Геополитика, Россия и курдский вопрос

Геополитика, Россия и курдский вопрос

Сегодня много, кто знает понятие геополитика и мало кто задумывается над его внутренним смыслом, поскольку из-за постоянного употребления смысл тех или иных слов неизменно стирается, уходит в тень.  Поэтому сегодня, в той острой ситуации, в которой находится мир и стержнем этой ситуации является происходящее на Ближнем Востоке, есть смысл вспомнить о понятии геополитика, и ее применимости к нынешним действиям России на Ближнем Востоке и курдскому вопросу.

Итак, геополитика, есть теория предполагающая, что  внешнюю политику того или иного государства определяет его географическое положение и запрограммированное стремление к территориальному расширению. Теории эти, достаточно кабинетные, возникли в  XIX и XXвеках в Германии, Великобритании и США и часто не состыковывающиеся с другой дисциплиной, а именно геоэкономикой, положения которой показывают, что не всегда экономические интересы той или иной страны совпадают с особенностями ее географического положения.

По геополитике написаны, что называется, «кирпичи», большинство из которых автор этих строк советует не читать ( сплошное теоретизирование, это относится и к отечественному «геополитику» Дугину, чьи труды представляют собой компиляцию западных теоретиков, приправленную полумистической риторикой). Прочитать советую книгу действительно ведущего геополитика нашего времени не только теоретика, но и практика, помощника 39-го президента США Джимми Картера по вопросам национальной безопасности Збигнева Бжезинского под названием « Великая шахматная доска. Политика США в Евразии». Там коротко и очень четко формулируются две американские геополитические парадигмы. Первая – обоснование того, что господство США в Евразии означает господство глобальное, и вторая – это то, что для обеспечения этого господства необходимо не допустить альянса (в любой форме) России, Китая и Ирана.

Но любая шахматная доска, даже самая великая – это все-таки не реальная жизнь с ее динамикой и развитием, включением новых факторов. Да сегодня мы не имеем альянса России Ирана и Китая, но также нет и мирового господства США. Сейчас каждая из сторон играет в тех же сирийских событиях свою игру причем без союзников. Это и США, и Россия, и Иран.

США показывает свое присутствие в Сирии, Россия тоже. Ирану нет нужды показывать свое присутствие, он уже давно там всерьез и надолго. Равно, как и в Ираке. Стране куда более значимой в экономическом и политическом отношении, чем Сирия, но где почему-то нет военного присутствия великих держав. А оно важно сейчас именно там. Но Тегеран играет свою игру, с учетом, конечно, того, что подписаны соглашения с «шестеркой» международных посредников, но надо при этом оставаться независимой и, главное, лидирующей  региональной державой, не зависящей от каких-либо широких внешнеполитических альянсов.

Но сейчас о России, о том, куда она попала, год назад введя свои вооруженные силы в Сирию. Известная максима « У Великобритании нет постоянных друзей, а есть постоянные интересы» относится не только к Лондону, но и к любой государственной внешней политике любой страны. Да, у российского государства там есть постоянные интересы – база снабжения ВМФ в Тартусе, и авиабаза в Хмеймиме. Интересы законные, но какой ценой их реализовать? Невольно напрашиваются аналоги с Афганистаном 1979 года. Но там была реально великая держава с ее интересами в ее же среднеазиатском «подбрюшье». И то пришлось уходить. А теперь Сирия, при том, что Россия, увы, не СССР. Но есть куда  более глубокие интересы, реализации которых может помешать однобокая политика в Сирии.

Год спустя после введения ВКС России, что изменилось? ДАИШ как сидела в Ракке, так и сидит. Дамасское правительство,  вряд ли  контролирующее ситуацию в большинстве регионов страны, как удовлетворяет свои властные амбиции, так и удовлетворяет. Между тем, стратегические интересы России на Ближнем Востоке шире Сирии, ей надо нормализовывать отношения со многими другими странами  ближневосточного региона, которые имеют различные позиции по происходящему на сирийской земле. Поэтому лично автора этих строк несколько поразил вопль  «известного политолога» в не менее известном ток-шоу «Сирия – это наша земля!». Насколько помнится из истории, в границы Киевской Руси, Российской империи  и СССР Сирия не входила. Россия заинтересована в гармонизации взаимоотношений со всеми странами -экторами ситуации в ближневосточном регионе.

А тут еще новый фактор – курды, требующие независимости, что является их естественным правом как единого народа. С точки зрения геополитики это ломает все «великие шахматные доски», точнее издавна сложившуюся на Ближнем Востоке систему  Сайкс-Пико. Но все более и более актуален вопрос – каким будет этот грядущий Курдистан.  Фактором, балансирующим ситуацию на Ближнем Востоке (чем курдские земли и являются с точки зрения геополитической) или « черной дырой» на стыке турецко-ирано-иракского пограничья. За что большой привет Рабочей партии Курдистана. Слишком неадекватными способами они борются за … всего лишь автономию в составе другого государства.

Сейчас говорят о «дорожной карте» к независимости Курдистана. А она проста « возвращение парламента и принятие им нормативных актов, определяющих место, время и порядок проведения референдума. Только после референдума и подведения его итогов ставятся вопросы о спорных территориях и т.п» .

Но Восток, как говаривал киношный «товарищ Сухов», дело тонкое.

Валерий Емельянов ИАЦ «Время и мир»   для RiaTaza.com

 

Об авторе

Валерий Емельянов

Исполнительный директор информационно-аналитического центра "Время и мир" Образование: МГПИ им. В.И. Ленина; Высшие государственные курсы по вопросам изобретательства и патентно-лицензионной работы.

Похожие записи