«Некоторые боятся сильного Курдистана.

Но сила Курдистана – в его народе,

в его лидерах»

Премьер-министр Ирака Адиль Абдул-Махди

Юрий Дасни: «Езиды могут рассчитывать на культурную автономию, но их будущее – только в составе курдской государственности»

Юрий Дасни: «Езиды могут рассчитывать на культурную автономию, но их будущее – только в составе курдской государственности»

Интервью с Директором  Института изучения езидской истории и религии

  1. Юрий Романович, недавно Вы посетили Курдистан. Расскажите в общем и целом о поездке, ее целях и задачах. Каковы общие впечатления от Курдистана сегодня по сравнению с прежней Вашей поездкой, описанной в Ваших путевых заметках?

Поездка в Иракский Курдистан была организована по моей инициативе Институтом Востоковедения Российской Академии Наук, для проведения научного исследования современного Иракского Курдистана. С этой целью руководством Института Востоковедения была создана группа из специалистов разных направлений – я, как вы знаете, занимаюсь езидоведением, Кирилл Вертяев руководитель сектора курдоведения, Лана Раванди-Фадаи ведущий специалист отдела Ирана и Дарья Жигульская ведущий специалист тюрколог. И в таком составе 16 марта сего года мы выехали в Иракский Курдистан.

Пользуюсь случаем я бы хотел особо поблагодарить Фонд Барзани за финансовые средства, выделенные на поездку, Премьер-министра Курдского регионального правительства Нечирвана Барзани за теплый прем и предоставление двух служебных машин с водителями, а также Исполняющего обязанности представителя Регионального правительства Курдистана в России Данара Мустафу, который оказал нам большую поддержку в организации этой поездки и сопровождал нас в течение всех десяти дней пребывания в Курдистане. Именно благодаря такой поддержке нам удалось за столь короткое время выполнить огромную работу и собрать большой научный материал.

Еще до поездки нашей группой был составлен подробный план работы, поэтому по прибытию в Эрбиль утром 17 марта, мы сразу же приступили к работе. За эти дни мы посетили Академию Наук Курдистана, пять университетов – Эрбильский университет, Университет Сорана, Дохукский университет, Сулейманийский университет и Ливано-французский университет, Езидский культурный центр в Дохуке и езидскую святыню Лалиш. Приняли участие в трех конференциях и семи круглых столах, дали множество интервью, в частности, о цели нашей поездки, о состоянии курдоведения в России и т.п. ведущим курдским телеканалам Rudaw и Курдистан ТВ. Встретились с известными политиками, политологами, историками, журналистами, общественными деятелями и несколькими доблестными Пешмерга, которые принимали боевое участие в войне с международным терроризмом. Посетили мавзолей недавно скончавшегося мира езидов Тахсин-бега, затем провели длительную беседу с главными членами семьи мира, на которой обсуждались проблемы и вопросы езидского народа. Побывали в лагерях езидских и сирийских беженцев. С научно-познавательной целью даже посетили проходящую в Эрбиле международную выставку по туризму, где также был собран интересный материал по историческим достопримечательностям и культурному наследию Иракского Курдистана. Взяли множество интервью по актуальным вопросам современного Иракского Курдистана.

Впечатления об Иракском Курдистане не только у меня, но и у всей нашей группы исключительно положительные. Люди везде нам встречались приветливые и добродушные. Особо хочется подчеркнуть, что когда они узнавали, что мы из России, то отношение к нам улучшалось вдвойне.

Что касается социального и экономического положения, то кризис заметен во всем. В последний раз я был в Иракском Курдистане в 2013 году и по сравнению с тем что я видел, почти ничего не изменилось, крупные стройки заморожены, нового я ничего не увидел, а все старое за эти годы немного подпортилось. Заметно ухудшилось экономическое положение населения, много беженцев, при чем не только курдских из Шангала и Сирии, но и из других частей Ирака. В общей сложности, по данным  Регионального правительства на территории автономии находится около 600 тысяч беженцев(И еще более миллиона ВПЛ-ред). Очень негативно повлияло нападение ДАИШ в 2014 году, последствия войны и обнадеживающего референдума 2017 года, повлекшего за собой грубую реакцию и эмбарго со стороны Турции и Ирана.

В отличии от прошлой поездки, я заметил, что если раньше там, кроме курдского, говорили по-арабски, то сейчас говорят по-английски и этот язык все больше набирает популярность. Еще в отличии с прошлым – на дорогах заметно увеличилось количество машин, а на дорогах Эрбиля и Сулемании пробки стали привычным делом. Кто не был в Иракском Курдистане думает, что это отсталая ближневосточная страна, на самом деле все не так. Эрбиль – все больше напоминает Дубай, правда небоскребы не такие высокие, зато через весь город проложены широкие автобаны, по которым носятся дорогие автомобили, построены отличные парки, в одном из которых 20 марта мы вместе с многочисленными жителями столицы праздновали Науроз. Здесь созданы благоприятные предпосылки для развития банковского и финансового сектора, и превращения города в торгово-финансовый центр региона. Сулеймания, со своими стеклянно-бетонными зданиями больше похожа на современный европейский город, Духок – сохраняет свой древний колорит, при этом в него очень гармонично вписываются современные здания. В стране хорошо развита торговля и ресторанный бизнес,телекоммуникация, везде (даже в горах и отдаленных селах где мы побывали) есть мобильная связь и интернет, почти везде бесплатный Wi-Fi, неплохо развивается сфера услуг и туристический бизнес. Сразу видно, что это не бедный регион.

Если говорить о стиле жизни, то Иракский Курдистан — это совершенно светская страна, здесь нет никаких ограничений для женщин, совершенно необязательно носить хиджаб, женщинам можно спокойно ходить по улицам в одиночку, в кафе и ресторанах можно увидеть много семейных пар и отдельно женские компании, как в обычной европейской стране. Единственное ограничение для женщин, впрочем, и для мужчин, как требует того восточная культура – не носить слишком открытую одежду типа шорты, безрукавки и т.п.

И еще, что не мало важно для ближневосточной страны –  безопасность. Безопасность в Иракском Курдистане, особенно в крупных городах на очень высоком уровне. Это заметно с первой минуты прибытия в аэропорт Эрбиля, где имеется тройная система контроля безопасности. При этом мы не замечали, чтобы полицейские без особой причины кого-то задерживали или спрашивали документы, а население приставало бы с назойливыми вопросами типа вы кто, откуда и т.п.

  1. 2. Вы впервые поехали в Курдистан в качестве руководителя института изучения езидизма. Удалось ли установить определенные научные контакты? Что Вы можете сказать (с точки зрения впечатлений) о состоянии университетского образования и гуманитарных наук в Курдистане в это нелегкое для региона время?

 

С научно-практической точки зрения эта поездка была весьма полезной, я бы даже сказал плодотворной. Как выяснилось, езидами в той или иной степени занимаются во всех названных мною курдских университетах, но больше в Езидском культурном центре, под руководством шейха Шамо, где имеется неплохой архив по езидам и музей. Поэтому мне удалось установить прямые контакты с коллегами и договориться о сотрудничестве, что в нашей работе имеет первостепенное значение. Также удалось собрать некоторый полезный исторический материал о езидах, в частности о геноциде 2014 года.

Что касается университетского образования и гуманитарных наук в Курдистане, то несмотря на нелегкое для региона время, все университеты поразили нас своей современностью и оснащением. Университеты устроены по европейскому, я бы даже сказал британскому образцу и делятся на учебные корпуса и кампусы. Педагогический состав в основном молодой, среди них много специалистов с европейским и что очень приятно с российским образованием. Больше всего преподавателей с российским образованием в Эрбильском университете им. Салахедина. Назову лишь тех, которые известны многим в России – Радван Бадини, Рашад Миран. Кстати, после круглого стола в Эрбильском университете, так скажем с «российскими специалистами» мы долго стояли в холле университета, они говорили о своих воспоминаниях о России, и мы долго не могли расстаться.

  1. Что Вы можете рассказать и как оценить состояние «езидской проблемы» не только с точки зрения того, что пишут в медиа, так и реалий региона. Как повлияли последствия Шангальских событий на жизнь и судьбу езидов Башура?

Вы правильно поставили вопрос «езидская проблема», я полностью согласен с Вами, состояние в котором сейчас пребывают езиды – большая проблема. Как известно, езиды одни из древнейших насельников региона, а их религия уникальна. Но, к сожалению, в мире фундаментальных исследований по езидской истории и религии пока нет. Даже СССР-Россия, которые внесли существенный вклад в курдоведение, а многие известные курдоведы такие как Канат Курдоев, братья Ордихан и ДжалилДжалиле, ШакроМгои, Шараф Ашири, Зара Юсупова по религии езиды, мало что написали конкретно о езидах. Поэтому, несмотря на свою древность, езиды долго оставались в тени истории.

Говорят, нет худа без добра. Трагедия езидов 2014 года вывела езидов на первые полосы газет, о езидах заговорил весь мир. В медиа, особенно в интернете и даже в научно-опубликованных книгах часто можно встретить полную чушь, ересь и немыслимые противоречия о езидах и их религии. В общем, пишут все, кому не лень, и все выдают себя за великих знатоков езидской жизни, при этом даже не удосуживаются узнать мнение самих езидов о себе.

Шангал – это трагедия всего курдского народа, потому что это было не просто нападение из-за каких-то личных интересов, это был целенаправленный заранее хорошо спланированный геноцид с тяжелыми последствиями. Ну а то, что сделано с езидскими женщинами и девочками – это позор всему цивилизованному человечеству. Шангальские события не просто разрушили, а уничтожили 400 тысяч езидских жизней(имеется ввиду что  400 тысяч езидов покинули свои исторические места обитания и досихпор их будущее не определено).

Во время поездки в Курдистан мы были в одном из лагерей езидских беженцев из Шангала. Их положение катастрофическое. В одном из наших интервью с беженцами, одна женщина в возрасте около пятидесяти лет так ответила: «Мы уже пятый год существуем в этих палатках, наши младенцы выросли в этих палатках и ничего хорошего не видели, они спрашивают нас о будущем, мы не знаем, что им ответить, мы даже не знаем есть ли вообще у нас будущее». Мужчина, который представился старостой этого лагеря сказал так: «Наше существование здесь равно смерти, нас никто не замечает, только иногда вспоминают. Мы хотим вернуться на свою родину, но некуда – там все разрушено и там опасно. Мы не можем найти работу или начать какой-нибудь бизнес, чтобы как-то самим решать свои проблемы, потому что у нас ничего нет, даже денег на дорогу. Самое печальное – мы не видим будущего».

Проблему езидских беженцев и их просьбы мы (наша группа) в тот же день обсуждали на встрече с губернатором Дохукской провинции Фархадом Атрушти, который любезно принял нас. Как выяснилось, только на территории Дохукской провинции четыре лагеря беженцев, экономика слабая, администрация провинции делает все, что в ее силах, всегда по возможности помогает езидам, но возможности слишком ограничены.

  1. 4. Какой видится ближневосточным езидам сегодняшняя Россия и ее роль, в том числе в ближневосточной ситуации?

Все езиды Ирака наслышаны, а некоторые видели своими глазами, что тысячи их собратьев живут в России в мире и достатке. Знают об успехах и достижениях езидов России, поэтому почти все заочно любят Россию. Все они считают Россию доброй и благородной страной, которая помогает всем обездоленным. Все в один голос надеются на помощь по их словам – «великой, доброй страны». В разговоре с езидскими беженцами и простыми гражданами, они, узнав, что я из России, часто просили передать руководству великой России помочь им. Более продвинутые езиды, выражали сожаление, что Россия так много делает для Сирии, но почему-то нас езидов не замечает.

  1. Как Вы представляете перспективы развития езидской ситуации в регионе и мире. Возможна ли езидская «государственность».

На этот счет есть много спорных мнений, но я уверен, что перспектива сохранения и развития езидизма возможна только на их исторической родине в Курдистане. Некоторые пытаются разделить езидов и курдов, но это невозможно. Так могут рассуждать только люди, которые не знают историю и культуру курдского народа.

Кто бы что не говорил, я или еще кто-то, есть история и ее невозможно переделать на свой лад. Кто такие современные курды? Основная масса современных курдов – это в прошлом езиды по вероисповеданию. Но, согласно постулатам езидской религии они не могут называться езидами, потому что по тем или иным причинам приняли ислам. Так сложилось в истории, что все древние племена и народы Месопотамии в средние века по национальности стали называть курдами. Следовательно, езиды есть самые коренные курды. В этой связи, езиды как уникальное и самобытное сообщество, могут рассчитывать на культурную автономию, но будущее езидов может быть только в составе курдской государственности.

—  Беседовал Валерий Емельянов ИАЦ « Время и мир» специально для   RiaTaza.com

Об авторе

Neo

Похожие записи

Комментариев 2

  1. Мураз Аджоев

    Я бы посоветовал уточнить приведённые в этом довольно интересном интервью цифры:
    «600 тысяч беженцев и 400 тысяч езидских жизней»?

    1. Neo
      Neo

      Дорогой Мураз!
      600 тысяч беженцев, а помимо этого в Курдистане находятся еще более 1 миллиона ВПЛ. Что касается 400 тысяч езидски хжизней — то тут, как я понял, имеется ввиду 400 тысяч езидов, покинувших места своего исторического обитания и до сих пор их будущее их судьба их жизнь не определена — загублена.
      Действительно эти цифры требовали уточнения — что мы и сделали. Спасибо Мураз

Комментирование закрыты.