывает недовольство тегеранских покровителей.

Одна из самых сильных причин тегеранского противостояния устремлениям Иракского Курдистана – это симпатии местных курдов к Западу и связи с ним, а именно с Соединенными Штатами и Израилем. Иракский Курдистан расположен у западной границы Ирана. Таким образом, не удивительно, что аятоллы с тревогой реагируют на перспективу появления прозападного государства в непосредственной близи с ними. Государство Южный Курдистан может предоставить возможность для размещения американских или иных западных баз и другой деятельности, которая, при определенном развитии событий, нанесет вред иранским интересам. 

Верховный лидер Ирана Али Хаменеи заявил на минувшей неделе во время встречи с иракским премьер-министром Хайдаром аль-Абади, что «Исламская Республика Иран как сосед [Ирака] не приемлет ажиотажа вокруг проведения референдума с целью отделения части Ирака и считает тех, кто поднимает этот вопрос, противниками независимости и целостности Ирака». Али Авни, член Демократической партии Курдистана, откликнулся на это так: «Поскольку он [Хаменеи] считает себя вправе выражать свое мнение о ситуации в Курдистане, такое право закономерно должно было бы предоставлено и другим нациям, таким как мы; а также Курдистан полномочен говорить о судьбе восточного Курдистана, имея в виду Иранский Курдистан». Авни добавил, что «этот референдум проводится за пределами Ирана, поэтому официальным лицам Ирана и лидеру Исламской Республики нужно не вмешиваться в [внутренние] дела других стран, а заниматься своими проблемами и заботиться о своей собственной стране».

Никто не занимается только своими проблемами, если имеет власть и мотивацию вмешиваться в дела других. Хотя мощь Ирана не следует переоценивать (например, пять из семи иранских ракет «земля – земля», в ходе привлекшего внимание на прошлой неделе запуска в Сирию, прошли мимо целей), и народ Южного Курдистана должен был бы приготовиться к неудачам иранского вмешательства в Сирию в течение следующих нескольких месяцев.

Если Иран будет вмешиваться слишком активно, конечно, курды в Ираке могут принять доводы Али Авни близко к сердцу и увеличить свое собственное влияние в Иране. Будучи слабее Ирана, Южный Курдистан более мотивирован и будет стремиться к референдуму, несмотря на то что Иран препятствует ему.

Дэвид Романо, колумнист ИА Rudaw

Перевод RiaTaza.com 

Об авторе

Похожие записи