До референдума о

Независимости Курдистана

осталось:

Вы за независимость Курдистана?

Загрузка ... Загрузка ...

Британская журналистка и эксперт: Как РПК расправлялась с «отступниками»

Британская журналистка и эксперт: Как РПК расправлялась с «отступниками»

Серокоричневые, покрытые свежим снегом холмы Таслуджа, окружающие Сулейманию смотрят словно немые свидетели за эвакуатором, перевозящим разбитые и взорванные автомобили на специальную стоянку. Среди них- маленький белый «Дэу» ставший грудой резины и металла. Крыша авто, снесенная взрывом, лежит позади останков машины, которую оттаскивают на специальную площадку на территории службы безопасности Патриотического союза Курдистана.

Я вижу лежащую в грязи куртку Кани, осыпанную осколками от ветрового стекла. Его кроссовок, давящий на педаль акселератора уже начинает плавиться. Что-то осталось от пассажирских сидений. Сердар Кая (Сабри Тори) сгорел в огне, убившем его друга. Но бензобак цел, поскольку бомба была заложена под сиденьем водителя.

 Причиной взрыва не была неисправность в бензобаке, как первоначально заявил СМИ представитель ПСК. Специализированная пиротехническая лаборатория Analytichem ( Великобритания), в свое время подтвердившая использование химического оружия в Халабдже, обнаружила наличие взрывчатого вещества  С-4 (взрывчатое вещество на основе гексогена, разработанное еще в 60-х как улучшенный вариант пластинчатой взрывной смеси, применявшейся во Второй мировой войне – RiaTaza) на обуви жертв и поверхности почвы.  Фейковые источники РПК в сети попытались опровергнуть эти выводы, ссылаясь на неких «экспертов ЦРУ». Но все дело в том, что тогда на месте происшествия никаких экспертов ЦРУ не было. А заключение пиротехнической лаборатории я получила спустя неделю после убийства. Кроме того мне удалось поговорить с ключевыми свидетелями в лагере партии PWD «Сейед Сидик» близ Сулеймании, экспертом-пиротехником, вышедшим из РПК и Низаметтином Ташом, а также главой разведки ПСК.

 Через два дня  Кани должен был получить в посольстве Германии в Багдаде документы, необходимые для возвращения в Европу. Целых два года потребовалось властям Германии, чтобы подтвердить его статус беженца.

Римский период и 6-ой конгресс «Конгра Гал» (январь-февраль 1999).

Кани покинул Европу по предписанию Оджалана, когда лидер РПК еще находился там в поисках политического убежища. Я была допущена на виллу Оджалана близ Рима и имела с ним приватную беседу. Оджалан всегда симпатизировал мне, поскольку я была с ним откровенной и ничего не боялась. Кроме того, я никак не была связана с РПК. Однажды я решила поговорить с Оджаланом о популярности Кани в Европе в то время, когда он находился в тюрьме особого режима «Бельмарш» близ Лондона в качестве заключенного категории «А» (особо охраняемый) вместе с несколькими боевиками Ирландской республиканской армии.

Когда мы первый раз встретились в Лондоне в 1994 году Кани был представителем ERNK. Он проводил совещание в курдском общинном центре за несколько дней до того, как был арестован по запросу Германии на выходе из лондонского метро, по пути в парламент, где у него было намечено выступление. Шокированная таким беспределом, я подключила к делу команду британских и германских юристов, опасаясь того, что после экстрадиции в Германию он будет выдан Турции. В результате этих усилий, предпринимавшихся четыре года, Кани был освобожден 11 февраля 1998. При этом недоброжелатели в РПК делали все, чтобы посеять раздоры между ним и Оджаланом, сделав, таким образом, положение Кани затруднительным.

Мой контакт с Оджаланом в Риме был шестым с момента первой встречи в одном из тренировочных лагерей близ Дамаска зимой 1994 года. В ответ на прямо заданный мне вопрос, я сказала «Апо», что считаю лучшим для него оставаться в Европе и активно пропагандировать необходимость решения курдской проблемы в Турции. Присутствие Оджалана в европейской столице могло бы способствовать разъяснению широкой общественности курдской проблемы.

 Через неделю или чуть позже Оджалан велел Кани и Али Хайдар Кайтану отправиться на 6-й съезд в Кандиль. В это время Кани исполнял роль европейского координатора, хотя наши пути с ним в Риме так и не пересеклись. Эти два функционера РПК должны были доставить съезду послание Оджалана, в котором он уведомлял, что намерен остаться в Риме.  Итак, Кани и еще три функционера отправились в Хинере через Нахичевань (Азербайджан) и Иран.

 Это был период, когда Оджалана выслали из России, и он болезненно метался в поисках убежища где-нибудь за пределами Италии. Как известно, все это кончилось его арестом 15 февраля 1999 года в Кении и выдачей Турции. Кани же в это время остался в Кандиле, жестко, тем самым, опровергнув свою ответственность за ошибки лидера, стоивших последнему осуждения и заключения на острове Имрали. Решение «Конгра Гал»  о том, чтобы вернуться к насилию, вынудило Кани и ряд его сторонников  покинуть  6 июля 2004 года Кандиль и направится на контролируемую ПСК территорию провинции Сулеймания. Там они присоединились к ранее покинувшим РПК Осману Оджалану (Ферхат), Низаметтину Ташу (Ботан) и другим, в результате чего была основана Демократическая патриотическая партия Курдистана.

Начиная с февраля 2004 года, и до того момента, когда Кани решил покинуть  «Конгра Гал» он постоянно звонил мне, доверяя как старому другу еще со времен заключения в британской тюрьме. А после этого он также звонил и повторял, что опасается быть убитым или похищенным «Конгра Гал». От них так просто уйти нельзя. Контакты в последующие месяцы стали более регулярными. Он надиктовывал по телефону заявления для прессы, в которых объяснял причины ухода из Кандиля, а так же цели и задачи PWD.  Я переводила их на английский и затем они публиковались на сайте Kurdishmedia.com, считающегося независимым от всех курдских партий. Оригиналы всех этих документов на турецком и курдском языках можно посмотреть на сайте PWD www.pwdnerin.com.

В октябре 2004 года я отправилась в Курдистан для встречи с Кани, с которым не виделась с 1998 года, когда мы встречались на курдском фестивале в Нидерландах. А устав PWD был принят 21 октября 2004 года спустя десять с небольшим дней после гибели Сипана Рожхалата.

 Мученики PWD

 

Первым мартиролог PWD открыл известный ирано-курдский деятель Шапур Бадошивех (Сипан Рожхалат), убитый приблизительно 6-7 октября на шоссе Махмур- Мосул. Его вытащили из собственного автомобиля, а позднее тело было обнаружено на обочине дороги. Я в это время находилась с Кани в Сулеймании, когда нам позвонили и сообщили эту страшную новость.

Бывший заместитель председателя HADEP Хикмет Фидан, контактировавший с PWD из Турции и выступавший против возвращения РПК к вооруженной борьбе, был следующей жертвой, к которому, по сведениям РПК подослала наемного убийцу Серкана Шитилая в Диярбакыре. Это политическое убийство произошло пять месяцев спустя, после убийства Кани и Сабри, 6 июля 2005 года (внимание -ниже пишется, что убийство Кани и Сабри произошло 11 февраля 2006 года).Турецкая сторона лживо попыталась обвинить в этом PWD, но эта партия, с которой Фидан был очень близок, отвергла обвинения, чего не скажешь о ряде близких к Оджалану членах DTP. Вдова и сын Хикмета Фидана впоследствии рассказывали, что будущая жертва не раз получал угрозы со стороны РПК, одновременно подвергаясь прессингу со стороны группы членов DTP, во главе с Лейлой Зана и Орханом Доганом.

 Агент РПК убивает Кани Йылмаза и Сабри Тори

Кани Йылмаз и Сабри Тори погибли в субботу 11 февраля 2006 года в результате взрыва бомбы, заложенной под водительское кресло их автомобиля неким Вели Джатом ( кличка Нуман). Он заложил бомбу под водительское сидение машины Кани  Йылмаза, а сам сел сзади. Как только автомобиль свернул с шоссе № 60 в промзону близ города Ризгари,  «Нуман» попросил высадить его из машины, будто бы для посещения интернет-кафе. Через несколько минут раздался взрыв…

За день до этого Кани получил по телефону очередную порцию угроз и в этот момент направлялся в лагерь Сайид Садик, для того, чтобы предупредить о них товарищей по партии. Покушения планировались на очередную годовщину пленения Оджалана турками. Так же почти в полночь в пятницу он звонил и мне, рассказав об этих угрозах. Кани не мог предвидеть, что теперь главной мишенью стал он сам.

Главный подозреваемый Вели Джат(Нуман) бывший телохранитель Мурата Караыйлана не был опрошен о том, что он делал после того, как вышел из автомобиля. Разведслужба ПСК узнала, что до покушения у него были телефонные разговоры с неким членом РПК по имени Сердар, которого в PWD знают как члена боевого крыла РПК, военной разведки HPG. Скорее всего, это он обеспечил убийцу взрывным устройством.

Офис PWD в Европе через несколько дней после трагедии выпустил заявление, в котором, в частности, говорилось: «Террористическую группу, совершившую убийство, сформировала РПК. Вели Джат (кличка Нуман) из Хильван Урфа формально вышел из боевой спецкоманды РПК и якобы ушел в подполье. Затем он появился в лагере «Сейид Садик» близ Сулеймании, где провел приблизительно год. Непосредственно перед убийством некто «Сердар», связанный с военной разведкой РПК (HPG), возглавляемой Муратом Карайыланом.  Телефонные разговоры между участниками группы записаны и доступны…».

 Позднее, курдские разведывательные источники сообщили, что «Нуман» вернулся в Кандиль, несмотря на то, что вроде бы вышел из РПК.

 Публичного расследования не будет

 

 Я не встречалась ни с кем из  PWD целую неделю после убийства. Вернулась в Сулейманию через Эрбиль, чтобы осмотреть места этих трагических событий, собрать доказательства, наконец, надавить на ПСК, чтобы они провели хотя бы формальное расследование и сделали публичный доклад по его результатам. Салман, двоюродный брат Кани познакомил меня с людьми из PWD, бывшими наиболее близкими друзьями погибших. Я жила в осиротевшей спальне Кани, среди его немногочисленных одежды и личных вещей, среди которых был ноутбук,, который я оставила ему для работы над книгой. Это было счастье, что компьютер сохранился. Позднее, большую часть его одежды я вернула семье. Им было грустно, что от Кани осталось так мало – очки для ношения и чтения, разбитые в момент взрыва, пара ботинок, а также костюм, который он специально купил для запланированного через неделю возвращения в Европу. РПК не хотела этого возвращения, зная, какую популярность имел он в прошлом.

 Представитель ПСК, глава службы безопасности в Сулеймании Саркавт Хассан (Саркавт Кубба) работал в хорошо обставленном кабинете довольно убогого здания саддамовской эпохи. Чтобы добраться до кабинета необходимо было подняться по лестнице с разбитыми ступеньками, сплошь усеянными окурками. Г-н Хассан встретил меня и моих друзей весьма приветливо, угостил чашечкой кофе по-турецки и в течение получаса выслушивал просьбы о начале публичного расследования. После этого в сопровождении двух пешмерга мы отправились в участок местной «асаиш» (полиции), где уже начинал ржаветь взорванный «Дэу».

Надо сказать, что визит к Хассану оказался более плодотворным, чем посещение офиса общественных связей ПСК в Сулеймании за день до этого. Тип с темным лицом уделил нам буквально несколько минут, после чего переадресовал к своему партнеру Хусейну Кайтану из Министерства внутренних дел. Тот без особого энтузиазма пробубнил: « Все делается для того, чтобы привлечь убийц к ответственности. Но что характерно, в этот же день семер подозреваемых в убийстве и находящиеся в тюрьме Сулеймании были осуждены за убийство членов PWD, о чем тут же сообщила  местная пресса.

 А МВД Турции дало разрешение на провоз тел двух жертв теракта через турецкую границу. Никогда при жизни ни Кани, ни Сабри не переходили ее официально.

Легко убивать в Курдистане

Курдские политики, включая Саади Пира, члена ПСК из Эрбиля, обычно говорили мне: «Кани был человеком политики, а это знаете ли такая жизнь…», после чего начинали рассказывать личные истории: «Вот именно в этом здании два года назад от взрыва погибли мой брат, мой племянник и мой сын. Там тоже была заложена взрывчатка С-4».

Но не означает ли быть «человеком политики» в Курдистане – это вести жизнь, полную внутренних чисток, нападений, мести, убийств и сокрытий? В Ираке взорвать человека столь же легко, как подстрелить птицу в небе.

Мемориальный парк был создан в честь погибших в терактах террористов-смертников  1 февраля 2004 года.  В нем выставлены мраморные таблички, на которых высечены имена погибших включая сына, брата и племянника Саади-пира, а также лидера местного отделения ДПК Сами Абдуррахмана,  убитого вместе с сыном, Салахом, в одном из двух взрывов, от которых погибло 56 человек и десятки были ранены.

Разве вдова  Сами Абдуррахмана, Фавзия, не обращала на это внимания и не говорила : «Он был политическим человеком: это жизнь!».

Возможно, что она так говорила. Но спустя десять лет, Фавзия тоже покинула этот мир. Ее сердце было разбито, и она умерла от инсульта.

Кровавую бойню, в которой погибли  ее муж и сын, журналист описал так: « Эрбильский морг был полон трупами настолько, что они валялись прямо на полу, покрытые простынями и в лужах крови».

По словам свидетелей, два смертника благополучно миновали контрольно- пропускные пункты  и привели в действия пояса со взрывчаткой в нужном месте.

 А по поводу убийства Кани и Сабри нужно сказать, что никакого общественного расследования так и не было проведено, убийцы не найдены. Правда обо всем этом либо скрыта, либо сильно искажена.

 

Примечание автора: Кани Йылмаз ( Файсал Дунлайджи) в феврале 2004 года покинул РПК из-за несогласия с политикой насилия, проводимой партией. Вместе с группой единомышленников организовал Патриотическую демократическую партию Курдистана. Был четвертым членом этой партии убитым по поручению руководства РПК.

Об авторе – Шери Лэйзер, эксперт по странам Ближнего Востока и Северной Африки, известна своими комментариями по курдскому вопросу. Постоянный автор портала e.kurd.net

 

E.kurd net            Перевод RiaTaza.com

 

Данная статья отражает мнение ее автора 

Источник записи:http://ekurd.net/pkk-assassination-kani-yilmaz-2016-11-12

Об авторе

RIATAZA

Информационный сайт о курдах и Курдистане; Администрация сайта приглашает к сотрудничеству всех заинтересованных лиц, создайте свой блог на RIATAZA, за подробностями обращайтесь по адресу info@riataza.com

Похожие записи

1 комментарий

  1. Aza Avdali

    Ну да, интересный материал, вызывающий много вопросов, и, как ни странно, ответов не требующий. Представить себе весь механизм и такой страшной эволюции этой, на самом деле совсем не уникальной, хоть и хорошо законспирированной организации по имени РПК, а тем более, вскрыть всю эту сложнозакрученную конструкцию, практически невозможно. Это настоящий спрут, вышедший из под повиновения своих создателей, кем бы они не были. РПК давно мутировала и продолжает развиваться по закону полного хаоса и неконтролируемого распада. Все подобные организации, леворадикальные, а их очень много в мире, объединены единым принципом, или принципами и формами деятельности, которые достаточно хорошо изучены и просвечены как рентгеном серьёзными исследователями. И вердикт у всех один: это террор, и ничего более. И в этом смысле у РПК нет никаких отличий от своих собратьев, разве только одно всё-таки имеется. РПК, на мой взгляд, самая многочисленная, самая мобильная и самая мощно финансируемая леворадикальная организация из всех существующих на сегодня. И, конечно же, всё, что можно обозначить словом «курдский» во всех своих грамматических категориях, никогда эту партию не интересовало. Это всего лишь формат, мимикрия, в котором можно продвигать свои задачи, программу, свои интересы. Курды для этого спрута всего лишь микрокосм, топливо, поленья для того грандиозного пожара, который хочет совершить этот макрокосм по имени РПК. Сколько людей отдали свои жизни этому искуственно созданному организму, ненасытному, а сколько людей верит в какую-то байку, миф, сказку об уникальности этой партии, о её высоком предназначении, сколько одураченых. А это всего лишь страшилка, часть мирового организма, давно живущего, уже давно практически рухнувшего, но всё ещё пытающегося выжить, хотя бы в Курдистане, как курдское сопротивление.
    Тема сложная, объёмная, но хорошо и давно изученная. Материалов по ней много.

Комментирование закрыты.