"Очень трудно найти народ,

который на своей национальной

территории жил бы так долго..."

М.С.Лазарев о курдах

 

Аналитики об отношениях Турция-Курдистан год спустя после референдума

Аналитики об отношениях Турция-Курдистан год спустя после референдума

Спустя более чем год после референдума в Иракском Курдистане по вопросу об обретении независимости,  между Анкарой и Эрбилем сохраняются  хорошие отношения, особенно на экономическом фронте. Однако аналитики ожидают, что политические отношения вряд ли снова станут такими же близкими , как и до референдума.

«Учитывая нынешний экономический кризис, возобновление тесных экономических отношений с иракским Курдистаном, какими они были  до референдума, будет позитивно для  Турции, — считает Мутлу  Чивироглу, аналитик по сирийским и курдским вопросам. – Но я не думаю, что политически отношения Турции будут такими, какими они были раньше, особенно с Демократической партией Курдистана Масуда Барзани (ДПК)». Аналитик добавил, что экономически Турция хотела бы воспользоваться преимуществами региона. Многие турецкие компании очень активны в Курдистане, особенно в западных районах региона, где преобладает  влияние  ДПК. В какой-то мере это продолжается и, вероятно, будет продолжаться и даже усилиться, поскольку регион Курдистана слишком важен для экономики, чтобы Турция проигнорировала или упустила этот фактор.

Экономические связи между Региональным правительством Курдистана (КРГ) и Турцией продолжались в течение всех напряженных месяцев после референдума. Хотя Анкара решительно осудила  региональное правительство за референдум, она никогда не закрывала свои пограничные переходы с целью блокирования региона, что сделал, например, Иран, начиная  с сентября 2017 года по январь 2018 года.

Джоэл Уинг,  эксперт-страновед  и автор книги «Размышления об Ираке», считает, что Анкара и Эрбиль  «настроены отремонтировать свои отношения» через год после того, как во время референдума они стали напряженными».

«Хотя президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган рассердился на референдум, он не ввел так много санкций в отношении Курдистана, как он мог бы», — говорит Уинг –Учитывая все это, что вполне естественно, что  Турция и Курдистан вернуться, в конечном итоге, к прежним отношениям».

В настоящее время экономические связи между КРГ и Турцией по-прежнему очень значительны. Проправительственная газета Daily Sabah в Турции сообщила в этом месяце, что Турция «реализует львиную долю инфраструктурных проектов в северном Ираке».

Турция и региональное правительство также договорились открыть новый международный пограничный переход между двумя странами, и первый с курдской провинцией Эрбиль, где расположена столица автономии.

«Две недели назад в иракском курдском пограничном городе Заху турецкой компанией был построен подземный тоннель, — сказал Чивироглу. —  Региональный премьер-министр Иракского Курдистана Нечирван Барзани очень заинтересован в улучшении отношений и открытых дверях в регион  для турецких компаний,  работающих в строительстве и других сферах. В результате мы можем видеть продолжение экономических отношений и, возможно, даже улучшение отношений в целом».

 Джоэль Уинг также согласен с тем, что Курдистан является  важным экономическим партнером, которого Турция не хотела бы терять. Также для Турции ДПК, преобладающая курдская партия в провинциях  Эрбиль и Дохук, остается важным союзником в Ираке и мостом для контактов с другими курдскими группами в регионе, считает этот аналитик.

«Для ДПК крайне важно поддерживать этот союз, поскольку Курдистан экономически зависит от своего северного соседа в экспорте нефти, торговле и инвестициях», — говорит  Уинг. Референдум был скорее отдельным дорожным происшествием, чем прочным разрывом между союзниками».

Билал Вахаб, научный сотрудник в аналитическом центре Washington Institute, где он  занимается проблемами Курдистана, также предвидит улучшение  турецко-курдских отношений , но не считает, что они вернутся к уровню, существовавшему до референдума.

«Турецко-иракские отношения в целом  в области экономики и безопасности улучшаются, что позволяет Турции быть менее зависимой от регионального правительства», — сказал Вахаб .

Вахаб также скептически относится к тому, что экономические отношения вернутся на предреферендумные высоты, поскольку Курдистан больше не является эксклюзивным рынком  в Ираке для турецких инвесторов.

Вскоре после курдского референдума ультраконсервативная пресса Турции сообщила, что Анкара рассматривает возможность открытия нового пограничного перехода возле деревни Овакёй, где встречаются границы Турции, Ирака и Сирии, чтобы обойти и экономически изолировать Курдистан, и напрямую связаться с Ираком.

Анкара изучает возможность открытия погранпункта  в этом месте и сегодня. С учетом того, что напряженность в  отношениях значительно снизилась с прошлого года, гораздо менее вероятно, что Турция сейчас пытается изолировать Курдистан экономически. Скорее, она пытается уменьшить свою  зависимость от этого автономного региона  торговлей с остальной частью Ирака. В настоящее время неясно, действительно ли это будет реализовано  в ближайшее время, поскольку  региональное правительство все еще контролирует всю границу Ирака с Турцией.

Чивироглу не видит в ближайшее время военных и политических отношений между Анкарой и Эрбилем.

«В Турции были призывы провести больше операций против баз РПК (Рабочей партии Курдистана) в иракском Курдистане», — сказал он. Это может привести к тому, что Турция попытается заставить ДПК  помочь им в такой операции. Хотя это вряд ли будет возможно в ближайшем будущем, поскольку курды более осторожны, чтобы втягиваться в противостояние с РПК».

Еще одним серьезным препятствием на пути восстановления отношений между Турцией и Курдистаном до прежнего  уровня стало политическая реакция на референдум и резкие слова Эрдогана, которые использовались против президента Курдистана Масуда Барзани.

«Референдум в мышлении турецких лидеров был предательством Барзани и иракских курдов в целом, поэтому, возможно, политические отношения никогда не будут такими же хорошими, как прежде», — сказал Чивироглу.  — Но я думаю, что по сравнению с турецкими и сирийскими курдами  к иракским курдам отношение по прежнему лучше».

Конечно, по сравнению с РПК и другими курдскими группами, против которых действует Анкара, отношение к ДПК всегда будет более благоприятным и экономические связи, вероятнее всего, продолжатся.

Отношения между Турцией и ДПК также гораздо более сердечны, чем отношения между Анкарой и партией Патриотический союз Курдистана (ПСК), самой влиятельной  в  регионе  после ДПК.

В августе 2017 года Анкара изгнала представителей ПСК из Турции после того, как РПК похитили агентов турецкой разведки в провинции Сулеймания, главном оплоте ПСК в Иракском Курдистане. Кроме того, в то время как Турция открыла свое воздушное сообщение  с международным аэропортом Эрбиля, после того, как Багдад снял запрет на полеты, она еще не сделала  того же самого для международного аэропорта Сулеймании.

«КРГ  не едино как когда-то, из-за позиции ПСК  по отношению к РПК не совпадающей с позицией ДПК, —  говорит Вахаб.-  Вот почему Турция запрещает своим авиакомпаниям  летать в Сулtйманию».

 Также и Чивироглу считает, что отказ Турции возобновить  воздушное сообщение с  Сулейманией,  является «показателем турецкого гнева и неудовольствия к ПСК».

Он говорит, что «теплые отношения ПСК с Рожавой (Сирийский Курдистан)  турецкой Демократической партией народов, и в целом с PПК, делает ПСК менее благоприятным для Турции».

Но теперь, когда Ирак работает над созданием нового правительства, в котором был достигнут консенсус «о назначении премьер-министра, спикера парламента и президента Бархама Салиха, в Багдаде наблюдается некоторый постепенный оптимизм», —  добавил  он.

В свете этих событий Чивироглу не считает, что Анкара будет пытаться быть спойлером, но вместо этого может попытаться использовать эти изменения в своих интересах, особенно Бархама Салиха, ставшего президентом».

Анкара также может «использовать эти наработки для восстановления отношений с Ираком в целом и с регионом Курдистана, в частности с Сулейманией,  страдающей от закрытия Турции своего воздушного пространства», — сказал Чивироглу.

Анкара тепло приветствовала  избрание  Салиха, давнего члена ПСК, иракским президентом. Илнур Чевик, советник Эрдогана, назвал Салиха хорошим союзником Турции.

«Д-р Бархам всегда понимал  важность Турции и ценил  дружбу Анкары. Теперь у нас есть хороший союзник в Багдаде, как и Мам Джалал (Талабани) в свое время », — написал Чевик в недавней статье. Такие настроения могут означать, что отношения между Анкарой и ПСК будут восстановлены в обозримом будущем.

Вахаб же  считает, что, хотя «оттаивание» замороженных отношений между Анкарой и ПСК «станет возможностью для президента Салиха», он также утверждает, что «более существенные факторы для расчета отношений с ПСК  — это его связи с РПК и соперничество  с ДПК, которое усилившееся  начиная с референдума, и продолжившиеся  в последнее время на выборах президента Ирака». ДПК стремилась  продвинуть своего кандидата, Фуада Хусейна, в качестве следующего президента Ирака, должность, традиционно зарезервированную для ПСК, но проиграла  Салиху.

В то время как отношения Турции с иракским Курдистаном успешно пережили худший кризис с момента их  возникновения десять лет назад,  еще предстоит пройти много путей, прежде чем они полностью нормализуются.

Подготовил Пол Иддон      Ahval              Перевод   RiaTaza.com

Об авторе

Neo

Похожие записи