"Мечтой каждого курда с рождения и до самой его смерти -

является независимый Курдистан"

Масуд Барзани

 

«Мы не отказывались и не отказываемся от достижения независимости»

«Мы не отказывались и не отказываемся от достижения независимости»

Интервью сотрудника Регионального правительства Курдистана в РФ Данара Мустафы Абубакира порталу RiaTaza

 Данар, расскажите пожалуйста, чем занимается представительство Регионального правительства Курдистана в Российской Федерации, каковы его функции и полномочия?

 Представительство Регионального правительства Курдистана не является дипломатическим учреждением. Поскольку Курдистан на данный момент не является независимым государством, мы не можем открыть наше посольство и поэтому мы формально работаем  в статусе представительства. Представительство Курдистана в Москве открылось в 2013 году. Мы работаем в сферах дипломатии, экономики, культуры и, конечно же, работаем со своими гражданами в России, прежде всего, со студентами. Правительство РФ ежегодно выделяет 40 мест в российских вузах для студентов из Курдистана. Студенты приезжают сюда, живут в России и, если у них возникают какие-либо проблемы, мы им помогаем. Наше представительство аккредитовано только на территории РФ, однако, по решению департамента внешних связей Курдистана, в случае возникновения проблем у наших соотечественников, проживающих в других странах-республиках бывшего СССР, мы имеем права и полномочия оказать им помощь.

 Мне трудно назвать общую численность граждан Курдистана, находящихся в данный момент на территории РФ. Это- приблизительно 150-200 студентов и около 150 человек проживающих здесь семей, то есть, всего около 300 человек может быть.

Давайте теперь из Москвы перенесемся в Курдистан. Сегодня все, в том числе и сами курды, понимают, что основным препятствием на пути дальнейшего продвижения Курдистана к независимости и развития курдского народа, является недостаточная внутриполитическая консолидация. Две ведущие политические силы Курдистана – ДПК и ПСК чаше конфликтуют, чем сотрудничают. В чем различия между этими партиями в области идеологии, стратегии и тактики. Возможен ли более менее прочный альянс между ними?

Да, ДПК и ПСК на сегодняшний день – это две ведущие политические силы Курдистана. Ключевой особенностью идеологии ДПК является ставка на создание независимого государства курдов. Это было мечтой основателя партии Моллы Мустафы Барзани, за это партия боролась и продолжает бороться, и также достижение независимости прямо записано в ее программе.

 Говоря о ПСК, следует отметить, что среди его членов есть те, кто желают независимости Курдистана. Но есть и такие, которые этой независимости не хотят. Они считают, что курдам лучше оставаться в составе Ирака. Таких людей не обязательно большинство, но именно в их руках влияние на политическую и экономическую жизнь партии. Именно они сыграли свою драматическую роль в октябрьских событиях в Киркуке.

 ПСК считает себя  социалистической партией европейского типа, она входит в Социалистический интернационал. ДПК же идентифицирует себя, в первую очередь, с национальной душой курдского народа, позиционирует себя как выразитель его общенациональных интересов. И те, курды, кто поддерживает независимое государство, поддерживают ДПК.

А что Вы можете сказать о такой политической силе, как «Движение за перемены» (Горран). Играет ли она роль реформатора «застойной» политической системы Курдистана, или выполняет «провокативную» функцию?

 С тех пор как в 2011 году образовалась «Горран» я не видел ни одного позитивного для курдского дела действия со стороны этой партии. Когда шли войны, ни один функционер «Горран» так и не оказался на фронте. При этом на гребне войны, представители партии продолжали резкую критику президента Барзани и его политики, что, по определению, недопустимо в столь чрезвычайной ситуации, так как служит ослаблению внутринационального единства. А «Горран» на пике войны с ДАИШ организовало антиправительственные демонстрации в Сулеймании. На их совести – паралич парламента. Они, на мой взгляд,  должны определиться, является ли «Горран» силой, поддерживающей власть, либо находится к ней в жесткой оппозиции. В зависимости от их конъюнктурных сию минутных интересов, они оказываются ближе то к одной, то к другой позиции. Несмотря на все это провительство Курдистана на сегодняшний день   делает все возможное чтобы Горран  и их ни министры вернулись в провительство. После октябрьских событии в Киркуке провительство Курдистана главный акцент и фокус делает на единство населения Курдистана  и преодоление политического кризиса  между партиям. Надеюсь сейчас Горран понимает какая угроза нависла для нового и будущиего поколения Курдистана со стороны врагов.

Какое влияние оказывает «фактор РПК» на внутриполитическую ситуацию в «Южном Курдистане»?

РПК – это тоже курдская партия, но в основном ее сфера активности находится в турецком Курдистане. Сейчас в Курдистане, да и в Ираке в целом несколько иная ситуация, связанная с частичной потерей суверенитета иракским государством в целом.

В условиях войны с ДАИШ(запрещена в России) подразделения РПК также вступили  на территорию Ирака для оказания помощи в борьбе с террористами. И они реально помогли, например, в Шангале. Но теперь, когда война закончилась, подразделения РПК должны вернутся в места своего прежнего расположения. Почему? Дело в том, что РПК – враги Турции, враги США. В любой момент их конфликт с этими силами может возобновиться и тогда пострадает гражданское население на иракских территориях, в том же Шангале. Что касается влияния РПК в Южном Курдистане. Оно прослеживается в том же Шангале, а также в провинции Сулеймания. Я должен откровенно сказать: между контролирующим эту провинцию ПСК и РПК связи были и остаются. Они сами говорят об этом, секретов нет. РПК здесь имеет большое влияние на часть народа, особенно в районах Каладзе,  Калар и Гармян, в чем-то даже большее, чем ПСК. Как я слышал. Есть контакты и ДПК с РПК, но они очень ограничены и носят, скажем так, сугубо технический характер.

 Говоря о Востоке вообще, и, особенно, о Востоке Ближнем, нельзя не упомянуть роль религии, в частности, ислама. Каково влияние религиозного, исламского фактора в Курдистане вообще и на нынешнюю политическую ситуацию в частности?

  Для понимания этого вопроса надо вернуться в историю. В 1514 году имело место противостояние между суннитской Османской империей и Персидской империей,  возглавляемой шиитской династией Севфевидов. Часть курдов была на стороне Турции, часть Ирана. Потом империи договорились между собой, Курдистан разделился на две части, и курдский народ оказался разрезанным внутримусульманским расколом на суннитов и шиитов. Сейчас во многом история повторяется. То, что на Ближнем Востоке сегодня идет религиозная война это очевидно. К сожалению, часть курдов вновь тяготеет к Ирану, хотя сами они часто и не являются шиитами по вероисповеданию. Что касается ДПК в этой ситуации, то для нее главное-общенациональные интересы курдов и Курдистана, вне зависимости от религиозного фактора. Правительство Курдистана очень активно работает чтобы этот раскол не произошел сегодня.

Какова реальная роль религии в жизни современного курдского общества?  Можно сказать, что она уменьшилась по сравнению с 90-мы и 00-ми годами. Тогда во всех городах и селениях активно и при участии государства строились мечети, при них создавались религиозные школы- медресе. Сейчас, особенно после войны с ДАИШ, влияние религии пошло на убыль, как в городах, так и в сельской местности. Конечно, оно остается, но значительно меньше. Например, три исламские партии Курдистана совместно собирают не более 11-12% голосов избирателей, хотя раньше собирали больше до 17%. Этому также способствует рост образованности среди курдов, развитие информационных технологий, причем не только в городах, но и в сельской местности. Сейчас можно отметить такую тенденцию, как переход религиозной практики в сугубо личную сферу. Многие читают намаз дома, а не в мечетях и не связывают свою религиозность с политической или общественной активностью.

 Как Вам видится, дальнейшая динамика развития событий у курдов и в Курдистане с учетом прошедшего референдума и событий за ним последовавших?

 По поводу референдума. Мы заявляли давно, что цель референдума – независимость, однако она не будет провозглашена сразу после него, на это потребуется еще год-два. Мы, в принципе, предвидели то, что произошло после референдумов. Голосование, в конечном итоге, стало поводом для  Ирака и Ирана вмешаться во внутренние дела Курдистана.  Поэтому в данный момент правительство Курдистана заявило о «заморозке» результатов референдума. Сейчас  Багдад требует  аннулирования результатов референдума, но по идее и даже по закону никто не может аннулировать их. Возможно только еще один   референдум может это сделать. Сейчас в отношениях между Багдадом и Эрбилем есть более насущные проблемы, которые и должны стать предметом переговоров.

 Увы. Но идеология отношения к курдам со стороны Багдада остается неизменной со времен монархии, республики и баасистского режима Саддама Хуссейна. Да, возможно, против курдов нынешнее правительство не применит химического оружия, не устроит в их отношении тотальный геноцид. Но оно явно пытается задушить самостоятельность Курдистана экономически, через урезание полагающейся региону доли из бюджета, либо просто ее невыплаты. Это тоже геноцид, только экономическими методами. Еще Багдад через контроль над границами и таможенными постами будет пытаться контролировать поступление в наш регион различных товаров, в том числе и продовольствия. В этой связи резко возрастает риск поступления в Курдистан, мягко говоря, не очень качественных продуктов.

 Но, несмотря на все это, мы не отказывались и не отказываемся от достижения независимости. Другое дело, что этот процесс станет несколько растянутым во времени.

На какой стадии в данный момент находится механизм запуска переговоров между Багдадом и Эрбилем?

Для нас главное сейчас – это преодоление внутрипартийных разногласий. Второй по значимости вопрос – выплата зарплат бюджетникам. Мы поняли, что в этом вопросе на Багдад надеяться не приходится, и производим эти выплаты за счет продаж курдистанской нефти, без каких-либо отчислений в федеральный бюджет. Третье – необходимо не допустить повторения прежнего раскола на «Эрбиль» и «Сулейманию», на «зеленую» и «желтую» зоны. Наконец следует пересмотреть наши отношения с зарубежными странами.  Должен отметить, это мое личное мнение, что позиция США на Ближнем Востоке невнятная, и это не только по курдскому вопросу, где нынешняя админисрация США продолжает, по сути, политику Обамы. У США ярко выражена позиция только по вопросу ДАИШ и Ирана.

Все это подводит Курдистан к необходимости пересмотреть свои отношения с зарубежными странами. Эрбилю, видимо, придется выдвинуть более жесткие условия, на которых зарубежные страны смогут реализовывать свои интересы в регионе. Но это мое личное мнение. Так же нам следует использовать потенциал значительной курдской диаспоры в США и странах Запада.

Говоря о соседних странах, должен сказать, что мы стремимся наладить хорошие отношения с Ираном, Турцией и Сирией. Нас удивила позиция Анкары по референдуму, учитывая наши давние и прочные связи, прежде всего, в экономической сфере. Товарооборот между Турцией и Курдистаном 10 млрд долларов. Скорее всего на Турцию «надавил» Иран, либо США как союзник по НАТО. А с  Ираном, как с соседней страной, нам при любых обстоятельствах нужны тесные связи. Мы заинтересованы в Иране, равно как и Иран заинтересован в нас. В Тегеране должны, наконец, понять, что провозглашение независимости Южным Курдистаном, никак не скажется на безопасности и территориальной целостности Ирана.

 А если говорить об отношениях с Россией? Есть ли какие-нибудь подвижки в позиции Москвы по курдскому вопросу после референдума. Что Вы можете в целом сказать о перспективах российско-курдских отношений?

 Мы активно обсуждаем возможности развития отношений с Россией. Москва в последние месяцы заняла очень аккуратную позицию по референдуму, не выступив против национальных чаянии курдов. Конечно, у России, как великой державы есть  свои геополитические и геоэкономические интересы в Ираке,  Иране, Турции. Но для нас главное, что Россия не была против референдума о независимости. Если бы в таком духе высказались также США и Великобритания, то сейчас ситуация была бы совсем иной.

 С Россией для нас важны экономические отношения, причем не только в нефтегазовой сфере. Курдистан заинтересован в закупках в России древесины, зерна и зернобобовых культур, скота и мяса. Сейчас мы тоже покупаем российские продукты, но через Турцию или Иран а, значит, втридорога. Необходимо развивать прямую двустороннюю торговлю. В данный момент этому мешает транспортная блокада Курдистана, но она не вечна и нам следует уже сейчас более активно строить мост двустороннего и многоаспектного сотрудничества между Россией и Курдистаном.

 

Comments

comments

Об авторе

Данар Мустафа Абубакир

Администратор офиса представительства Курдистана в РФ / Аспирант кафедры политических наук, факультета
гуманитарных и социальных наук Российского университета дружбы народов

Похожие записи

Комментариев 2

  1. Мураз Аджоев

    Сотрудникам представительств Региона Курдистан за рубежом, в частности в России, не следует «прикрывать и приукрашивать» правду. Правда должна быть естественно голой, чтобы приблизиться к истине. Ответ на вопрос о «факторе РПК», мягко говоря, совсем не соответствует правде и очень далёк от истины.

    Ответить
    1. Aza Avdali

      Прочитала интервью, со многим согласилась, но и в очередной, бесконечсный раз подумала о том, как тяжело стыкуются разные восприятия окружающего мира и приверженность правде, не замутнённой традицией и тяжеловесной манерой восточного этикета или чего-то гораздо более неприемлемого. Кажется, всё это вместе взятое называется менталитетом, что есть некая интегральная характеристика, явление умственного порядка или что-то гораздо более сложное. Чёрт возьми, а всего-то ведь надо называть вещи своими именами. Но не просто это, да и не принято это в восточной, такой витиеватой культуре, в сложной всегда балансирующей фактуре. Это тоже одна из причин общекурдских неразрешённых по сию пору проблем. По мне, так это банальная фальшивость, приверженность стереотипам, искажение реальности, которые лично у меня вызывают отторжение. Я всего лишь выразила своё умонастроение, понимаю, что многие это никак не воспримут, а может и не поймут, о чём речь.

      Ответить

Написать ответ

You have to agree to the comment policy.