«Некоторые боятся сильного Курдистана.

Но сила Курдистана – в его народе,

в его лидерах»

Премьер-министр Ирака Адиль Абдул-Махди

Сирийский «буфер»: США «уходя остаются», Турция ставит ультиматумы

Сирийский «буфер»: США «уходя остаются», Турция ставит ультиматумы

Создание на северо-востоке Сирии «буферной зоны», или «зоны безопасности», идея которой с разной степенью настойчивости продвигается Турцией с 2014 года, к нынешнему этапу подошло к критической точке. Анкара заняла предельно ультимативную позицию, заявляя, что такая зона появится в любом случае: или в совместном с её партнёрами режиме, или в одностороннем порядке, сугубо усилиями турецкой стороны. Большей частью ультимативный тон имеет адресатом Соединённые Штаты. Именно американские войска и подопечные им формирования арабо-курдского альянса «Сирийские демократические силы» (СДС, ведущую роль в его составе играют курдские «Отряды народной самообороны», YPG, признанные официальной Анкарой «террористической организацией») выступают ныне доминирующей силой «на земле» в северо-восточном регионе Сирии. И именно после объявленного Дональдом Трампом в минувшем декабре начала вывода войск США из САР его турецкий коллега Реджеп Тайип Эрдоган взял на вооружение максимально категоричную риторику относительно необходимости инсталлирования «буферной зоны».

Планы Турции по северо-востоку Сирии предполагают полное вытеснение курдских YPG с территории глубиной от 30 до 40 километров к югу от турецкой границы с последующим созданием там «буферной зоны», или «зоны безопасности». Анкара также выступает за скорейшее формирование военной и гражданской администрации города Манбидж (северо-восток провинции Алеппо) и согласование с ней списка членов этих местных управленческих структур. При этом турецкая сторона против включения в состав будущей администрации Манбиджа лиц, близких к «террористам» YPG или замеченных в сотрудничестве с ними.

Позиции России и Ирана в вопросе «буфера» Турция не может игнорировать, ведь они её партнёры по известному трёхстороннему формату стран — гарантов сирийского урегулирования на платформе астанинского процесса. Но с американцами у военно-политического руководства Турции совершенно другой уровень обсуждения данной темы — строго предметный и с более высокими ставками на кону.

Москва и Тегеран по итогам состоявшейся 14 февраля в Сочи очередной трёхсторонней встречи стран — гарантов по Сирии обобщили свой подход к созданию зоны следующим образом: мнение законного правительства САР должно быть учтено в любом случае. Если же Анкара согласится привлечь Дамаск к обсуждению вопроса и тем более воспользоваться его услугами при создании «буфера», для чего уже есть определённая база в виде Аданского договора 1998 года между Турцией и Сирией*, то действия турецкой стороны найдут ещё большее одобрение у России и Ирана. Однако Эрдоган не торопится возобновлять давно назревший диалог с Башаром Асадом, ибо это чревато вступлением Анкары в противоречие со всем её прежним курсом на отторжение «сирийского режима» и пересмотром выстроенной годами системы отношений с политическими и военными противниками Дамаска в рядах так называемой умеренной оппозиции.

С американцами турецкому лидеру в создавшейся ситуации договариваться менее проблематично: будущие договорённости будут лишены указанных рисков. К тому же Анкара стремится вывести в эпицентр своих требований курдский вопрос, а это опять-таки возможно только в диалоге с Вашингтоном, от настроений которого сирийские курды зависели и продолжают зависеть в первую очередь.

28 февраля — 1 марта в Анкаре прошло второе заседание совместной турецко-американской целевой группы, созданной с целью координации процесса вывода войск США из Сирии. По настоянию Турции одна из ключевых тем обсуждения группы — создание «буферной зоны». Как отмечают вашингтонские аналитики, консультации союзников по НАТО активизировались после того, как президент Трамп сначала объявил, что США выведут свой двухтысячный контингент из Сирии, а затем, после настоятельных рекомендаций советников в Белом доме и руководства Пентагона, согласился оставить 200 солдат и офицеров на северо-востоке САР. Позже стало известно, что примерно такое же количество американских военных под видом «миротворцев» планируется сохранить и в районе Ат-Танф провинции Хомс, вокруг которого США в одностороннем порядке создали свою «буферную зону» глубиной в 50 километров.

Пентагон оставляет военных на сирийской территории без указания даже приблизительных сроков пролонгации их присутствия в арабской республике. Таким образом, правильнее говорить не о полном отводе американских войск из Сирии на базы в Ираке и Иордании, а лишь о значительном сокращении количественных параметров сирийской миссии США. В связи с этим у Анкары возникла масса вопросов к Вашингтону, а вместе с ними ощущается вышеуказанный рост ультимативности и претенциозности в турецких речах.

Турция выступает категорически против того, чтобы американские базы на востоке Сирии после вывода войск США из арабской республики перешли под контроль «террористов» YPG. Анкара требует от Вашингтона передачи этих баз ВС Турции либо их полного уничтожения. Согласно источникам турецкого государственного информагентства Anadolu, в ходе второго заседания целевой группы в Анкаре до сведения американской стороны было доведено, что, если США не учтут обеспокоенность Турции относительно YPG, а также если они не будут координировать свои действия в САР, включая вывод войск, с турецким партнёром, последний оставит за собой право на использование «международно признанного права на самооборону».

По данным источников «Анатолийского агентства», Турция вместе с тем дала понять США, что готова сотрудничать со всеми внешними силами, которые помогут ей в деле недопущения появления на политической карте региона образования под наименованием «Сирийский Курдистан». Такими внешними силами на востоке Сирии могут стать проиранские группировки или подразделения Военной полиции России.

Соединённые Штаты в свою очередь поставили Турцию в известность о предварительном графике вывода основных сил из Сирии до начала лета текущего года. Хотя, как подчёркивается, график передислокации из арабской республики «может быть скорректирован в зависимости от ситуации на местах». Обсуждался ли вопрос сохранения ограниченного присутствия Пентагона «на земле» в Сирии (200+200 американских «миротворцев»), не указывается.

Решение оставить в Сирии примерно пятую часть нынешнего контингента США было озвучено 21 февраля — вслед за тем, как Трамп провёл по телефону переговоры с Эрдоганом. В заявлении американской администрации по итогам беседы отмечалось, что лидеры двух стран договорились в отношении Сирии «продолжить координацию в вопросе создания безопасной зоны» на севере арабской страны. Позднее высокопоставленный чиновник администрации США в беседе с агентством Reuters пояснил, что принятое решение об «американских миротворцах» прорабатывалось в течение некоторого времени. Между тем остаются открытыми вопросы о том, как долго военные США в рамках их новой «миротворческой миссии» будут оставаться в Сирии, в каких именно районах они будут развернуты и каков мандат самой этой миссии.

До озвученного Белым домом решения о размещении в Сирии ограниченного «миротворческого контингента» командующий вооружёнными формированиями СДС Мазлум Кобани 18 февраля призвал оставить на северо-востоке САР около 1000−1500 военнослужащих международных сил для того, чтобы помочь в борьбе с остатками боевиков террористической группировки ДАИШ («Исламское государство», ИГ, ИГИЛ — запрещена в России). Курдский командир (напомним, ведущую роль в составе СДС играют курдские отряды YPG) также выразил надежду на то, что США остановят реализацию плана по полному выводу своих войск с территории Сирии. «Мы бы хотели иметь прикрытие с воздуха, воздушную поддержку и силы на земле для координации с нами», — сказал Кобани небольшой группе журналистов после переговоров с американскими военными на авиабазе в неназванном месте на северо-востоке Сирии.

Как отметил тогда командующий СДС, состоялось обсуждение возможной поддержки арабо-курдского альянса со стороны французских и британских войск в Сирии. Кроме того, он указал, что хотел, чтобы хотя бы «небольшая группа американских сил» также осталась на сирийской территории.

По информации СМИ, глава Центрального командования ВС США (CENTCOM) генерал Джозеф Вотел после встречи с Мазлумом Кобани в свою очередь заявил, что всё ещё выполняет приказ президента Дональда Трампа о полном выводе американских войск из Сирии.

Ранее было объявлено, что Соединённые Штаты не пойдут на «резкий» вывод своих войск и планируют провести его при «тесных консультациях» с союзниками в регионе, что подразумевало прежде всего координацию действий с Турцией. Об этом, выступая 17 февраля на Мюнхенской конференции по безопасности, заявил спецпредставитель США по Сирии Джеймс Джеффри.

По сведениям The Wall Street Journal, Министерство обороны США готовилось завершить вывод войск из Сирии до конца апреля текущего года. Значительная часть войск должна была покинуть арабскую республику уже в середине марта. Полный вывод американского контингента планировалось осуществить до начала мая.

Анкара с самого начала антиигиловской миссии США и их коалиции в Сирии неохотно, но мирилась с сотрудничеством американцев и ополчения сирийских курдов. Основным аргументом для такого взаимодействия США с YPG, объявленного Турцией «террористической организацией», была необходимость полного разгрома ИГ на «западном фронте» (Сирия) борьбы с «халифатом». По мере достижения данной цели, турки стали откровенно выдавливать американцев из САР и шантажировать своей новой операцией в Сирии против «курдских террористов». Между тем, по мнению некоторых экспертов, Анкара на самом деле не заинтересована, во всяком случае на нынешнем этапе, в полном сворачивании американского военного присутствия в САР. Эрдоган и его генералы не прочь дождаться от американских партнёров завершения «грязной работы» не только в деле необратимого разрушения военного потенциала ИГ, но и, к примеру, в вопросе формирования местных администраций на территориях северо-востока Сирии, находящихся вне контроля Дамаска. Резкий уход американцев из САР чреват для Турции не менее быстрым броском правительственных войск Башара Асада в «Сирийский Курдистан». Если тем же России и Ирану придётся выбирать между турецким вторжением в контролируемые курдами районы и указанным броском Асада, то они, безусловно, предпочтут последний, в чём Анкара отдаёт себе отчёт.

К тому же есть и демографический фактор, обещающий Турции существенно больше проблем, чем те, с которыми она столкнулась и не без серьёзного напряжения собственных сил смогла «переварить» в ходе двух предыдущих военных вторжений вглубь сирийской территории**.

Эксперты указывают, что около 850 тыс. человек в настоящее время проживают в предполагаемой Турцией «зоне безопасности» глубиной до 40 километров, ограниченной реками Евфрат на западе и Тигр на востоке. Среди них 650 тыс. курдов (76%), 180 тыс. арабов-суннитов (21%), 10 тыс. туркоманов (1%) и 10 тыс. христиан (1%). При этом только один из пяти районов, входящих в эту зону, — Тель-Абьяд — имеет арабское большинство. Даже за исключением Кобани на западе и Камышлы («столица» условного Сирийского Курдистана) на востоке население «буферной зоны» всё равно окажется преимущественно курдским, как бы Анкара не пыталась убедить американцев в обратном. Многие из местных курдов, без сомнения, предпочитают сохранение нынешнего статус-кво и рассматривают Турцию как абсолютно враждебную внешнюю силу***.

Турция сконцентрировала мощную ударную группировку на границе с арабской республикой по линии сирийских районов Кобани (провинция Алеппо) — Тель-Абьяд (провинция Ракка) — Рас-эль-Айн (провинция Хасаке). В авангарде стянутого «бронетанкового кулака» и сил армейского спецназа — около 16 тыс. турецких военнослужащих и 10 тыс. «умеренных боевиков» сколоченного Анкарой так называемого Национального фронта освобождения Сирии. Это своеобразное «вещественное доказательство» планов Турции в продолжающемся диалоге с США.

Найдёт ли оно воплощение в непосредственном силовом сценарии, при котором турецкая армия решится на третье вторжение в Северную Сирию с последующим созданием там «буферной зоны», остаётся под большим вопросом. При всей нескрываемой раздражённости турецкого военно-политического руководства привлечённых к будущей операции сил на сирийской границе и его настрое «сейчас или никогда» сохраняются серьёзные опасения по поводу ожидаемо резкого ухудшения отношений с США и регресса в партнёрстве с Россией и Ираном.

Многое, что сейчас декларируется турецким правительством и генералитетом, имеет привязку к очередной избирательной кампании в стране, где 31 марта пройдут выборы в местные органы власти. Эрдоган и правящая Партия справедливости и развития просто не могут позволить себе показаться слабыми в отстаивании интересов обеспечения национальной безопасности. Поэтому следует ожидать прояснения вопроса с созданием «буферной зоны» в Сирии по итогам местных выборов, в более спокойной и располагающей к большей внешнеполитической трезвости обстановке.

*Соглашение, заключённое между Анкарой и Дамаском 20 октября 1998 года в турецкой Адане, обязывает власти Сирии предотвращать любую террористическую угрозу Турции, исходящую с сирийской территории. Аданское соглашение было впоследствии расширено путём подписания 21 декабря 2010 года нового турецко-сирийского договора «О сотрудничестве против терроризма и террористических организаций». Соглашение из 23 пунктов предусматривало совместную борьбу с «террористическими организациями», главным образом с Рабочей партией Курдистана (РПК) и её ответвлениями в ближневосточном регионе. Аданский договор был заключён на фоне отказа Дамаска в предоставлении убежища лидеру РПК Абдулле Оджалану.

**Турецкая армия и союзные ей формирования так называемой Свободной сирийской армии уже провели две операции на севере Сирии. Первой была кампания под кодовым названием «Щит Евфрата» в северной части провинции Алеппо против террористов ИГ с августа 2016 г. по март 2017 г. Вторая операция, «Оливковая ветвь» (январь — март 2018), проведена в регионе Африн на северо-западе указанной провинции против курдских YPG.

***Michael Eisenstadt, Soner Cagaptay, A Turkish «Safe Zone» in Syria: Prospects and Policy Implications // The Washington Institute for Near East Policy, March 1, 2019.

Ближневосточная редакция EADaily

Подробнее: https://eadaily.com/ru/news/2019/03/07/siriyskiy-bufer-ssha-uhodya-ostayutsya-turciya-stavit-ultimatumy

Источник записи:https://eadaily.com/ru/news/2019/03/07/siriyskiy-bufer-ssha-uhodya-ostayutsya-turciya-stavit-ultimatumy

Об авторе

Neo

Похожие записи

Комментариев 10

  1. Станислав Иванов

    Очередная неудачная перепечатка редакции РИА ТАЗА. За этим пустым трепом мало, что понятно. Если у Эрдогана остается маниакальная идея о создании буферной зоны на границе с Сирией, то пусть он ее создает на своей территории, хоть 5, хоть 50 км. Ему в этом никто не мешает. Что касается планируемого им очередного вторжения в САР, то это будет грубым нарушением международного права и суверенитета Сирии. Теперь, что касается бреда о «правительственных войсках» САР. Их количество ничтожно мало, хватает лишь для защиты президентского дворца Асада, Дамаска, районов компактного проживания алавитов. Посылать на северо-восток САР Асаду просто некого, разве что наемников-шиитов и ЧВК «Вагнера». Но эти банды уже получили уроки под Дэйр эз-Зором и в Африне и вряд ли сунутся на восточный берег Евфрата.

  2. Мураз Аджоев

    “Генерал-майор ВВС Турции в отставке Беязыт Караташ считает, что «дело не только в том, что Турция выходит из западного лагеря, а в том, что она перестает быть передовой заставой США на Ближнем Востоке и приближается к Евразии». По его словам, это и объясняет то, что Вашингтон перестает воспринимать Анкару как партнера и союзника по НАТО. «Мы отчетливо видим это в Сирии и Восточном Средиземноморье, — говорит Караташ. — Мы говорим о стране, которая официально не признала Лозаннский договор 1923 года, который юридически фиксирует границы современной Турции». Говоря иначе, Анкара серьезно подозревает американцев в наличии проекта по расколу страны через разыгрывание курдской карты”, — приходит к выводу С.Тарасов (https://regnum.ru/news/polit/2587603.html).
    Возможно, США намекают Турции на вполне допустимую вероятность подобного развития ситуаци, но при условии, что Анкара откажется от «союзнических» требований Вашингтона по С-400, по Сирии, по Ираку, по ИРИ, ну и, конечно, по (Южному+Западному) Курдистану.
    США продолжают поднимать «ставки» в отношениях с Турцией, принимая во внимание тот факт, что «президент-султан» Р.Эрдоган является торгашом с высоким уровнем прагматизма и способным заключать «сделки» ещё до наступления «непреодолимых обстоятельств». Так что, Вашингтон, очевидно, продолжит наращивать «комплексное» давление на Турцию до тех пор, пока Анкара не примет «самый приемлемый» из предлагаемых вариантов «сделки» — гарантии безопасности государственного суверенитета Турции и власти Эрдогана, раздел САР и ИАР, образование независимого государства Курдистан, коллективная борьба с ИРИ. Да, это, по всей видимости, наиболее разумный и достоточно компромиссный вариант для Турции, причём он довольно приемлемый как для США, так и для России, которая не только сохранит, но значительно усилит и укрепит своё военно-политическое присутствие в новой «Сирийской арабской республике», то есть, и в восточном Средиземноморье.

  3. Станислав Иванов

    Уважаемый Мураз! Это все слишком расплывчато и заумно. Если приземлить всю эту словесную шелуху, то Эрдоган остается краеугольным камнем НАТО на его южном фланге. Никуда он не денется. Эта «продажная девка» американской политики на Ближнем Востоке будет и дальше обозначать свою капризность и выверты проститутки, но будет идти строго в кильватере курса Вашингтона и Брюсселя. Ни о каком разделе САР и Ирака в Анкаре даже не задумываются. Это части Османской империи и Анкара так к ним относится. Эрдогану не нужна часть Сирии, ему нужна вся Сирия. Он спит и видит, чтобы посадить в Дамаске своих марионеток «Братьев-мусульман» и выгнать из Сирии иранцев и россиян. В Ираке он работает над тем, чтобы усилить позиции арабов-суннитов и туркоман в Багдаде, а заодно сохранить хорошие отношения с иракскими курдами. Отношения с Кремлем он использует в своих интересах, при этом активно втягивает в НАТО Грузию и Азербайджан, развивает военное и военно-техническое сотрудничество с Украиной, поддерживает сепаратистов России в лице крымских татар и черкесов…

  4. Мураз Аджоев

    Да, Эрдоган использует «слишком расплывчатую и заумную словесную шелуху» в своей как внутриполитической, так и внешнеполитической риторике, но уверенно продвигая интересы как Турции, так и того правящего режима власти, которую он сам и очень давно возглавляет. Конечно, США считают Турцию, а вовсе не «капризного» Эрдогана, «краеугольным камнем НАТО на его южном фланге». Было бы, по меньшей мере, наивно полагать, что в США и РФ не понимают и плохо знают, что такое «президент-султан Эрдоган». В Вашингтоне и Москве озабочены «имперскими амбициями» Эрдогана, но не рассматривают их в качестве слишком важного фактора, способного серьёзно влиять на политику, стратегию и интересы как США, так и РФ в Сирии и Ираке. Президент Эрдоган — одна из очень важных региональных фигур в «Большой игре» в Сирии и Ираке, но главными, ведущими и решающими фаворитами, как известно, являются только президент США и в вполне сопоставимой степени президент РФ, что, очевидно, признают все главы государств и правительств международного сообщества. Он, может «спать и видеть Османскую империю братьев-мусульман во главе с президентом-султаном Реджепом Эрдоганом», но не более, потому что «резкий звон будильников» США и/или РФ прервут «сладкий сон» в самое неподходящее для него время. Эрдоган капризный, но осторожный и трусливый, когда дело доходит до главного вопроса — быть или не быть ему в Турции и самой Турции? Он ухватится за решение о разделе САР и ИАР, и он согласится с образованием Курдистана, если США и Россия предоставят ему «необходимые» письменно заверенные гарантии предоставления Турецкой Республике в лице президента этой страны режима надёжной безопасности и наибольшего благоприятствования в отношениях и связях.
    Вот этот сценарий он точно спит и видит каждые сутки.

  5. Станислав Иванов

    Уважаемый Мураз! Вы явно преувеличиваете роль личности в политике. Эрдоган у власти до тех пор, пока он удовлетворяет большую часть элиты Турции. Если финансово-экономическое положение страны и дальше будет проваливаться, то его уберут, тем более, что страна расколота примерно пополам на сторонников и противников Эрдогана. Что касается Трампа и Путина, то их возможности в Сирии тоже ограничены. Трампу в принципе не очень интересно, что там творится в Сирии, кто будет у власти в Дамаске. Единственно, что его беспокоит, так это экспансия иранских аятолл в Сирии и регионе. Своих союзников и партнеров на Ближнем Востоке Вашингтон не сдаст. Прежде всего, Трамп озабочен безопасностью Израиля, затем Саудовской Аравии. Ну и курдов он бросать на произвол судьбы не хочет. Так что, сокращать свое военное присутствие в САР Трамп будет медленно и осторожно. Что касается нашего вождя, то особых рычагов влияния на Асада или Хаменеи у него нет. Они его использовали в борьбе с ИГИЛ, а теперь пожинают плоды победы и считают, что «мавр сделал свое дело, мавр может уходить». ВКС РФ уже не особенно нужны сирийцам, а денег на восстановление страны в Москве нет. Иран пыжится, но выделяемых им 8 млрд долларов в год едва хватает на содержание семейства асадов, госаппарата, силовых структур и иностранных наемников шиитов (80 тысяч чел). Сегодня никто в контролируемые Асадом районы Сирии инвестировать не собирается. Эр-Рияд и Абу-Даби дали 300 млн долларов на восстановление Ракки, Эрдоган пытается переместить часть лагерей беженцев на север Сирии и оказывает сам и по линии международных организаций 3-4 млн сирийцам гуманитарную помощь..

    1. Мураз Аджоев

      Уважаемый Станислав Михайлович, руководящая роль действующей личности в политике того или иного государства оценивается по её прошлым и текущим делам. Эрдоган вот уже более 16 лет «находится у власти» в Турции. Этот исторический факт нельзя преувеличить или преуменьшить. Что касается возможностей Трампа и Путина, США и России в Сирии, то надо согласиться, что, конечно, они не всеобъемлющие, но достаточно серьёзные, чтобы как Вашингтон, так и Москва уверенно проводили, продвигали и отстаивали свои интересы, не очень опасаясь сопротивления со стороны ИРИ и Турции, обладающих «ограниченным» военным, политическим и экономическим потенциалом для борьбы против великих держав. Нет, разумеется, США и Россия далеко не «союзники» в Сирии и на БВ в целом, однако они и не намерены вступать в большую и прямую конфронтацию. Москва, конечно, договорится с США намного раньше, чем Тегеран и/или Анкара создадут угрозы интересам РФ в Сирии, на БВ и в Закавказье, потому что для Вашингтона нормализация отношений с Россией -это целевая задача куда более высокого стратегического порядка и экзистенциального значения. Я не вижу никаких особых противоречий, уважаемый Станислав Михайлович, и со многими Вашими суждениями готов согласиться. Но я считаю, что раздел САР, ИАР и образование независимого Курдистана -это один единственный правомерный, разумный и обоснованный путь к миру, безопасности, стабильности для торжества исторической справедливости, норм гуманитарной нравственности и неотьемлемого права народов на самоопределение, в т.ч. и особенно права разделённого, угнетённого и репрессированного курдского народа. Сирия и Ирак подлежат разделу по абсолютно объективным и очевидным политическим, правовым, историческим и нравственным причинам. Это должно произойти под эгидой и наблюдением СБ ООН. И, видимо. это уже произойдёт при участии группы ведущих мировых государств во главе с двумя великими военно-политическими державами, США и РФ.

  6. Станислав Иванов

    Уважаемый Мураз! Мне понятно Ваше мнение о необходимости окончательного развала Сирии и Ирака и создании на их обломках Курдистана. Но все же, хотелось бы услышать мнения по этому поводу лидеров сирийских и иракских курдов. Или я что-то пропустил или таких мнений просто нет. Ни лидеры ДПС, ни КНС в Сирии, ни ДПК, ни ПСК, ни Горран в Ираке таких заявлений не делали. Наоборот, они заявляют, что хотели бы равных прав и свобод с арабами в существующих государствах. Ни о каком отделении от САР или Ирака они не говорят. Получается, что Вы предлагаете как бы за сирийцев (курдов) и иракцев (курдов) как им лучше жить дальше?! Но мне кажется, что они сами без Вас с нами разберутся, что для них лучше?! Теперь, что касается США и России в САР. Я уже говорил, что Вашингтону в общем-то наплевать, кто будет править в Дамаске и кто будет вкладывать сотни миллиардов долларов в восстановление будущей Сирии. Им главное — дать по рукам иранским аятоллам, чтобы они не угрожали терактами Иерусалиму и Эр-Рияду. Руководство РФ, к сожалению, активно влиять на события в Сирии не может. После разгрома ИГИЛ, базы РФ в Хмеймиме и Тартусе замерли в неопределенности, что дальше делать? И Асад и его иранские спонсоры не заинтересованы в варианте урегулирования кризиса по лекалам Москвы (новая конституция, всеобщие выборы, коалиционное правительство). Эти силы готовы воевать до последнего сирийца, чтобы удержаться у власти в Дамаске. Но будущее все же не за Асадом и аятоллами с хизбаллой, а за большинством сирийского народа в лице лидеров арабов-суннитов, опирающихся на Турцию и Саудовскую Аравию. Вашингтон просчитал гораздо дальше Кремля, он поэтапно сокращает свое военное присутствие в Сирии в расчете на то, что его союзники по НАТО (Франция, Великобритания, Турция) и региональные партнеры — Израиль с КСА прекрасно выполнят ту же миссию. А Иран под новыми санкциями США вынужден будет сокращать поддержку Асада.

    1. Мураз Аджоев

      Должен признаться, мне крайне удивительно, а поэтому не могу оставить без ответа Ваши замечания, уважаемый Станислав Михайлович.
      Во-первых, Сирия и Ирак, как известно, уже «развалились». Причём с катастрофическими последствиями. И это бесспорный факт, а не мои предположения. И, во-вторых, Курдистан, разумеется, будет образован на исконно курдских автохтонных землях, на территории двух из 4-х регионов историко-географического Большого Курдистана — Южного+Западного, а не на «обломках Ирака и Сирии». А что там можно будет образовать на обломках искусственно созданных САР и ИАР. это не должно касаться автохтонного народа, сообществ Курдистана.
      Я, как и миллионы курдов на Ближнем Востоке и по всему миру, конечно, не мог «упустить» или не заметить огромное политическое событие исторического значения — РЕФЕРЕНДУМ, на котором курдский народ, этно-религиозные сообщества и общины Южного Курдистана выразили свою единую национально-патриотическую волю, убедительно самоопределились и проголосовали «ЗА» воссоздание территориальной целостности и независимость от Ирака. Напомню, что Референдум провели в сентябре 2017 г. по решению Президента, Парламента, Правительства и всех политических партий Региона Курдистан. Я очень стараюсь ничего не «пропустить» и пытаюсь всё «замечать», уважаемый Станислав Михайлович, чтобы иметь своё обоснованное мнение. А курдский народ, конечно, сам принимает суверенное решение. И народ Западного Курдистана получит возможность, чтобы свободно самоопределиться.

  7. Aza Avdali

    Если позволите, выскажу мысль пусть и неоригинальную, но очевидную. Всё, что происходило в этих двух странах — Ираке и Сирии ещё задолго до пришествия ИГИЛ было настолько кровавым и страшным, что распад их на части был бы неминуем при всех вариантах. Не курды провоцируют взрыв этих хилых конструкций, их провоцирует та природа, в которой долгие десятилетия вызревала крупнейшая в истории человечества гуманитарная и цивилизационная катастрофа. И не только курды, но и все остальные компоненты этих так неудачно, так преступно сколоченных государств были заложниками тотальной деспотии и насилия. Куры имеют все основания не продолжать своё существование на своей земле в унизительных, преступных, кровавых объятиях того миропорядка, того образа жизни, тех ценностей, которые им чужды и которые им навязаны были в самых драматических обстоятельствах. Курды заявляли эту свою позицию всей своей историей, своими неисчислимыми жертвами, протестами, всеми своими действиями и так далее. Зачем нужно много и порой не к месту говорить о том, что так очевидно и чего курды никогда не отрицали. Спросите любого курда, о чём он мечтает, ради чего готов отдать жизнь. Это Курдистан. Никогда уже ни Ирак, а тем более Сирия не реанимируются, и вовсе не из-за курдов. Эти государства не склеить, не возродить. Они — чёрные дыры, в которых точка кипения ненависти всех ко всем доведена до апогея, опасность для жизни очевидна настолько, что никто не хочет туда возвращаться. Уж в Сирии точно нет уже давно народа, который можно назвать сирийским. И Ирак не образец государственного устройства. Наверное, когда-нибудь найдётся решение, чтобы спасти тех обездоленных, которые когда-то были сирийцами, но спасти эти страны невозможно. А курды должны думать о себе и имеют на то все основания. Спасать ублюдка Асада — это не курдская задача. И оставаться под Багдадом — это предать и унизить свой курдский народ.

  8. Станислав Иванов

    И все же, дорогие мои коллеги и друзья! Давайте не будем забегать вперед и дадим возможность сирийским и иракским курдам самим решить, как им дальше жить. Было бы интересно на нашем сайте ознакомиться с интервью с лидерами сирийских курдов (ПДС и КНС) и иракских курдов (ДПК, ПСК, Горран, исламисты) по поводу планов на будущее. Было бы интересно также услышать их обращения к Дамаску и Багдаду, к ООН. Итоги Референдума в ИК вовсе не означают автоматического выхода Иракского Курдистана из состава Ирака. Пока еще никто из курдских лидеров не заявлял о намерении выйти из состава Сирии или Ирака. Да, государства слабые, можно сказать несостоявшиеся, но курды не спешат их покидать и не надо форсировать этот процесс. И второе. Я не слышал от сирийских иди иракских курдов планов объединиться и жить вместе. Вначале надо объединиться ПДС и КНС в Сирии и ДПК с ПСК и Горран в Ираке, а потом обсуждать варианты более крупного объединения….

Комментирование закрыты.