РЕЗУЛЬТАТЫ КУРДСКОГО РЕФЕРЕНДУМА -

В ЖИЗНЬ!

 

Президент Ирака Фуад Масум: Позиция соседних стран по референдуму в Курдистане для нас наиболее важна

Президент Ирака Фуад Масум: Позиция соседних стран по референдуму в Курдистане для нас наиболее важна

Как изменилась ситуация в Ираке с тех пор, как Вы стали президентом, а Хайдер аль-Абади премьер-министром?

Нельзя сказать, что ситуация либо однозначно улучшилась, либо столь же однозначно ухудшилась. Появились некоторые новые проблемы. Ухудшилась ситуация с государственными доходами. Упали цены на нефть, а военные действия активизировались. Вдобавок ко всему появились трения между политическими партиями. Мы получили власть на фоне малоприятной ситуации, которую нелегко разрешить, ведь необходимо противостоять войне.

Первый значимый шаг был сделан, после того как федеральное правительство Ирака и региональное правительство Курдистана договорились о сотрудничестве. Небесполезными были и попытки привлечь другие страны к сотрудничеству с нами. Проведена значительная работа и ситуация по многим аспектам улучшилась. Да и нефтяные цены пошли вверх. Многое так же вселяет надежду на то, что пресловутой ДАИШ(запрещена в России) скоро придет конец. Так же и политические партии пришли к мнению, что не следует участвовать в выборах на основании взаимных конфликтов.

 

Многие считают, что шиитское ополчение «Хашд аш-Шааби» само по себе представляет значительную опасность, вторую по значимости после ДАИШ. Даже такой влиятельный шиитский лидер, как Муктада ас- Садр, признал, что внутри «Хашд» имеются криминальные элементы, и поэтому они не могут участвовать в предстоящих парламентских выборах. Что Вы об этом думаете?

 Отряды «Хашд аш-Шааби» были сформированы в тот момент, когда значительная часть Ирака находилась под угрозой захвата ДАИШ. Понятно, что в такой ситуации граждане попросили дать им в руки оружие. И подобный призыв, поступивший в то время от духовных лидеров шиитов был вполне правомерен. Но в наши дни ситуация меняется. Число ополченцев «Хашд» определено законом в 40 тыс. человек. Среди них есть те, кто подозревается в похищении людей. Вот почему граждане однозначно против участия «Хашд» в выборах.

 На предстоящих парламентских выборах не будет партии, выступающей под названием «Хашд аш-Шааби». Всего в них примет участие около 60 партий и политических организаций, зарегистрированных иракским центризбиркомом. Сейчас регистрация закрыта. Некоторые люди из шиитского ополчения зарегистрировали свою партию, однако это не есть собственно «Хашд». И такое положение вещей вполне нормально.

Многие видят в «Хашд аш-Шааби» угрозу Курдистану и, прежде всего, т.н. «спорным территориям». Действительно ли ополчение может представить собой в будущем угрозу?

 На курдов в их истории нападали много раз. Вот почему они постоянно готовы ко встрече с опасностью и угрозой. Однако для нынешней ситуации с самого начала существуют определенные договоренности. Например, есть договоренность о том, что Пешмерга и «Хашд» не войдут непосредственно в Мосул с тем, чтобы избежать этнических и религиозных проблем. Курдские отряды могут взять под защиту районы проживания курдов, если они могут осуществить такую защиту. Другие участники мосульской кампании не могут вторгаться в эту сферу ответственности курдов.

Как Иран себя ведет с Ираком – как со страной-соседом, или как с зоной своего влияния?

У Ирана есть  своя собственная политика, равно как  и у Ирака. Отношения между двумя странами широки и глубоки, но это не означает, что мы являемся проводниками иранской политики и поддерживаем все, что скажут в Тегеране. Я много раз встречался с американцами здесь и за океаном и постоянно повторял, что мы не смотрим на США и другие страны глазами Ирана, а на Иран – глазами США. У нас свои собственные отношения с Ираном при том, что Ираку необходимо поддерживать свой независимый статус. Мы совсем не хотим становиться частью политики какой-либо страны в нашем регионе.

Оказывалось ли на Вас, либо на премьера аль-Абади какое-либо давление в силу влияния Ирана?

Нет, ничего подобного не было. Например, когда я принял решение о смене премьера, никто не приходил ко мне и не говорил, что мы хотим видеть на этом посту такого-то и не хотим другого. Есть, конечно, отношения, определяемых такого рода влиянием на уровне политических партий, но это уже совсем другой вопрос.

В 2014 году возникли проблемы между Курдистаном и Ираком из-за того, что Багдад урезал бюджетные ассигнования Эрбилю. Предпринимались ли какие-нибудь инициативы по решению этого вопроса?

 Мы многое пытались сделать. Урезание бюджета представляет собой значительную проблему, особенно для тех, кто живет на зарплату. В правительстве говорят, что доходы от продаж нефти принадлежат всему иракскому народу. Это означает, что доходы эти сначала попадают в общенациональную казну и уже оттуда они распределяются. Вот почему решение этого вопроса постоянно откладывается. Предпринималось несколько попыток договориться, министр нефти Адиль Абдулмахди несколько раз для этого уезжал в Курдистан.  Он очень старался, но к соглашению мы так и не пришли.

Вы сказали, что сначала доходы поступают в государственную казну. Что имеется в виду под этим? Можно ли обвинить Курдистан в том, что он виноват в появлении такой проблемы?

Корень проблемы лежит в объеме властных полномочий, требуемых каждой стороной. Курдистан желает больше полномочий, чем он имеет сейчас, а Багдад желает контролировать так же и те полномочия, что Эрбиль уже имеет.

Утверждается, что половина иракских резервов наличности используется для выплат заработной платы. Вы никогда не обсуждали с премьером аль-Абади возможность передачи этих резервов непосредcтвенно в Курдистан?

Мы постоянно обсуждаем этот вопрос. Сейчас ситуация достигла рубежа, когда каждая из двух сторон может самостоятельно решать этот вопрос. Вы заметили, что Ирак сейчас тоже активно не высказывается по действиям Курдистана в этой сфере. Это своего рода внешнее выражения существующего иракско-курдского сотрудничества, которое, как я надеюсь, продолжится.

Как, по Вашему, Курдистан объявит о независимости, либо достигнет нового соглашения с Багдадом?

 Вопрос о независимости – это не только вопрос о референдуме. Есть еще ряд моментов, которые необходимо принять во внимание. Заметно, что соседние страны не поддерживают проведение референдума.

Но многие официальные лица в Курдистане, особенно связанные с ДПК, утверждают, что во многих странах они получили своеобразный карт-бланш на проведение референдума.

Возможно, но позиция соседей по региону для нас более важна.

Вы не думаете, что можете оказаться последним курдом на посту президента Ирака?

Это зависит от результатов будущих выборов. Не обязательно изберут меня, президентом может стать и кто-то другой. Так же может измениться и ротация государственных постов по национальным  и религиозным общинам. Например. Курды могут возглавить парламент, а президентское кресло может быть передано представителю какой-либо другой общины.

Примут ли курды участие в предстоящих парламентских выборах?

Думаю, что да. Если они не примут участия в выборах и не предпримут иных шагов по укреплению сотрудничества с федеральной властью, то это откроет путь для вмешательства в дела Ирака соседей по региону.

Rudaw.net                                                 Перевод     RiaTaza.com

 

 

 

 

 

 

Comments

comments

Об авторе

Neo

Похожие записи