"Мечтой каждого курда с рождения и до самой его смерти -

является независимый Курдистан"

Масуд Барзани

 

Курдско-иранский политик: Разрушение исламской республики не входит в наши планы

Курдско-иранский политик: Разрушение исламской республики не входит в наши планы

Интервью лидера Демократической партии Иранского Курдистана Халида Азизи. 

Вы уже более не считаете, что Исламская Республика Иран должна быть разрушена. Полагаете ли Вы при этом, что необходимо вступить в политический диалог с Тегераном прямо, либо опосредовано?

  Я полагаю, что нашей целью не должно быть разрушение системы или политического режима. По ряду причин. Первая- партия, стремящаяся к свержению того, или иного центрального правительства, должна сама себя позиционировать как полноценная альтернатива такому правительству. Курды, безусловно, не являются альтернативой существующему режиму. Второе – мы ведем нашу борьбу за наши национальные права. Вот почему, независимо от политической направленности и деятельности правительства пока оно будет предпринимать действия по решению курдского вопроса, мы будем сотрудничать с ним. А идея о якобы  планируемом смещении правительства была привнесена в курдское движение представителями других иранских оппозиционных партий.

Но ведь даже внутри Вашей партии существуют различные мнения по этому вопросу. Некоторые ее члены придерживаются мнения, что правительство надо каким-то образом сместить, поскольку оно не может предложить решения курдского вопроса.

Это не проблема для современного курдского движения- стремится к распаду центральной власти в Иране. Конечно, можно было бы предложить в качестве «лучшего сценария» распад или же серьезное ослабление исламской власти в Тегеране. Но этот сценарий состоит из ряда последовательных действий и каждое из этих действий пока что лишь  сугубо потенциально. Почему? Да потому что, несмотря на всю нашу борьбу, у курдов недостаточно политического веса, чтобы определять будущее Ирана. Вот почему я считаю, что первоочередной задачей является создание условий для того, чтобы наши требования прозвучали как можно громче.

Но ведь  именно этот режим совершил убийство таких ваших лидеров, как Касемлу и Шарафканди. Какие гарантии существуют для вас, если вы сядете за стол переговоров с исламским режимом?

 Правительство пока что не прокладывает путь к диалогу. И то, что мы стараемся сегодня делать – это, что называется не складывать все яйца в одну корзину. Сегодня наша задача – нащупать слабые места режима и давить на них, чтобы государство изменило свою политику. За последние 37 лет исламская республика шла исключительно на конфронтацию с нами. Они вынуждали нас реагировать лишь сообразно их собственной тактике и методам. Режим представлял иранский Курдистан как регион с повышенными требованиями к безопасности и в рамках этих повышенных требований нас вынуждали действовать. Это и вынудило нас ограничиться лишь словесной риторикой и лозунгами против исламской республики. Стратегией последней было создание определенной дистанции между курдским народом и нами, а нашу борьбу государство представляло как проблему безопасности, возникшую в отношениях между политическими партиями и государством, а вовсе не как проблему между ним и курдским народом. Я всего лишь хочу сказать, что режиму не нужно выбирать силовой путь решения проблемы. Мы можем определить те моменты, по которым находимся в конфронтации и принудить по этим моментам  иранское государство к соглашениям.

Но Ваши товарищи по партии сомневаются в подобных предложениях. Почему?

В нашей партии всегда существовало разнообразие мнений. Я позволю себе напомнить некоторые события, связанные с именем покойного Касемлу. Речь идет о временах войны в Санандаже (1980). Касемлу тогда часто говорил, что чем дольше удастся оттянуть военное противостояние, тем это будет лучше для курдского дела. И когда первый раунд переговоров закончился безрезультатно, и мы начали искать другие подходы, многие люди начали обвинять Касемлу в соглашательстве, остро его, при этом критикуя. Позднее же многие начали предпринимать попытки предотвратить войну и хотели поехать вместо Касемлу в Вену на переговоры с представителями исламской власти. Сейчас многие обращают внимание только на криминальный аспект этой встречи, в ходе которой Касемлу был убит, полагая, что он неаккуратно пренебрег собственной безопасностью. Но никто не задумывается, почему он тогда предпочел переговоры с режимом. Я  же думаю, что Касемлу полагал, что Тегеран всегда заставлял курдов играть по своим правилам, ибо наши  и исламской республики силы неравны. 

И Вы способны создать мирную атмосферу в отношениях с Ираном?

Необходимо создать условия, чтобы Иран повернулся лицом к миллионам курдов. Невозможно сражение между Ираном и пятью сотнями пешмерга. Нужны перемены. И одной из таких перемен должно стать понимание того, что те люди, которые не находятся в рядах нашей партии также патриоты, которым, при этом, не надо брать в руки оружие и разрушать государство. Необходимо принять то обстоятельство, что многие политически активные граждане Ирана стремятся решить проблему мирными, правовыми и парламентскими методами. Например, можно использовать совместное празднование Новроза, или решение экологических проблем. Мы уверены, что  в результате подобных действий, правительство Ирана, наконец, повернется лицом к народу, поэтому нам надо лелеять  и взращивать такие формы деятельности. К сожалению, подобные методы пока еще не в почете у политических партий.

Вы  излагали подобные идеи лет 8 назад, в газете  Rudaw.  Это вызвало тогда оживленные споры, а позднее Вы несколько раз встречались с иранскими представителями. Обсуждались ли с ними эти вопросы?

Да, они обсуждались на последней встрече с иранскими представителями. Исламская Республика – это политическая система современного Ирана, и, если в ее рамках обнаружится возможности или лица, готовые к переговорам, мы войдем с ними в контакт. Но, к сожалению, пока еще нет видимых результатов.

Как же Вы ведете переговоры по этим вопросам?

 Вот уже 37 лет мы твердим, что курды неспособны разрушить исламскую республику, а она не может вывести курдов из игры. Это означает, что как исламская республика, так и курдский вопрос являются политической реальностью. И принятие этой реальности имеет своим следствием склонение обеих сторон к переговорам для поиска решения проблемы. И мы предлагаем решение.

В чем заключается это решение?

 Мы обратили внимание на то, что в курдском вопросе в Ираке и Сирии идут подвижки к его решению, равно как и в турецком Курдистане. Мы говорим иранцам, что если у курдов и персов общая история, то почему вы не ищите решения вопроса?

Когда и где проходили эти переговоры?

 Два с половиной года назад, в Эрбиле, куда приехала иранская делегация.

Какова была дальнейшая реакция иранцев на результаты встречи?

 Мы пока об этом ничего не слышали.

 Если Тегеран позволит ДПИК вернуться в страну как официальной партии, представляющей курдов, то вы хотели бы работать в одиночку, без альянса с другими партиями?

Необходимо создать достаточно широкое пространство для политической деятельности в иранском Курдистане. Иначе, если будет позволено действовать лишь одной политической партии, то она скоро восстановит против себя курдское общественное мнение и станет мишенью для нападок. Также имеется риск внутрипартийных конфликтов, что нанесет, в конечном итоге, ущерб всем. Поэтому я не рассматриваю подобный вариант развития событий в практической плоскости.

 Иран не ответил на требования курдов, даже невзирая на санкции, введенные США и ЕС. Теперь, когда положение улучшилось, по Вашему мнению, получат ли курды, наконец, ответ?

 Чем больше Иран реинтегрируется в мировое сообщество, тем более пристальное внимание на него будут обращать международные правозащитные организации, которые, в конце концов, вынудят Тегеран  отойти от своих прежних позиций. Если Иран будет входить в международное сообщество, то ему несомненно будут задаваться вопросы о правах курдов. Вот почему мы должны вернуть курдский вопрос во внутриполитическую повестку дня  Ирана. 

Если бы все политические партии иранского Курдистана разделяли вашу позицию, то в таком случае ответил бы Тегеран на требования курдов?  Или другие политические силы пойдут на это только под дулом пистолета?

  Во-первых, лично я бы с большой радостью воспринял  единение курдских партий на основе общей позиции по отношению к исламской республике, это придаст им силы в отношениях с государством. И, конечно, мы не рассматриваем это предложение как план только лишь нашей партии. Проблема в том, что дезинтеграция курдских политических сил в Иране, мешает нам стать сильной стороной в отношениях с исламской республикой.

Не получается ли так, что ваша партия одинока в своей позиции, ибо другие политические силы делают ставку на вооруженную борьбу?

  В течение всех 37 лет существования исламской республики  мы вели борьбу различными средствами, не исключая и вооруженного противостояния. Но надо задаться вопросом: чего нам стоила вооруженная борьба? Развалится ли в результате исламская республика, либо мы причиним ей такую головную боль, что она будет вынуждена ответить на наши требования? Конечно, это еще обсуждается, но думаю, что борьба гражданскими средствами, которую Иран все равно считает деструктивной, могла бы стать ответом на этот вопрос.

Когда Вы обо всем этом говорите, то не подразумевается ли, что Вы разочарованы США и Западом?

Мы постоянно слышим об угрозах Ирану  со стороны США, а также Саудовской Аравии и Израиля. Думаю нам, курдам не стоит связывать свои политические надежды с этим фактором. Сейчас, когда отношения Ирана с остальным миром меняются, мы должны также думать об альтернативах.

Rudaw.net — Перевод  RiaTaza

Comments

comments

Об авторе

RiaTaza

Информационный сайт о курдах и Курдистане; Администрация сайта приглашает к сотрудничеству всех заинтересованных лиц, создайте свой блог на RIATAZA, за подробностями обращайтесь по адресу info@riataza.com

Похожие записи