"Саддама повесили, но страна-то разваливается.

Ведь Курдистан практически уже

действует самостоятельно"

Президент РФ В.В. Путин

 

Дэвид Романо: Масуд Барзани откровенно о референдуме, и «новом курдском национализме»

Дэвид Романо:  Масуд Барзани откровенно о  референдуме, и «новом курдском национализме»

У вашего покорного слуги-колумниста  была возможность в минувший понедельник поговорить с Масудом Барзани по теме референдума о независимости Курдистана 25 сентября 2017 года. Г-н Барзани, как известно, занимал пост президента  Курдистана с 2005 по 2017 год и был одним из ведущих «драйверов» референдума по независимости. В настоящее время он является лидером Демократической партии Курдистана (ДПК).

Некоторые аспекты взглядов президента Барзани на референдум уже должны быть знакомы многим. По его словам,  решение  о проведении референдума исходило из того факта, что «это неотъемлемое право нации. У нас есть опыт работы с другими доступными решениями — автономия, федерализм и т. д. Но был нарушен самый первый принцип создания Ирака — партнерства не было. Я много раз ездил в Багдад для встреч и попыток установления такого партнерства. Однако всякий раз, когда Багдад чувствовал себя сильнее, он нарушал права курдов. Поэтому, если мы не можем быть хорошими партнерами, возможно, мы могли бы быть хорошими соседями».

Президент Барзани добавил, что «… многие говорили, что курды не едины в своем стремлении к самоопределению. Но это было общее  решение всех партий позволить каждому гражданину  высказать мнение о будущем Курдистана. Это не было односторонним решением одного лидера. Когда мы приняли решение провести референдум, в течение первых двух месяцев никто не воспринимал это всерьез, потому что думали, что мы, курды, не едины. Мы также неоднократно говорили, что референдум не означает провозглашения независимой государственности на следующий день. Это может быть четыре, шесть, восемь или десять лет спустя, без проблем. Это произойдет, как только мы договоримся с Багдадом по этому вопросу».

Горечь в голосе Барзани была явной, когда он продолжил объяснять, как американская позиция – точнее,  ее отсутствие — привела к событиям, происшедшим после референдума. Американские дипломаты, все еще выступая против референдума, могли бы ограничиться заявлением о том, что «время было плохим». Однако для них было неприемлемо говорить «проведение референдума не является законным». Президент Барзани подчеркнул, что «легитимность  нам предоставил  наш народ». Соединенные Штаты могли бы также заявить, что военные действия Багдада или курдов не будут приемлемы, но вместо того, чтобы предпринимать такие логические шаги, они ничего не сказали. В результате, «… из-за слабой, колеблющейся и неясной позиции США другие  силы взяли на себя роль  действовать против нас».

Однако многие не знают, что президент Барзани почти принял просьбу тогдашнего госсекретаря Рекса Тиллерсона отложить референдум — всего за два дня до того, как было назначено голосование. Как и в случае прошлых обещаний по этому вопросу, в письме Тиллерсона описывался процесс, в котором США и ООН поддерживали посредничество по всем нерешенным вопросам между Эрбилем и Багдадом, которое на этот раз должно было  продлиться не более года. В письме говорилось: «В конце этого процесса, конечно, если переговоры не дойдут до взаимоприемлемого завершения или не пройдут из-за недобросовестности со стороны Багдада, мы признаем необходимость проведения референдума». Президент Барзани назвал письмо Тиллерсона «хорошо написанным произведением» и сказал: «Я попросил его изменить только одно слово в письме — вместо «признаем» я попросил, чтобы он написал «поддерживаем». Когда американцы сказали «нет», мы поняли, что  в любом случае это все дорого нам обойдется».

Те, кто знаком с последующими событиями, знают, что через две недели после референдума (в котором около 93% избирателей выбрали «да» для независимости Курдистана), Багдад воспользовался фактическим американским зеленым светом и переместил иракскую армию и Хашд. Ополченцы последней  окружили  Пешмерга в Киркуке. Некоторые лидеры Патриотического союза Курдистана (ПСК), видимо, прогнулись под давлением и угрозами со стороны иранского генерала Касема Сулеймани и приказали своим Пешмерга покинуть свои позиции вокруг Киркука, после чего Пешмерга ДПК вынуждены были последовать их примеру, чтобы не оказаться в окружении.

Относительно этого бедствия г-н Барзани сказал: «После событий 16 октября в Киркуке 18 октября посол США позвонил мне и сказал:« Сегодня не то, что вчера, вам нужно изменить свою политику». Затем иракская армия и Хашд аш-Шааби продолжали наступать на нас [после Киркука], в Пирде и других областях, и мы уничтожили их, уничтожили их танки Абрамс M1A — танки, которые должны были использоваться против ДАИШ, но вместо этого были направлены против нас. После Пирде, после того как мы уничтожили их танки и остановили их наступление, 20 октября мы перезвонили американскому послу и сказали ему: «Вчера не так, как сегодня или завтра». Война была не нашим выбором, а Багдад и Хашд аш—Шааби обнаружил в те дни, что для них это тоже не выбор».

Во всем том, что произошло, возможно, был урок для всех сторон. ДПК сегодня, после моих бесед с несколькими лидерами и стратегами в последние несколько дней, как представляется, остро осознает необходимость большего единства и лучшего управления в иракском Курдистане. Это включает в себя необходимость объединения Пешмерга. В то же время обе ведущие партии в Курдистане и новый премьер-министр в Багдаде (Адиль Абдул-Махди), похоже, обрели определенную волю к тому, чтобы попытаться сотрудничать, а не позволять всему так сильно обостряться.

Наконец, американские дипломаты и политические деятели, хотя и продолжают испытывать беспокойство в связи с импульсивным заявлением президента Трампа о выходе из Сирии, по-видимому, стремятся избежать ошибок прошлого. Это может быть причиной того, что г-н Трамп дезавуировал свое заявление на этой неделе, в то время как советник по национальной безопасности Джон Болтон, внезапно обусловил уход США из Сирии как полным разгромом остатков ДАИШ, так и гарантиями Турции в том, что она не будет преследовать курдских бойцов-союзников США.  Такие заверения со стороны Турции, конечно, не будут получены, но публично заявленная позиция США в отношении нападений на курдских союзников представляет собой долгожданное изменение.

Дэвид Романо  Rudaw    Перевод  RiaTaza.com

Об авторе

Neo

Похожие записи

1 комментарий

  1. Aza Avdali

    Всего лишь хотела сказать о безграничном уважении к личности и к роли президента Барзани, лидера всех без исключения курдов. Сегодня нет ему равных и он уже вошёл в историю как вождь, как миротворец, как великая фигура в курдском мире и на всём Ближнем Востоке. Эйфория после курдского референдума никуда не делась, она в наших эмоциях и ожиданиях, наших распрямлевшихся спинах, нашем бесконечном уважении к себе самому и ко всему нашему народу. Референдум стал триумфом нашего единения и он был таким громким, ошеломительным, осязаемым, что все, кто что-то там мычали, несли всякую ахинею были так нелепы и смешны, что никак, ну никак не могли осквернить этого счастливого порыва от общей сплочённости нашего народа.И сегодня все эти чувства никуда не делись и всё, что происходило в те памятные сентябрьские дни 2017 было посланием курдов всему миру, как доброму, так и настороженному, злому и всем врагам, интригагнам, алчным предателям провокаторам всех мастей. Байки, мифы об отсутствии у нас единства исходят только от зубоскалов, фальшивых патриотов, испивших водицы в гнилой луже левацкого бреда, продавшихся за грош, пустые амбиции, страшные заблуждения и от совершеннейших тугодумов.

Комментирование закрыты.